Предыстория армянского народа (история Армянского нагорья с 1500 по 500 г. до н.э.: хурриты, лувийцы, протоармяне): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

зе и, по-видимому, отобрал у него крепости на левобережье Евфрата[362].

Около 745 г. Сардури II вторгся в Коммагену[363] (воспользовавшуюся было поражением своего соседа — Мелида, чтобы захватить часть его территории)[364] и заставил подчиниться себе его царя Кушташпили[365].

Таким образом, Северносирийскому союзу теперь противостоял не один только мощный враг — Ассирия, а целых два, хотя и соперничающих, но равно опасных. К этому добавлялась уже и угроза Фригии с запада. Такая опасность [161] заставила Маттиэля, царя Арпада, к которому в это время перешла гегемония внутри союза, попытаться найти независимую силу, на которую можно было бы опереться. Еще в 754 г. до н.э., после поражения, нанесенного урартами Мелиду, Маттиэль был вынужден принести присягу Ашшурнерари IV, царю Ассирии[366]. Но видя, что Ассирия, охваченная междоусобицей, не в силах действовать, арпадский царь от имени всего Северносирийского союза обратился к Баргайе, царю страны Каску[367]. Однако и он оказался, очевидно, ненадежной или недостаточно мощной поддержкой, и после вторжения урартов в Коммагену Маттиэль и весь Северносирийский союз[368] сочли за благо подчиниться Сардури II и стать его «союзниками»; по-видимому, с Урарту связался и Южносирийский союз.

К этому моменту Урарту едва ли не превзошло Ассирию по могуществу. Урартская административная система была настолько совершенной, что, возможно, послужила образцом для соответственной реформы в Ассирии[369]; урартское войско еще со времен Минуа было вооружено по-ассирийски. В начале своего правления Сардури II счел возможным пойти на значительное сокращение повинности ополчения в своем царстве, очевидно, полагаясь теперь уже более на постоянное войско, содержащееся за счет богатой царской казны, которая [162] пополнялась путем сбора податей и даней[370]. Все Армянское нагорье, за исключением царств Арме-Шубрия и Хубушкиа, и значительная часть центрального и западного Закавказья были покорены урартами; на правобережье верхнеевфратской долины урарты не успели еще укрепиться, однако были уже признаны в качестве «покровителей» Северносирийским союзом.

^{Рис. 36. Остатки северных ворот цитадели г. Сам’ала (совр. Зенджирли, Северная Сирия).}

Новый период ассирийского наступления (с середины VIII в. до середины VII в. до н.э.) Тем временем, в результате реформ Тиглатпаласара III (745—727 до н.э.), в корне перестроившего государственную и военную организацию Ассирии[371], эта держава вновь окрепла и опять смогла приступить к завоеваниям. В 743 г. Тиглатпаласар III наголову разбил в Коммагене коалицию Урарту, Мелида, Куммуха, Гургума и Арпада. Не только Северносирийский, но и Южносирийский союз во главе с Дамаском были вынуждены признать главенство Ассирии. Область левобережья верхнего Тигра (Уллуба, крепость Бенза на окраине Шубрии и др.) перешла к Ассирии, хотя ассирийцы благоразумно не вступали в долину верхнего Евфрата[372]. Впоследствии [163] (дата этого события неясна) Тиглатпаласар III вторгся и вглубь Урарту, вплоть до самой его столицы Тушпы (совр. Ван), но не смог удержать территорий к северу от Армянского Тавра[373].

^{Рис. 37. Мелидский царь и царица совершают жертвенное возлияние. С рельефов из Малатьи.}

С этого времени начинается постепенное завоевание ассирийцами Сирии и Палестины, завершившееся при Caргоне II в 717 г. до н.э. взятием Каркемиша (в наказание за интриги с Фригией). Этот город долго был независимым островком среди ассирийских провинций.

История взаимоотношений урартского царя Русы I (около 735—713 до н.э.) и ассирийского царя Саргона II (Шаррукина, 722—705 до н.э.), поражения Русы I в 714 г. в битве на горе Уауш восточнее Урмийского озера, похода Саргона II через Урарту и разгрома Муцацира ассирийцами с его последствиями подробно разработана в многочисленных монографиях и специальных статьях[374]. Здесь отметим лишь, что [164] граница Урарту по верхнему Евфрату, так же как независимость Урме-Шубрии, Хубушкии и горных племен вокруг верховьев Большого Заба, остались неприкосновенными[375].

