Проводник в бездну: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Тишина стала ещё гуще.

Золотозубый офицер поигрывал тростью, нетерпеливо поглядывая на ручные часы. Наконец не выдержал, что-то гаркнул безбровому панку. И тот сразу выпалил:

— Герр офицер думает: подойдёт нам Поликарп Налыгач. Хозяином был до Соловков.

— Вас ист дас Соловки? — наклонился к панку офицер.

Панок коротко объяснил, офицер заржал, как конь. Даже похлопал по плечу Налыгача.

— Гут! Гут!

Приймак неумело вытянулся, пошатнулся и чуть (было не шлёпнулся в лужу. Если бы панок не поддержал, лежать бы кандидату в старосты в грязи. Не рассчитал Поликарп, угощая гостей и себя самогоном, на радостях лишнее опрокинул.

Выпрямившись, Поликарп благодарно кивнул панку и выставил худую грудь, подобострастно глядя в рот «новой власти». А «новая власть» изрекла:

— Поликарп Налыгач — старост…

После чего панок выкрикнул:

— Начальником таранивской полиции назначается пан Кирилл Лантух!

Зашевелились люди на минутку — и снова тишина. Приймак так Приймак. Кирилл так Кирилл. Видно, пришло время подонков разных. Лишь баба Зубатая не выдержала, кинула:

— Чтоб над тобой командовала верёвка с тугой петлёй! Чтоб тебе то командование боком вылезло! Чтоб в твоих печёнках-селезёнках командовали всякие болячки!..

Лантух этого, конечно, не слышал. Стоял надутый, красный, приземистый. Бычий его загривок налился кровью.

— Сейчас пан Лантух прочитает приказ немецкого командования, — подал голос новоиспечённый староста.

Но Лантух и читать толком не умел. Жил он где-то на далёком лесном кордоне и в школу почти не ходил. Они с отцом тайно промышляли лесом. Перед войной исчезли, спасаясь от суда. А теперь вот снова объявились.

— Поняли? — взвизгнул Налыгач после Кириллова бекания да мекания. — Вопросов не имеется?

Какие же тут вопросы, всё было ясно. Не выполнишь приказ немецкого командования — расстрел. За связь с партизанами — расстрел. За предоставление ночлега незнакомым людям — расстрел.

Баба Зубатая тихо сказала:

— Дожили, конокрады теперь будут верховодить… Ах, чтоб ты не знал ни пути, ни доброй стёжки…

На неё люди снова зашикали. Ой, бабы, держите теперь язык за зубами, можете лишиться его вместе с головой.

Но баба никак не могла успокоиться.

— Испугалась я каких-то конокрадов! Чтоб они все передохли!..

Уже давно стемнело. Бабуся и Петька спали, мать мыла посуду на лавке. Гриша сидел на припечке и от нечего делать перелистывал старую книжку о полесском разнотравье, когда-то привезённую отцом и Чернобаевки.

Кто-то тихо постучал в окно.

— Кого носит в такую пору? — встревожилась мать.

Гриша прижался лбом к стеклу. Со двора смотрели на него знакомые монгольские глаза. Рукой Митька звал друга из хаты.

— Кто там добивается? — вновь спросила мать.

— Митька.

— Чего это ему приспичило ночью?