Колымское эхо: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

—   Давай подброшу. До самой хаты довезу. Мне как раз в ту сторону. Хлеб повезу,— пред­ложил улыбчиво.

Варя легко впорхнула в кабину, пристроила сумку за спину, затащила Султана.

—    Ну, что, баба, все одна горюешь в своей хате или присмотрела кого-нибудь? В наших местах зимы холодные. Одной не прожить, му­жик нужен, хозяин и заботчик. Тогда все лег­че,— глянул озорно.

—    Где его взять, хозяина? Хороших давно расхватали, а говно и самой не надо. Так и бе­дую одна, куда деваться?

—    На меня бы глянула. Все ж мужик!

—    Так ты семейный. Двое иль трое ребяти­шек растишь. Куда к себе возьму женатика? Семью разбивать не стану, стыд не потеряла.

—    О чем ты, Варюха? Я уже давно один ма­юсь. Жена к своим в отпуск поехала вместе с детьми. Давно вернуться должны были. Да до сих пор ни слуху, ни духу.

—    А куда делись?

—    Не знаю. Уж и письма, и телеграммы по­сылал, никакого ответа. На разговор телефон­ный не пришла. Уже не знаю, что и думать? — скульнул жалобно.

—    Еще один холостяк выискался на ночь гля­дя. Скажи, а перед отъездом не погавкался с же­ной ненароком?

—   Нет, что ты? Даже перецеловал всех, про­сил не засиживаться в гостях. Хоть изредка вспо­минать про меня, когда-нибудь письмишко иль телеграмму кинуть, сказать, как добрались, как их встретили, долго ли еще ждать?

—    А к кому поехали, к твоей родне или к своим?

—     И тех, и других навестить должны. Так до­говаривались. Сама понимаешь, в отпуск не каж­дый день мотаемся.

—    Давно ли уехали твои?

—    Скоро месяц будет.

—     Ну, это еще не время. Подожди. Пусть со­скучатся, вспомнят. Сам знаешь, сколько птаха не летай, а жить домой воротится. Все отпуски кончаются. И ты не переживай. Отыщется и твоя. Ладно бы сама умоталась, тут вместе с детьми. Эти заклюют, раньше всех соскучатся. Они без тебя не смогут.

—               Поверишь, ночами спать перестал. Все какие-то подозренья одолевают душу.

—    Ну и зря! Поувереннее держись. Не пода­вай виду, что скучаешь. Будь мужчиной.

—    С кем?

—     Во, прохвост! А ну обойдись без намеков. Ты меня не первый день знаешь. Попридержи язык.

—    А вдруг она там другого нашла?

—     Сейчас! Прямо ждали ее с оравой детво­ры. Там одиночек хоть неводом лови. А тут на детную бабу кто-то позарится. С ума сошел. Нынче все своих норовят растить. Какие ни на есть оболтусы, а свои, родные. Так что не ту­шуйся, через неделю жди своих домой,— по­просила остановить машину, легко соскочила с подножки, забрала сумки с хлебом, Султана и, помахав вслед водителю, побежала домой по двору.

Уже через несколько дней, встретив Варьку, водитель рассмеялся:

—   А ты права! Воротились мои полной обой­мой. Как повисли все на мне, едва на задних папах устоял. Вот жадюги! На телеграммах эко­номили. Я тут чуть не женился. А они копейки берегли! Хорошо, что ты умная попалась. Дру­гая ни на что не глянула б! Хватай, пока теплый. Я своей бабе про тебя сказал. Хвалила до самого потолка. Порядочной бабой назвала. Вот и пойми вас. Но все же спасибо, от глупости уберегла. Я тебя теперь всякий раз подвозить стану. Хорошая ты баба, путевая! Теперь и у нас на Колыме таких немного,— помахал бабе вслед рукой.

Варька думала, что мужики скоро уедут от нее. Но, кажется, они не спешили покидать бабу. Находили новые дела, что-то записывали в тол­стенные тетради, рисовали план погоста, отме­чая на нем могилы. Возвращались домой уста­лые, продрогшие и голодные.

Незаметно эти люди стали привыкать друг к другу, обращались просто по имени, без це­ремонных «вы», Варя не только готовила, а и стирала им, заставляла мыться, бриться и при­чесываться.

—    Будьте на людей похожими, а то скажут, что двух лешаков в дом приняла, нормальные не решились переступить порог,— подшучивала над людьми.

Те, каждый день, с самого утра уходили на кладбище. Они давно разыскали нужные могилы, перезахоронили брата Сашки, закопали рядом с отцом, соорудили что-то похожее на кресты, привели в порядок могилки, означили их. А ве­черами, когда совсем темнело, садились у от­крытой топки печки, вели нескончаемые разго­воры.

—     Братан с детства неслухом рос. Ничьих советов не слушал и не признавал. Все делал на свой нахрап. Вот отец советовал ему образо­вание получить, пойти в институт. Ведь башка была светлой, умной. Так что думаешь, посту­пил и бросил. В деревню вернулся. И там с него проку не было. С трактора выгнали, из комбай­неров тоже. Пошел в строители и там не при­жился. Сколько работ поменял, а толку нигде. Уж такой он непутевый рос. Нескладный и не­послушный. Один раз, еще небольшим был, отстегал его отец ремнем. Так что ты думаешь, на две недели с дому убегал. Меня все детство как Сидорова козла драли, никуда не делся, из дома не срывался, с этим измучились. Пока вырос, все печенки достал. А толку все равно не добились. Каким был придурком, таким и остался. Жаль одно, пожить не успел, слиш­ком рано умер.

—    Чудак ты Сашка...