^{Рис. 38. Позднелувийские воины на колеснице. С рельефа из Мар’аша.}

Правобережье верхнеевфратской долины тоже осталось в течение некоторого времени независимым. Однако Саргон II [165] пытается теперь вбить клин между Урарту и Фригией (Мушку) царь которой Мидас (Митá) стал союзником Русы I и, по-видимому, его преемника Аргишти II. Создание такого клина в горах Киликийского Тавра и на правобережье верхнего Евфрата было необходимо Ассирии для безопасности ассирийских владений в Сирии и бесперебойной доставки в Ассирию железа и другого сырья из Малой Азии. Поэтому Саргон решил предпринять ряд походов в эту область. Они начались с 718 г. до н.э.,[376] а в 715 г. Саргон II столкнулся в Куэ с войсками Мидаса, царя Фригии (Миты, царя Мушку), — очевидно предпринявшего встречное наступление[377].

^{Рис. 39. Позднелувийская заупокойная трапеза. С рельефа из Мар’аша.}

Саргон попытался создать себе верного союзника в Табале; для этого он посадил здесь на престол своего человека — Хулли, расширив его территорию за счет соседней горной Киликии (Хилакку), а его сыну Амбарису дал в жены свою дочь. Однако вскоре Амбарис, так же как и другие окрестные правители[378], вступил в [166] союз с Фригией и Урарту и отложился от Саргона. В результате ассирийского похода 713 г. до н.э. Амбарис был взят в плен, а Табал был превращен в ассирийскую провинцию.

^{Рис. 40. Каркемишские воины и придворные. С рельефа VIII в. до н. э.}

Так же действовал Саргон и в соседних областях. В Meлиде-Камману он в 713 г. низложил царя Гунзинану и возвел на престол его сына Тархунасиса: когда же и этот оказался ненадежным, то ассирийский царь послал в 712 г. против него свои войска; они захватили города Мелид и Тиль-Гаримму (совр. Гёрюн?) и превратили Мелидское царство в ассирийскую провинцию[379]. Одновременно Саргон продвинулся и севернее, вплоть до страны Каску, и занял ряд крепостей как на границе Урарту, так и на границе Фригии. В следующем 711 г. та же судьба постигла Муталлу, царя Гургума[380], а в 708 г. — Куммух (Коммагену), царь которого, тоже Муталлу, убив своего отца, сторонника Ассирии, вступил было в союз с Аргишти II, царем Урарту[381].

Однако завоевания Саргона II на правобережье верхнего Евфрата оказались непрочными — может быть, в связи с тем, что в эти и последующие годы вся Малая Азия жила в большом страхе перед набегами киммерийцев[382], чем перед ассирийскими завоеваниями.

^{Рис. 41. Женщина с ребенком. С рельефа из Кара-тепе. IX в. до н. э.}

Уже при сыне Саргона II, Синаххерибе (705—681 до н.э.), потребовались новые ассирийские походы в этот район. Поход 689 г. до н.э. был направлен против жителей горной Киликии (Хилакку), которые успели захватить Ингиру (Анхиалу?) и Тарсус и угрожали ассирийским владениям у залива Александретта[383]; второй поход, в 685 г. до н.э., был вызван тем, что некое лицо с фригийским именем Гурди (Гордий)[384] захватило власть в Тиль-Гаримму (на территории потерявшего независимость царства Мелид). Город был взят ассирийцами, а его жители зачислены в ассирийское войско[385]. [168]

^{Рис. 42. Угон пленных ассирийцами. С ассирийского рельефа VIII в. до н. э.}

Киммерийское вторжение. Киммерийцы вторглись из степей Северного Причерноморья в Закавказье не позже второй половины VIII в. до н.э. Обосновавшись первоначально, по-видимому, в современной Грузии[386], они нанести урартам тяжелое поражение[387]. Но затем урарты отбросили киммерийских конников на запад, и они обрушились на Малую Азию. Отсюда в 679 г. до н.э. киммерийцы отважились напасть на ассирийские территории, но были отбиты[388]. Это вызвало [169] ответный поход ассирийского царя Асархаддона (Ашшурахиддин, 680—669 до н.э.) на Табал и Хилакку; он даже перевалил через Тавр и нанес поражение киммерийцам под Хубушной (хеттская Хупесна, античная Кибистра), причем погиб их вождь Теушпа[389]. Некоторая часть киммерийцев была захвачена и зачислена в ассирийскую армию[390], а с остальными, по-видимому, был заключен мир.

