Око флота: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Это был молодой Уайт, загорелый и весь сияющий от гордости за свое новое назначение.

Дринкуотер посмотрел на него. Ему не верилось, что они могут принадлежать одному поколению.

— А где Крэнстон? — спросил Уайт.

Дринкуотер устало махнул рукой в сторону леса.

— Пал в бою за защиту владений Его Величества, — ответил он, чувствуя, что цинизм облегчает душу, — с зажатыми в зубах собственными яйцами.

Почему-то ему доставило удовольствие видеть обескураженное лицо Уайта.

Глава шестнадцатая. Бой насмерть

Апрель 1781 г.

Если остатки десантной партии рассчитывали отдохнуть после своих трудов, их ждало разочарование. После жалких трех часов сна часть из них уже оказалась на шлюпках, спускающихся вниз по реке, чтобы предотвратить возможную атаку шлюпок с «Креолки». Хоуп особенно забеспокоился, когда вражеский корабль направился к югу. Он не мог знать, что сначала «Креолка» проглядела «Циклоп», но послеобеденный морской бриз принес ее обратно. За час до заката она бросила якорь у бара. Теперь не приходилось сомневаться, что «Креолка» нашла свою жертву.

Двадцать четыре часа, истекшие с момента возвращения десантной партии, оказалась трудными для всех. Участники экспедиции принесли с собой дух поражения, и он быстро распространился на остальных членов экипажа. Но уныние отодвинулось на задний план, поскольку существовала срочная необходимость позаботиться о раненых и подготовить фрегат к выходу в море. Брам-стеньги и реи вернули на место. Это позволяло «Креолке» видеть их, но теперь это не имело значения. Уж лучше принять бой, чем провести хоть одну лишнюю минуту в этих зловонных дебрях, окружающих Галуду. Эпплби со своими помощниками работал больше всех, латая раненых, чтобы те могли встать к орудиям. Тяжелым облегчали боль настойкой лауданума.

Для Дринкуотера время шло как во сне. Внешне он как прежде усердно исполнял свои обязанности. Во время переклички он заявил, что Шарплз был убит у мельницы. Когда назвали имя Треддла, Натаниэль промолчал, поглядев на Морриса. У того на губах играла загадочная улыбка, но он не сказал ничего.

Напряжение и усталость совершенно расстроили нервы Дринкуотера к концу этого тяжелого дня, но вести о приходе «Креолки» к бару, быстро распространившиеся по кораблю, похоже, вывели его из ступора. Он почувствовал, что пробуждается к жизни. Моррис это Моррис, неизбежное зло; Ахиллес оказался ярким пятном в обычной рутине, но его нет больше; Крэнстон мертв; Треддл тоже мертв — признан погибшим в деле у мельницы — так записали в судовом журнале…

Но только когда его пригласили на совещание к капитану, в мозгу юноши произошел щелчок, окончательно вернувший его к реальности. Когда он вместе с другими офицерами вошел в каюту, его место оказалось рядом с Моррисом. И тут до его затуманенного болью сознания дошла, наконец, та ужасная правда, которую он прежде отказывался признавать. Шарплз не убит в бою. Он хладнокровно застрелен под прикрытием боя. И сделал это человек, стоящий рядом с ним…

— Так, джентльмены… — Хоуп обвел взглядом круг усталых, но внимательных лиц. Присутствовали все. Красивые лица Дево и Вилера, морщинистая физиономия Блэкмора, молодой Кин и еще более юный Скелтон. Дальше расположились уорренты: канонир, боцман, плотник, за ними — напряженные лица мичманов и помощников штурмана.

— Так, джентльмены, похоже, наш приятель вернулся, и, надо думать, с подкреплением. Насколько я понимаю, он предпримет шлюпочную атаку, поэтому в мои намерения не входит верповать корабль. Мы можем сделать это, если заметим подход «Креолки», да и шпринг уже заведен. Впрочем, я не ожидаю такого развития событий. Ночью ветер будет дуть в сторону моря, и вероятнее всего именно атака на шлюпках. Я хочу приготовить им ловушку, и поэтому собрал вас здесь… Луна зайдет около двух часов. Значит, вскоре после этого времени мы можем ожидать шлюпок, намеренных нас атаковать, — при этих словах он обвел всех взглядом и изобразил на лице нечто, что по его разумению должно было представлять собой сардоническую усмешку, — им ни по чем береговой бриз.

Офицеры заерзали, что свидетельствовало об их интересе. Хоуп с облегчением вздохнул.

