Проводник в бездну: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Гриша сделал шаг, второй. Остановился, прислушался. Будто бы никто не видел, как он оторвался от арб. «Ой, хотя бы сердце от перенапряжения не выскочило из груди!..» Гриша кинулся в орешник, как пловец в речку, с закрытыми глазами. И тут же ощутил, будто искры вспыхнули в голове, вспыхнули и погасли. Вместо них появилась нестерпимая боль. Вскоре и она исчезла, всё исчезло. Словно вовсе не стало Гриши на земле…

Придя в себя, Гриша нащупал шишку на голове, что-то липкое и горячее. Кровь?.. И скорее почувствовал, чем увидел перед собой перекошенное гневом лицо рыжего толстяка. «Это он меня палкой ударил, — понял Гриша. — Следил за мной, видать… Ну, пускай! Пускай я пойду к гроссфатерам, но и вы не выберетесь отсюда… А где же Ганс?» — мелькнула мысль. Он посмотрел вокруг и заметил невдалеке невыразительную фигуру. «Вон оно что! Толстяк нарочно приставил к нему Ганса!.. Чтобы проверку сделать своему солдату, да и проводнику заодно…»

— Замьорз? — дохнул шнапсом Курт. Он нагнулся, схватил Гришу за воротник курточки и, кряхтя, поставил на ноги. Гауптман свесился с коня, ткнул Грише в лицо два пальца, чуть не выколов ему глаз.

— Цванциг минутен!

В груди стало холодно и словно пусто. Гриша закрыл глаза и представил себя мёртвым. Лежит он на лавке, бабушка сложила вместе его жёлтые, словно воск, руки, опустила веки… А мать бьётся в его ногах, умоляет встать, голосит: «Ой, на кого же ты нас покинул, Гришенька мой дорогой, мой золотой сыночек!.. Ой, кету ж у нас отца, да и ты ушёл от нас. Ой, да рано же ты нас покинул, ой, на кого же ты нас оставил? Ой, с какой же дороги тебя ждать, ой, с какой же дороги тебя выглядать? Поднимись хоть на минутку да скажи нам хоть одно словечко. Защебечи нам, как ты ещё вчера щебетал, точно райская пташечка… Ой, на кого же ты нас…»

— Форвертс! — толкнул рыжий. Гриша вздрогнул, открыл глаза и поплёлся в темень, чувствуя на своей шее тяжёлое, учащённое дыхание.

СОЛНЦЕ ВСХОДИТ ВСЕГДА

Теперь о побеге нечего было и думать. Курт не спускал глаз с проводника. То и дело касался палкой худенькой спины.

— Вперьод! — подгонял. — Шнель! Шнель!

Немцы спешат. Скоро рассвет. А на востоке то и дело вспыхивают ракеты и усиливается глухое урчание моторов. «Прорвались ли наши или торопятся домой такие же, как эти, в свой фатерлянд?» — думал-гадал Гриша.

Гауптман иногда останавливал колонну, свирепо ругал солдат, уже не очень придерживающихся тишины, прислушивался к далёкому гулу. Потом резко, как кнутом, подхлёстывал автоматчиков:

— Шнель!

Да какое уж тут «шнель»! Гриша повернул колонну в урочище Царевое, а это самое скверное место в лесу — земля болотистая, кони грузнут, солдаты тяжело пыхтят вокруг арб.

Палка острым концом упёрлась в Гришины плечи — рыжий повёл проводника на «спрашивайт». Но это должен быть уже не обычный «спрашивайт», как вечером или ночью. Ведь кончились те страшные «драйциг минутен». Что с ним будет?.. Зачем спрашивать? Немцы — люди точные. Отмерили тебе тридцать минут — получай своё… Не вывел ведь к Старому Хутору… А наоборот, затащил в такую глухомань, откуда сами они не выберутся. Вот и хорошо! Застукают их тут наши. Но не. увидит он, Гриша, желанной расплаты.

Гауптман наклонился с коня, поднёс парабеллум к самому носу мальчишки, будто приглашал понюхать запах смерти. Гриша вздрогнул, почувствовав холод металла, быстренько показал влево.

— Гляньте, вон уже лес кончается…

Действительно, слева открывалась широкая поляна. Гауптман спрятал парабеллум в кобуру и с облегчением вздохнул: зловещий ночной лес наконец-то позади. Он ударил усталого коня нагайкой. Арбы и солдаты столпились на поляне, как большая отара овец.

Гауптман подъехал к проводнику, выдавил улыбку на своём поцарапанном лице, сузил глаза под забрызганными грязью стёклышками очков:

— Гут… карош, кнабе… [22] Ду бист айн вундеркинд [23].

Когда последняя арба выбралась на сухое место, гауптман развернул карту, повёл пальцем в порванной перчатке по урочищу Царевому и даже подскочил в седле, увидев, что стоят они на берегу речка Снов.

— Сноф, Сноф, — радостно заёрзал в седле гауптман, словно увидел не узенькую, едва заметную полесскую речушку, текущую тихо да мирно среди осоки, а полноводный, известный во всём мире могучий Рейн.

Проводник пытался растолковать повеселевшему гауптману:

— Вот по этому болотцу перейдём в село Орлово, а там — переправа и Старый Хутор.

— Яволь, яволь, — снисходительно кивнул офицер, выслушав перевод рыжего. Тут же он подозвал костлявого высокого солдата, отдал какое-то распоряжение. Тот стоял, даже не прикладывая руку к пилотке, как это полагается по статуту, мямлил лишь:

— Я, я, я…

Костлявый солдат неуклюже доплёлся до арбы, выпряг битюга, кряхтя, влез на него и ударил коня задником сапога. Битюг, хромая, вошёл в речку. Ступал по дну недоверчиво, похрапывая.

— Гут! — долетело с противоположного берега, и всадник исчез в камыше.

На этом берегу узенькой речки фашисты чуть не ржали от радости.

Но вот на том берегу опять послышалась какая-то возня, конское ржание, ругань. Вынырнул из тумана костлявый солдат… без коня.

[22] Мальчишка.

[23] Ты умный мальчик.