^{Рис. 43. Киммерийские воины. С росписи этрусской вазы (копия греческой росписи из Малой Азии?).}

Как полагает Г. А. Меликишвили[391], в 676—675 г. до н.э. урартский царь Руса II, находившийся в дружеских отношениях со своим ассирийским соседом[392], заключил союз с киммерийцами, возглавленными Лигдамисом (ассирийск. Тугдамме)[393] и вместе с ними совершил большой поход в Малую [170] Азию, за Евфрат, — на «Мушки, Хате и Халиту»[394], то есть, во-первых, на Фригию, во-вторых, вероятно, на Мелид, и, в-третьих, на племена халибов-халдайцев (Хаг'тик' средневековых армянских текстов). Действительно, Мелид вернул себе независимость — на это определенно указывают данные ассирийских текстов, в том числе запросы Асархаддона к оракулу, где встречаются упоминания о военных действиях против киликийцев, табальцев, Мелида и «Митты» — Мидаса, последнего царя Фригии[395]. Не исключено, что и Ассирия была причастна к урартско-киммерийскому(?) походу 675(?) г. до н.э.[396][171]

[362] Надпись так сообщает об этом походе: «Я явился (?) среди ополчения перед г. Тумешки и в тот же день выступил на страну (Мелитеа)… страну Кала'а я подчинил(?), дошел до горы Карниши у(?) города Мелитеа, дошел до горы Муша (связана с этнонимом мушков?? — И. Д) и города Цапша… 14 крепостей и 100(?) селений за один день захватил, — крепости разрушил, селения сжег, 50 боевых колесниц забрал; с боем повернулся я, осадил Саси, царский город (центр административной области, — И.Д.) Хиларундаса, который был укреплен, взял его штурмом, стада, мужчин и женщин оттуда увел… После этого он вынудил(?) меня, чтобы я окружил Мелитеа. Пришел Хиларундас ко мне, пал ниц, обнял мои колени, я его помиловал. Унес золото, серебро, а скот и имущество увел в Биаинели, его же самого подчинил дани. 9 крепостей отторг и присоединил к моей стране: Хаза, Гаурахи, Тумешки, Аси, Манину, Аруши, Кульбитарри, Таше, Куэраи-таше, Мелуйа». Из текста не видно, чтобы Сардури II переходил через Евфрат; к тому же крепости Таше (урартск.-хурритск. «дар») и Куэраи-таше (урартск. «дар [урартского бога) Куэры») показывают, что мы здесь находимся на хуррито-урартской, а не на лувийской территории; Мелуйа, может быть, связана с урартским названием Евфрата — Мелиа, а Гаурахи, возможно, отождествляется с позднейшей областыо Гаврэк, которую С. Т. Еремян также локализует на левобережье.

[363] УКН, 155 Е, 36-37.

[364] Речь идет о городе Унта, который Г. Л. Меликишвили cправедливо отождествляет с городом Уэташ, который при Салманасаре III принадлежал Лалле, царю Мелида (АВИИУ I, 28, 52, и сл.; в переводе ошбочно «Гаэташ»).

[365] Существует очень прочно держащееся мнение, что имя Кушташпили (в анналах Тиглатпаласара III — Кушташпи), как и имя другого куммухского царя, упоминаемого Салманасаром III, — Кундашпи — иранские, и соответствуют Vištāspa и Vindāspa. Однако это продполагает переход из v в g(k), который совершился в иранских языках более чем на тысячу лет позже. Вероятнее, что оба имени — малоазийские, с элементом pi, широко распространенным в именах этого района в I тыс. до н.э.

[366] Е. F. Weidner, Der Staatsvertrag Aššurniraris IV. von Assyrien mit Matti’ilu von Bit-Agusi, “Archiv für Orientforschung”, VIII, 1932, стр. 17 и сл.

[367] A. Dupont-Sоmmer, Les inscriptions araméennes de Sfiré, Paris, 1958. В надписи страна названа KTK, но отождествление ее А. Дюпон-Соммером с Каску вполне убедительно. Арамейское т (собственно междузубный звук) нередко соответствует вавилонскому ш и ассирийскому с. Нет необходимости считать имя каскского царя арамейским и этимологизировать его как «сын Гайи»: арамеи не засвидетельствованы так далеко на севере. С тем же успехом это имя можно этимологизировать из индоевропейского (от bhrg'h-, ср. армянск. բարձր хеттск. parkus «высокий») или из какого-либо другого языка.