— И вот что я предлагаю сделать…

«Циклоп» изготовился к отражению атаки. Люди были покормлены, огонь на камбузе потушили. Матросов распределили по постам в соответствии с тщательно разработанной диспозицией. Всем, кроме вахтенных, было приказано отдыхать не выпуская из рук оружия. Стремясь поднять боевой дух команды, Хоуп решил внедрить несколько задумок по дополнительной обороне фрегата. Лучшая из них принадлежала Вилеру. С помощью талей две самые большие шлюпки «Циклопа» подтянули к краям фока— и грота-реев. Таким образом, шлюпки возвышались над бортами и выступали за них. Внутри каждой укрылась группа из лучших стрелков, они должны будут открыть огонь, когда враги полезут на абордаж.

Порты батарейной палубы были задраены, а расчетам орудий раздали стрелковое оружие. Через час после захода луны на реке послышался негромкий плеск. Стоявший у кормового окна Дево тронул Хоупа за руку.

— Они идут, сэр, — прошептал он. Лейтенант повернулся было, чтобы передать команду, но Хоуп удержал его.

— Удачи, мистер Дево… — голос Хоупа был хриплым от переживаний и усталости. Дево улыбнулся в темноте.

— И вам удачи, сэр, — тепло ответил он.

Первый лейтенант проскользнул на батарейную палубу, шепотом предупреждая людей, размещенных там. Поднявшись наверх, он приказал всем лечь. Пригнувшись, Дево обошел весь корабль. Все на постах были наготове.

Дринкуотер входил в группу, расположившуюся в носовой части главной палубы. Ее возглавлял лейтенант Скелтон, и на нее возлагалась задача контратаковать противника на манер того, как это было с успехом проделано в предыдущем сражении. Наверху, на форкастле, кок-ирландец О’Молли пиликал на скрипке, несколько человек пели, кто-то негромко болтал — все выглядело так, будто это обычная якорная вахта. Шлюпки подошли к борту с нескольких сторон. Приглушенные удары и скрип подсказывали, где они встали. Дево ждал. Над фальшбортом показалась рука, ухватившаяся за противоабордажную сеть. За ней другая. На противоположной стороне над поручнями тоже показалась голова человека.

— Давай! — заорал Дево, вложив всю силу в этот крик, подхваченный матросами.

Нависшее напряжение разряжалось теперь с треском выстрелов, пламенем и клубами дыма. Пять или шесть десятков двенадцатифунтовых ядер было сброшено за борт с целью пробить днища шлюпок «Креолки». Со своих шлюпок, подтянутых к реям, стрелки с «Циклопа» открыли по нападающим убийственный огонь. Прекрасная подготовка привела к успеху: борта фрегата были очень быстро очищены. Убийственным огнем с палубы англичане добивали врагов, барахтающихся в воде…

Атака с кормы была отражена с таким же успехом. Хоуп огляделся. Ему вдруг показалось, что корабль двинулся, разворачиваясь носом вниз по течению реки. На носу кто-то перерезал якорный канат, и Хоуп инстинктивно вглядывался в окно, пытаясь разглядеть в темноте шпринг. Нервно скомандовав Блэкмору поднять паруса, он побежал к штурвалу, опасаясь, что в случае потери шпринга корабль может сесть на мель.

Впереди мятежники сумели не только перерезать якорный канат. Подведя шлюпку прямо под носовую фигуру фрегата, два или три десятка американцев под командой деятельного офицера сумели по снастям бушприта, делавшим доступ наверх сравнительно легким, пробраться на палубу. Завязалась рукопашная. Несколько мятежников хлопотали вокруг погонных орудий фрегата, стараясь развернуть их в сторону палубы.

Ситуация становилась критической, и Дево затребовал резерв Скелтона. Слыша доносящиеся сверху крики и стоны, Скелтон уже двинулся вперед, выводя свой отряд из стигийской тьмы палубы. Дринкуотер выхватил свой кортик и последовал за ним.

На форкастле французский офицер с приватира уже праздновал успех. Его люди развернули погонное орудие правого борта и готовились к выстрелу. Если фрегат не удастся взять, француз был намерен уничтожить его. Если бы только посадить его на мель да поджечь… Фрегат уже несет вниз по течению… А если произвести бортовой залп, то… Он приказал двоим оставшимся в шлюпке поднять на борт горючие материалы, и повернулся, чтобы после выстрела орудия повести своих людей в последнюю атаку за овладение верхней палубой. И тут перед ним словно из ниоткуда возник английский лейтенант, ведущий в бой свежий отряд. Лейтенант замахнулся, но прежде чем успел опустить клинок, француз нанес быстрый и смертоносный укол.

— Hélas![21] —воскликнул он, а Скелтон повалился навзничь, упав на двух следовавших за ним матросов. Глаза француза блеснули торжеством, он повернулся к своим пушкарям. — Tirez![22]

[21] Ах! Увы! (фр.)

[22] Огонь! (фр.)