Кремль 2222. Юго-Восток: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Погоди… то есть как? Пасека — она и есть Пасека.

— Не-а. У нас две семьи разные. Есть южные, они себя люблинскими зовут, а мы — кузьминские, вот так.

— А чо я тебя на базаре не видал?

— А что я там забыла-то? — Смеялась она хорошо. Так смеялась, у меня внутрях аж звенело что-то. — А я тебя раз видела… Ты с Факела, так?

— Ага. Слушай, а это правда, что вы факельщиков чумазыми зовете?

Она снова засмеялась. Точно колокольчики маленькие хором зазвенели.

— Не только факельщиков зовем, всех заводских. Кто в лесу-то живет, пахнет чище, вот так.

Я краем глаза все ж косил. Мертвяки-деревья еще ближе стали, туман густо по холмам полз. Там, где мы червя дохлого видали, только лужа слизи осталась. Кто-то его уже сожрал, ага. Уж такое Пепел место, вечно кто-то кого-то кушает.

Стал я придумывать, чо бы еще у ней спросить. А то уже до просеки добрались, а я точно жабу проглотил. Квакаю, икаю, ешкин медь, а толком ничо сказать не могу.

— Ну что, хвала Факелу, вроде выбрались? — Дядька Степан перекрестился. — Скажи, милая, зачем они тебя в сеть ловили?

— Ой-ой, мне от папки-то как попадет, — захлюпала вдруг Иголка. — Он нам говорил, чтоб в развалины не ходили. Еще третьего дня там осмов видели… а мы не послушались. То есть это я не послу…

Некультурно маленько получилось. Мы как раз дошли до места, где пасечника того раненого оставили. Ну чо, помер он. Иголка его увидала, на коленки бухнулась и давай качаться влево-вправо. Я думал — заревет, чо тогда делать? Но не заревела, носом зашмыгала.

— Это я виновата. Я его туда уговорила. Потому что след от Поля был. Сильный след, прямо через развалины…

— Мы никакого Поля не заметили.

— Так оно вчера прошлось. По кругу катилось, вот так. Мы его давно ищем.

Мы со Степаном переглянулись, ага. Одинаково с ним подумали, он мне после признался. Вот бы такую девку к нам в роту, лучше любого крысопса врага бы чуяла! Дык недаром их зовут, когда дичь подстрелим или скотинку новую покупаем. Уж такие у них носы чуткие, у пасечников, — любую заразу за версту чуют!

— Степан, ты догоняй наших, а я ее маленько провожу, мало ли что…

— Это точно, мало ли что, — согласился боец. — Вон лес какой густой, конечно, проводи!

Эх, вбил бы я ему башку в плечи за шуточки глупые! Я аж вспотел, пока такую хитрую штуку придумал, ну насчет того, чтобы проводить. Ну чо, ушел Степан по следу телег. Иголка на меня поглядела странно. Тоже небось удивилась — чо это я ее в родном лесу спасать собрался?

— А можно… тебя потрогать?

— Трогай сколько хочешь, — вздохнул я. Такая уж моя доля, вечно все пялятся. Но этой синеглазой я бы разрешил себя хоть гвоздем целый день тыкать.

— У нас-то двое таких было… твердых-то, — чтобы пощупать мне голову, она встала на цыпки, серьезно так обсмотрела всего, ухи повертела, в шею потыкала. — Они умерли маленькие. Мой отец говорит, раньше такая хворь называлась рак. Рак был разный, добрый и злой. Раз ты не умер, у тебя добрый, вот так.

— Не знаю я про рак… у твердых кожа внутрь растет. Как сосуды с кровью пережмет, так малек и гибнет. А у меня внутрь не пошло, ага.

— А чего у тебя нос плоский? Побили сильно?

— Не, он всегда такой.

— А чего виски седые?

— Это у меня от бати. Он тоже молодым поседел.

Она подергала меня за пальцы, потерла ладони. Я вдруг понял, что не хочу ее отпускать. Ну не то чтоб зазвать ее малину смотреть, я про то даже как-то и позабыл сперва. А просто… напужался вдруг, что она уйдет — и все.

— А чо тебя Иголкой звать?

— А ты чего смеешься-то? Имя мое не нравится, так?