[368] В том числе и Каманас, царь Каркемиша, R. D. Вarnett, Kara-tepe, the Key to Hittite Hieroglyphs, «Anatolian Studies», III, 1953, стр. 92.

[369] E. Forrer, Die Provinzeinteilung des Assyrischen Reiches, Leipzig, 1921, стр. 40.

[370] И. М. Дьяконов, Некоторые данные о социальном устройстве Урарту, «Проблемы соц.-эк. истории древнего мира», М., 1963, стр. 56 сл.

[371] См. И. М. Дьяконов, Развитие земельных отношений в Ассирии. Л., 1949, стр. 89.

[372] АВИИУ I, № 41; ср. № 42, 23 и сл.

[373] АВИИУ I, № 42.

[374] Последняя сводка материала и исследование в кн.: Б. Б. Пиотровский, Ванское царство, гл. VII. Там же литература вопроса.

[375] Высказывалось предположение (Б. Б. Пиотровский, ук. соч, стр. 92), что Руса I вновь пытался вторгнуться в Месопотамию. Это предположение основано на сопоставлении упоминаемых в Цовинарской надписи этого царя (УКН, 266) стран Зама(ни), Алзира(ни) и Гуркумели с ассирийск. Бит-Замани (Амед), с Алзи и с Гургумом. Однако нет никаких оснований считать, что урарты утеряли контроль над Алзи в царствования Сардури II, а название Бит-Замани — название династии, уже с первой половины IX в. до н.э. не существовавшей, а не страны. По-видимому, все 19 «стран» Цовинарского списка покоренных Русой областей находились восточнее Севанского озера. Их названия по своему типу относятся к группе «этивских» топонимов, но в самом Севанском районе вряд ли найдется место для 19 «стран», сверх 5-6 уже известных здесь помимо этого списка.

[376] Поход на Малоазийский Тавр и передача табальского города Шинухту Maтти, царю Атуны (за Тавром), ARAB II, 7; 37.

[377] ARAB, II, 16-18. Союз Фригии и Урарту заключен был не сразу. Известно, что Мидас выдал Ассирии сирийских послов, пытавшихся пробиться в Урарту окольным путем через Фригию.

[378] Анналы и другие надписи Саргона II упоминают о союзе Писириса, царя Каркемшиа, с Фригией под 717 г. (ARAB II, 8), Хулли, царя Табала, и его сына Амбариса — с Фригией и Урарту под 713 г. (ARAB II, 24-25, 55, 118), Maтти, царя Атуны (западнее Табала) — с Фригией под 716 ИЛИ 713 г. (ARAB II, 214), Муглллу, «злого хетта», царя Коммагены — с Урарту под 708 г. (ARAB II, 64), нo союз всех этих царств с Фригией был, вероятно, заключен одновременно, — вероятно в связи с походом Мидаса в 717 г. до н.э. к заливу Александретты, где он захватил крепости в Куэ, вновь взятые Саргоном II в 715 г. до н.э. По всей вероятности, Мидас рассчитывал выйти к Каркемишу, осажденному в это время Саргоном II.

[379] Известен областеначальник этой провинции, ассириец Ишдиаплу, С. Н. W. Johns, Assyrian Deeds and Documents, II, Cambridge, 1901, № 904. 7.

[380] ARAB II, 26-29; 60-61; о Каску см. также ARAB II, 80; 99; 118.

[381] ARAB II, 64.

[382] О киммерийцах см. подробнее ниже, а также И. М. Дьяконов. История Мидии, стр. 228-266; там же о проблеме их языковой и этнической принадлежности.

[383] АВИИУ II, № 59; ARAB II, 329, 349.

[384] Так по чтению Э. Форрера; в копии текста в издании Cuneiform; Texts In the British Museum, XXVI, табл. 1-30, V, 4 читается Хиди́.

[385] АВИИУ II, № 59.

