Пусть шарик летит: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ой! — взвизгнула она и как вкопанная остановилась под аркой, глядя вверх по дорожке прямо на Джона. Потом завопила еще пронзительнее: — Это ты, Джон Самнер? Зачем ты это сделал? Ты что, полоумный или как?

— Да нет. Просто не видел, что ты идешь.

— Спорю, видел.

— Не видел.

— Это же опасно — бросать камни. Вот скажу маме, что ты камнями бросаешься. А если бы я была верхом, лошадь могла бы на дыбы встать. Она б меня убила, а тебя бы повесили.

— Так тебе и надо, если будешь тут верхом разъезжать. Чего это ты вздумала ездить верхом? Ты еще не взрослая. Еще слишком маленькая.

— Просто тебе завидно, потому что сам не можешь.

— Могу. На любой лошади, даже на дикой, даже на быке.

— Чокнутый ты, вот кто, — провизжала Мейми, хотела еще что-то добавить, по вовремя остановилась. Ей не раз говорили, что Джона нельзя дразнить, нельзя говорить ему, что он чего-то не может. И играть с ним не надо, если можно этого избежать. Он себе что-нибудь повредит, а она будет виновата.

Она только тряхнула головой, покраснела от смущения и побежала прочь по дороге. Джон тоже покраснел. Мейми симпатичная. Жаль, что он ее напугал. Он хотел бы носить ее сумку с книгами, как Перси Маллен носит сумку Элизабет Уинтер, но он этого не делает, ведь Мейми еще маленькая, ей только девять. Когда-нибудь, когда она станет старше, он пригласит ее к себе надень рождения, и Мейми, конечно, придет.

— Мейми! — позвал он, по не очень громко. Она не ответила, даже когда он поспешил к самой арке и позвал снова: — Мейми ван Сенден!

Оиа уже слишком далеко ушла или не хотела откликнуться.

Джон сел на побеленный камень под сводом из фруктовых деревьев. Это знаменитый камень из Скоуна,[6] хотя он никому об этом не говорит. Нельзя, чтобы кто-нибудь узнал, что камень в Вестминстерском аббатстве[7] вовсе не настоящий. Дорого бы им иначе пришлось заплатить. Иногда, сидя на этом камне, он чувствовал себя королем Джоном, а проходившие мимо были подлыми баронами, замышляющими против него заговор. Иногда он был архиепископом Кентерберийским,[8] отдыхающим в перерыве между коронациями, потому что короли так быстро один за другим умирали, что он уставал до изнеможения, водружая им на голову короны.

Появился на велике Гарри Хитчман, выписывая кривые вокруг невидимых препятствий. Это были мины, и Гарри знал, что, коснись он колесом одной из них, произойдет катастрофа. Если взорвется одна, за ней взорвутся и все остальные. Жизнь каждого человека на улице зависела от него.

— Привет, Гарри!

Ловко выписывая загогулины, Гарри со свирепым видом проехал мимо. Ноги у Гарри такие же крепкие и ловкие, как у диких коз. Это заметно, даже когда он на велосипеде. А когда он бьет по мячу, мяч летит до самого забора, за которым играют взрослые. Нелегкое дело для двенадцатилетнего. Но в школе он не блистает.

— Привет, Гарри!

Для своего возраста Гарри высокий. И умеет драться. Как-то после занятий он так отколотил Сисси Парслоу, что того пришлось вести к доктору, чтобы немного подлатать. Жуткая была драка. «Ну прямо убийство», — говорили ребята. Джону потом было очень грустно, и к Гарри он привязался, ведь у Гарри были большие неприятности, потому что всю вину он взял на себя. «Если этот Сисси станет к тебе снова приставать, — сказал Гарри Джону, — я его еще раз отделаю, да еще как».

— Привет, Гарри!

Гарри умчался, продолжая плести узоры. В его обществе Джон всегда стеснялся. Говорил слишком тихо. Не хотелось, чтобы Гарри считал, что он подлизывается.

Мимо него в новом автомобиле проехала миссис Парслоу. Направляется в торговый центр на Мейн-стрит — следующая за поворотом, всего в двухстах метрах. Миссис Парслоу воображает себя важной леди. Боковые стенки у машины белые, верх — цвета слоновой кости, а металлические детали — бронзовые. Сисси с самодовольной миной сидит на переднем сиденье. Нос задрал, уставился вперед. Думает, что он красавчик, а сам дрянь пресмыкающаяся. Сзади расселись три его жуткие сестрицы. Принцессами себя воображают, пусть соседи полюбуются.

«Понять не могу, где эти люди берут деньги, — сказала как-то мама. — Фрэд Парслоу их, должно быть, в лотерею выиграл». — «Не будь злой, дорогая, — возразил ей отец. — Если мы можем иметь две машины, позволь им иметь одну». — «Но ты человек с положением. А Фрэд Парслоу — мелкий служащий».

Возле ног Джона остановился маленький черный муравей. Он тащил за собой огромную хлебную крошку. Время от времени останавливался и переводил дыхание. Потом снова вцеплялся в свою ношу и волок ее дальше. За десять минут одолевал несколько сантиметров. Потрясающе! Ему наперерез поспешил другой маленький черный муравей. В сильном волнении он метался вокруг крошки, по первый муравей твердо стоял возле своей добычи, угрожающе подняв лапку. «Только тронь своими грязными лапами мою добычу, — пищал он, — и я тебе так врежу, что будешь помнить до середины следующей недели. Найди себе сам свою крошку!»

— Привет, Перси!

У Перси на поводке тявкающий австралийский терьер. Еще совсем рано, и десяти нет, а у Перси уже такой вид, словно его за волосы через лес протащили. Он всегда так выглядит. Терьер чуть больше кузнечика, а тянет со страшной силой. Рвется в разные стороны и издает ужасные звуки, вот-вот подавится. С таким щенком забот полон рот.

— Да что с тобой, наказание ты мое? — взвыл Перси. — Задохнуться хочешь, что ли?

— Привет, Перси!

— Привет, Джон!

— Ты куда?

— Угадай, — выдохнул Перси и, спотыкаясь, устремился за терьером.

[6] Камень из Скоуна — тронное место королей Шотландии. В знак победы Англии над Шотландией в 1295 году он был перевезен в Англию и вмонтирован в тронное кресло английских королей.

[7] Вестминстерское аббатство — место коронации английских королей с XI века.

[8] Архиепископ Кентерберийский — высший иерарх Англиканской церкви.