Кремль 2222. Юго-Восток: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ты опять за свое? — Отец уже почти не злился. Но это ненадолго, подумал я. Скоро вспомнит про мертвую берегиню, а то и карту захотит проверить — и тогда хана мне. Но отец не пошел вниз. Голова первым все понял, он все же самый умный. Ясное дело, дьякон не стал бы раздувать шум, особенно про ручных червей и про то, что они кушают. Выходит, что даже инженеры из Совета не знали про тайный склад. Выходит, что так. А я, дурень, всегда верил, что у дьякона нет секретов от народа Факела. Да и вообще… Если бы не Иголка, ясное дело, я бы в жизни не отважился пробраться в его кабинет. Заколдовала она меня, что ли. Но мне маленько даже нравилось заколдованным быть, ага. Самому на себя смешно было, ешкин медь. Зато как подумаю об ней, так ничего не страшно. Я же самый сильный и умный!

— Я тебе поверил, но зря, — дьякон Назар уже превратился в железный гвоздь. — Весь народ Факела — мои дети, Спасителем завещано любить всех. Ради тысячи любимых детей я не могу потакать обману одного вруна и смутьяна. Факелу не нужны никакие дороги. Никакой Кремль и прочие сказки. Если ты веришь гадальщику Чичу — ступай к нему. Если веришь Хасану и прочей неруси — ступай к ним. Вчера у тебя был выбор, сегодня выбора больше нет. Здесь в мешке твои вещи и оружие. Убирайся.

И ногой толкнул ко мне меч. Охранники батины лыбились, так и забил бы обоим носы в щеки!

— Батя, так нельзя! Нельзя всю жизнь в норе сидеть…

— Убирайся, — повторил отец. Тихо вроде сказал, но у меня внутрях аж кишки сжались.

— Отец, нас раздавят тут. На Лужах нечисть, у Кладбища муты заселились, на Пепле тоже. Помощь нам нужна, вместе выстоим…

Дьякон отвернулся:

— Чтоб я тебя и дружка твоего рыжего больше не видел. Ворота для вас закрыты.

27

РУЖЬЕ И ТРИ ТУЛУПА

— Без меня все равно не справитесь, вот так! — Иголка отпихнула от себя печеное мясо, вроде гадость какую увидела.

— Это еще почему? — Рыжий от удивления с куском во рту застыл. — Уж как-нибудь без либеральных советов обойдемся. Карта у нас есть.

Эх, хотел я ему башку в плечи вбить, да подумал — а ведь прав мой друг, чего она лезет? Если она все время так лезть будет, засмеют меня с нею, ага.

— Потому, — Иголка отвернулась, стала есть хлеб. — Ваша карта под землей сгодится. А наружи вы в голодное Поле живо вляпаетесь, вот так.

— Иголка, ты зачем рыжего вечно перебиваешь? — спросил я. — Он тебя старше и умнее. Он лучший механик, ясно? Ты пока траву в лесу сушила, он с мутами и пауками дрался, промзону с детства защищал.

— А ты мне не указывай, кому чего говорить, — вспыхнула она.

— Иголка, отойдем-ка, — позвал я.

Отошли маленько. Прятались мы на крыше Автобазы, там много домиков было. Больше нам прятаться негде было. Брат Головы дурные новости принес — искали нас торговцы на самой промзоне, еще и денег за нас посулили асфальтовым.

— Иголка, ты знаешь, как я к тебе настроен, — сказал я.

— Это ты к чему? — задергалась она маленько. Ясное дело, впервые я с ней так строго говорил.

— Это к тому, что, если еще раз при людях поперек меня скажешь, живо пойдешь второй женой к своему Фоке, или как его там.

— Слава… да ты… ты мне отец, что ли? — зашумела она.

Я так прикинул — сейчас надолго расшумится, это она умеет. Взял ее за локотки, чтоб ручонками не махалась, и вниз по лесенкам понес. Долго нес до низу, много про себя дурных слов услыхал. Механики встречные смеялись, ага. Дык нельзя же так об меня сморкаться, да и об друга моего. Голова, правда, следом побег, видать, решил, что я девку топить несу. Там у них в подвале как раз колодец удобный. Но я топить никого не стал. Внизу к проходной женщину свою вынес, на ноги поставил и стал ждать — врежет по роже или нет? По роже не врезала, хотя по всему видать — жутко ей хотелось.

— Иди, — говорю, — ступай себе к папочке.

— Вот и пойду! Как бы сам не пожалел!

Ну чо, внутрях у меня сжалось все. Честно говоря, испужался маленько, что уйдет она насовсем. Но рыжий тут рядом пыхтел, и сторожа на воротах слушали, так что мне взад ходу не было.

— Ступай к тому, на кого орать будешь, — повторил я. — На меня только одна баба орать право имеет, матушка моя. Если надумаешь извиниться, мы на крыше. Пошли, Голова, чего рот раскрыл?

Ну чо, потащил я его вверх. Позади тихо было. Все, решил я, беда, сам себе жизнь поломал, родную душу от себя прогнал.

— Ну ты мужик, — наверху похвалил меня рыжий.

Стали мы дальше жевать. Хотя, честно сказать, разговор как-то не шибко клеился. И вдруг — шаги позади, легкие такие, я их из тысячи узнаю. Вскочили мы, стоим, как два дурня. Иголка носом хлюпает, глазья в слезах.

— Ты прости, Славушка, — говорит. — Некуда мне без тебя идти.