Белокурый юноша упорно шел сзади.
– Прилип как банный лист, – недовольно шептала Феничка. – Может, городового позвать?
– А в чем он провинился? В том, что на тебя смотрит?
– Он на вас смотрит, барышня.
– Ну и что? И пусть себе смотрит. Вот сейчас подойду к нему и спрошу…
Наденька остановилась, повернулась лицом к преследователю и решительно уставилась ему в глаза. Юноша засмущался, опустил голову, но не ушел, и толпа толкала их почти одновременно.
«Сейчас я ему все выложу! – сердито подумала Надя. – Наглость какая!..»
Она и впрямь шагнула к нему, но гимназист вдруг странно изогнулся, словно пытаясь то ли от кого-то отбиться, то ли кого-то схватить. Возникла некая дополнительная толчея, шум, почти тотчас же раздался свисток, и к этому месту устремился рослый городовой, доселе почему-то невидимый.
– Р-разойдись! Что за крик?.. Прошу предъявить пачпорт.
– У меня нет паспорта, – растерянно сказал гимназист, поскольку последние слова городового относились к нему.
– Тогда пожалуйте в участок!
– Но ко мне залезли в карман…
– Пожалуйте в участок!..
– На каком основании? – строго спросила Наденька, к тому времени уже пробившаяся к ним. – К этому господину действительно залезли в карман.
– А вы кто такая будете, мамзель?
– Я – племянница Романа Трифоновича Хомякова. А этот господин приехал к нему из… из Костромы.
– Верно! – закричали с лесов артельщики. – Ты вон лучше карманника лови, селедка!..
– Что творится? – заворчали в толпе. – Честных людей хватают средь бела дня, а ворье что хочет, то и делает.
– И в такое знаменательное для всей святой Руси время!
– Нет, надо искать на них управу. У меня, знаете ли, третьего дня семь рублей из кармана увели…
– Из кармана, говорите?.. – растерянно спросил городовой, не зная, что предпринять для приличного отступления.
– Держи вора! – завопили с лесов.
– Держи вора! – тотчас же откликнулся городовой.
Подхватив шашку, он засвистел и кинулся куда-то в толпу. Сверху, с лесов, заулюлюкали, засвистели, захохотали. Прохожие как ни в чем не бывало тут же двинулись по своим делам, и молодые люди остались вдвоем. Но только на мгновение, потому что к ним наконец-то пробралась Феничка.
– Детина какой-то растопырился, ни тебе ходу, ни проходу, – недовольно сообщила она.
– У вас и вправду что-то украли? – строго спросила Наденька нескладного гимназиста.
– Украсть не успели, но в карман залезли. Я хотел было схватить вора за руку, только он вырвался.
– А зачем вы нас преследовали?
– Я… – Юноша очень смутился, опустил голову, и уши его начали краснеть. – Извините.
– А кто ты есть? – сердито спросила Феничка. – Почему ты из Костромы?