[386] Место первоначального плацдарма киммерийцев после их перехода через Кавказ определяется письмами ассирийского царского архива №№ 197 и 146 (АВИИУ I, 50, 10 и 11) — сводками ассирийских разведывательных донесений. Из них выясняется, что между Урарту и страной киммерийцев (Гамир) находилась область Гурианна, очевидно, Quriani урартской летописи Сардури II (УКН, I55F, 6), которая, по-видимому, локализуется в верховьях Куры, между Чалдырским озером и совр. Ахалцихе (ср. также Г. А. Меликишвили, Наири-Урарту, стр. 61-62), а страна Гамир, следовательно — либо в центральной Грузии, либо в совр. Аджарии и восточном Понте. Альтернативная локализация в восточном Закавказье (Г. A. Meликишвили, там же, стр. 281), основанная на упоминании страны «Гуриани» в этом районе в надписи УКН, 266, маловероятна: страна, о которой идет речь, в действительности называлась не Гуриани, а Гуриа или Юриа; вполне достоверных известий о киммерийцах к востоку от Урарту нет: в письме ассирийского царского архива № 112 (АВИИУ I, № 50, 8) слова «[Страна Ман]неев» восстанавливаются без уверенности, а выражение «киммерийцы», упоминаемое в вавилоноязычных запросах к оракулу в связи с мидийским восстанием 670-х гг. (АВИИУ II, № 68; также Е. О. Klauber, Politisch-religiöse Texte aus der Sargonidenzeit, Leipzig, 1913), может быть, является общим обозначением кочевников вообще: позднее вавилоняне называли «киммерийцами» даже саков Средней Азии (например, в Бисутунской надписи). В Каппадокии «стране Гамирк'» армянских источников, киммерийцы осели, вероятно, лишь 670—650-х годах.

[387] АВИИУ I, № 50, 10 и 11.

[388] См. тексты нововавилонских хроник, АВИИУ II, №№ 63 и 64.

[389] АВИИУ II, № 65.

[390] До нас дошел датированный 679 г. до н.э. ассирийский юридический документ, в котором упоминается «начальник полка киммерийцев», — очевидно, пленных киммерийцев, зачисленных в ассирийскую армию. J. Kohler und A. Ungnad , Assyrische Rechtsurunden, Leipzig, 1913, № 374; АВИИУ II, № 66.

[391] Г. А. Меликишвили, Наири-Урарту, стр. 314-316.

[392] Это видно из обстоятельств похода Асархаддона на Шубрию 673 г. до н.э.

[393] О союзе Русы II с киммерийцами говорит запрос Асархаддона к оракулу (АВИИУ II, № 68а), датируемый после 675 г. до н.э.

[394] УКН, 278. Как нам любезно сообщил Ю. Аро, в неизданном запросе к оракулу BМ 99108 говорится о войне Фригии и киммерийцев против Мелида. Но, видимо, позже Фригия и Мелид объединились против киммерийцев, вступивших в союз с Урарту.

[395] АВИИУ II, № 68д. Ишкаллу табальский и «беглец» Мугаллу мелидский — несомненно независимые и враждебные Ассирии цари. Важен также перечень стран, приведенный нами в АВИИУ II, № 71, и датируемый временем между 669 и 652 гг. до н.э. Хотя этот список не имеет подразделений и подзаголовков, но ясно, что страны, помещенные в его различных частях, сгруппированы по политико-административному принципу. В начале идут несомненные провинции Ассирийской державы, а в конце — сначала независимые государства (Хилакку, Иония, Мелид, […], Шибарту(?), г. Аскалон в Палестине, три государства Заиорданья — Эдом, [Моав] и Аммон, затем [Египет], Мидия, [Мана] и др.), затем округа автономной Вавилонии и, наконец, области, приписанные к крупнейшим ассирийским административным должностям и освобожденные от общегосударственных налогов. Табал и Муску (Фригия) отнесены здесь к провинциям — очевидно, это результат их разгрома в 675 г. до н.э.: надо полагать, что Ассирия им воспользовалась для территориальных приобретений. Позже Мугаллу мелидский присоединил к своему царству, возможно, и Табал: «Мугаллу, царь Табала», независимый от Ассирии правитель, хотя и прибегающий к ее помощи (от киммерийцев?), упомянут в 650-х годах до н.э. в анналах Ашшурбанапала (АВИИУ II, № 74). Предполагаю, что это то же лицо.

[396] Ассирийцы несомненно были заинтересованы в гибели Фригии и, судя по запросам к оракулу, в эти же годы вели военные действия в тех самых областях, которые только и могут иметься в виду под «Хате» надписи Русы II (УКН, 278). Однако вышеупомянутый запрос Асархаддона к оракулу о киммерийцах рассматривает и их, и Урарту как потенциальных врагов Ассирии, что, конечно, не противоречит предположению о временном ее союзе с ними; по всей вероятности, в вопросе о киммерийцах политика держав менялась в зависимости от конкретной обстановки.