Повести: "Солнечная константа", " Песчаная смерть", "Болото вверх тормашками": читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Алета внезапно заговорила за его спиной.

— Но прежде всего это люди, мистер Бордман. И им приходится рассматривать человеческие проблемы — как умереть достойно. И насколько мне кажется, они отлично с этим справляются.

Бордман стиснул зубы. Он снова почувствовал стыд. Он сам старался вести себя достойно. Но так же как генетически он не подходил для климата этой планеты он не был готов к фаталистическому или спокойному соглашению с катастрофой. Индейцы и африканцы инстинктивно придерживались собственного кодекса о достойном поведении человека, который должен что-то делать когда делать ничего не остается кроме смерти. Но идея Бордмана о достоинстве требовала от него сражаться до конца; он просто обязан бросать вызов судьбе до тех пор пока не умрет. Это было в его крови или генах или было результатом тренировок. Он просто не мог, уважая себя смириться с любой самой безнадежной физической ситуацией, даже когда его сознание уверяло, что это так.

— Я согласен, — сказал он, — но продолжаю думать в техническом ключе. Вы можете сказать, что мы должны умереть потому что не можем посадить «Волхва» с пищей и оборудованием. Мы не можем посадить «Волхва», потому что у нас нет посадочной ловушки. У нас нет посадочной ловушки и материалов для завершения ее строительства потому что они погребены под миллионами тонн песка. Мы не можем создать новый более легкий тип посадочной ловушки потому что у нас нет плавильни чтобы создать опоры, ни энергии, чтобы привести плавильню в действие, кроме того, но если бы у нас были опоры мы могли бы получить энергию чтобы запустить плавильню а без этого мы не сделаем опоры. Но у нас нет плавильни, так же как и опор, так же как и энергии, у нас нет пищи и неоткуда ждать помощи, потому что мы не можем посадить «Волхва». Это все похоже на замкнутый круг. Разбейте любую цепь и проблема будет решена.

Один из темнокожих что-то пробормотал тихо, стоящему рядом с ним. Тот кивнул.

— Словно у мистера Вудчака [2], - пояснил второй, когда Бордман уставился на него. — Когда я бы маленьким, здесь произошло нечто похожее.

Бордман сказал ледяным тоном:

— Проблема охлаждения и воды и пищи, похожая проблема. Через шесть месяцев мы сможем вырастить пищу — если у нас будет энергия, чтобы сконденсировать влагу. У нас есть химикалии для гидропоники — если мы сможем спасти растения от жары когда они будут расти. Энергия, вода и пища

— это новая проблема замкнутого круга.

Алета сказала медленно:

— Мистер Бордман!..

Он повернулся к ней. Алета продолжила почти извиняющимся тоном:

— На Чагане была… вы можете называть это женским подвигом, была женщина. Ее муж выращивал лошадей. Он был без ума от них. И они жили в чем-то вроде фургона на равнинах — прериях. Иногда они месяцами не бывали дома. А она любила мороженое, а охлаждение было не таким уж простым делом. Но она была доктором наук по истории Человечества. И она заставила своего мужа сделать изолированный лоток на вершине их передвижного вигвама и она изготовляла таким образом мороженое.

Мужчины посмотрели на нее. Ее брат сказал весело:

— Это должно засчитываться как боевое перо за технический подвиг.

— Совет наградил ее большим котлом — официально, — сказала Алета. — Домашние научные открытия. — Бордману она пояснила: — Ее муж установил лоток на крыше их дома, изолированный от тепла находящегося внизу дома. В течении дня изолированный лоток находился наверху, изолированный и от жара солнца. А ночью она снимала верхнюю крышку добавляла ингредиенты в лоток. И отправлялась спать. Ей приходилось подниматься до рассвета, чтобы уберечь, но в тот момент мороженое было готово. Даже в теплые ночи. — Она обвела всех взглядом. — Я не знаю почему. Она сказала, что нечто подобное проделывалось в месте называемом Вавилоном много тысяч лет назад.

Бордман заморгал. Затем воскликнул:

— Черт побери! Кто знает насколько температура на поверхности снижается после заката?

— Я, — ответил брат Алеты. — Температура песка колеблется в пределах сорока градусов. Но внутри еще теплее. Но воздух достаточно прохладен, когда солнце заходит. А что?

— Ночи на любой планете прохладные, — сказал Бордман, — потому что каждую ночь, темная сторона планеты излучает тепло в открытый космос. И везде по утру был бы иней, если бы земля не собирала тепло каждый день. Если мы сможем предотвратить дневное нагревание — закроем часть поверхности до рассвета и оставим его закрытым весь день — и откроем ее, когда но всю ночь, прикрывая от действия теплых ветров — то у нас получится! Ночное небо — это собственно говоря пустой космос — двести восемьдесят градусов ниже нуля!

Раздались шепоты, потом начались споры. Руководители колонии на Ксосе-2 были людьми практичными, но они имели привычку разжевать каждую проблему до последней детали. Никто не занимается стальными конструкция лишь на основании теории и не занимается современными шахтами не зная отлично как они работают. Это предложение звучало довольно убедительно и оно могло сработать до определенной степени. Но насколько? Всякий мог предполагать что оно охладиться как минимум в два раза от нормальной ночной температуры. Но кое-кто достал калькуляторы и принялся за вычисления. Остальные задавали вопросы и проверяли их. Никто не обращал особого внимания на Бордмана. Началась дискуссия, в которую были вовлечены Красное Перо и доктор Чука.

По расчетам выходило, что воздух на Ксосе-2 действительно удивительно чистый и каждую вторую ночь падение температуры может быть на сто восемьдесят градусов — если нет конвекционных потоков и территория может быть огорожена от…

Именно конвекционные потоки разбили спорящих на группы придерживающиеся противоположных мнений. Но именно доктор Чука басом предложил попробовать все три варианта и подготовить их до наступления рассвета, так что спорящие покинул помещение, продолжая с энтузиазмом спорить. Кто-то припомнил, что нечто подобное встречалось на тимбуке, а кто-то другой вспомнил, что ирригация на Дельмосе-3 была устроена на тех же самых принципах. И они обсуждали как это можно проделать…

Голоса потонули в жаркой словно печь ночи. Бордман скривился и снова сказал:

— Черт побери! Почему я сам не вспомнил об этом?

— Потому что, — сказала Алета, улыбаясь, — вы не доктор наук специализирующийся в истории человечества, у вас нет мужа объезжающего лошадей и вы не так уж любите мороженое. Но обязательно перед этим, технарь должен был максимально упростить проблему. — И затем она сказала:

— Я думаю, Боб Бегущая Антилопа должен будет с уважением относиться к вам, мистер Бордман.

Бордман снова нахмурился.

— А кто это?.. Что вообще означает ваш комментарий?

— Я скажу вам, когда вы разрешите еще парочку проблем, сказала Алета.

[2] Деревянного Коня (англ.)