Рассказы и сказки для взрослых: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Таня, да не плачь ты, милая! Я же не железная, дите мое!

И уже мне из дому. Как всегда звонко. Да нет же, звонче, резче!!!

— Наталочка, дите! В массажную! Быстро! Может быть, успеем!

В глазах у меня потемнело. Честно говорю, правда, потемнело.

— Наталочка! Дите! В массажную! Быстро! Может быть, успеем!

— Наталочка! Дите! Быстро! Может быть, успеем!

— Быстро! Может быть, успеем!

— Может быть, успеем!!!

«Что — успеем? До чего успеем?! — хотелось крикнуть. — Тетя Роза! Тетя Розочка!!! Остановись! Тетя Роза! Остановись!».

Только я не крикнула… Не каждому можно крикнуть «остановись»… К чему?

Через минуту я была готова и, представьте, мы действительно успели…

Осень 1980-81 гг. Евпатория-Москва.

ФОТОГРАФИЯ В ИГРУШКАХ

Вот и еще одна книжка Давида Германовича. И не стоит говорить о художественных достоинствах его работ. Дни наши, деловые до сумасшествия, жесткие до жестокости, просто нуждаются в произведениях человека, который жил сердцем.

… После смерти Давида, в нашем доме, долгое время было почти физически больно наводить порядок. По простой причине. Среди книг на полках лежал большой конверт с надписью фломастером: «ПИСЬМА ДАВИДА». Лежал он много лет. Постоянно пополнялся. Мы их часто читали и перечитывали.

Смешные, короткие, будто веселые искорки, письма-записки. «Ребята! Разменяйте рубль!» И тут же приклеен вырезанный из газеты рубль.

«Я бы выпил за тебя штоф водки, но меня слегка инфарктнуло…» Это телеграмма из больницы от Давида Германовича в день моего тридцатилетия.

«Как живете, караси? Ничего себе, мерси!» — это тоже из больницы. И вопрос Давида, и ответ его. Написано на… горчичнике. И конечно, не потому, что не было бумаги, просто так смешнее и интереснее.

А вот конверт со штемпелем Южно-Сахалинска. Почему? А просто взял Давид газету, вырезал из нее мою сказку, отправил на Сахалин до востребования, указал обратным мой домашний адрес. Потому и пришло письмо на улицу Черняховского с улицы Черняховского через Сахалин. И просто, и сложно, и запутано, и весело, все, как у Давида!

Конечно же, ни один мой дом получал такие письма — светлячки. Но это были письма все-таки к нам. Когда хочу, перечитываю. Часто…

И еще. В моей комнате стоит пианино, на нем живут игрушки. Белки, кошки, фея, лягушата, судья в парике и мантии, маленький вратарь в маленьких воротах — это почти люди, почти актеры. Они «снимались» в моих диафильмах и мультфильмах. Среди этой компании стоит фотография Давида Германовича. Думаю, очень правильно, что стоит она именно здесь.

Давид Германович многому научил меня, ему нравились мои сказки. А еще он любил бывать в добрых, веселых компаниях. Уверена, он доволен, что фотография его живет среди озорных, легкомысленных существ.

И мне хорошо. Давид всегда рядом, смотрит на меня своими добрыми, мальчишескими глазами.

В годовщину смерти Давида возле его фотографии поставили свечу и две гвоздики. Мне очень хотелось одну выбросить: нельзя, чтобы у Давида Германовича Медведенко было четное количество цветов.

ШТОРЫ

Жила-была темная комната.

Хотя нет. Так начинать сказку нельзя. Темно и грустно. Начнем по-другому.

…Каждое утро, на рассвете вставало солнце. Золотое, веселое, теплое. Даже горячее, но иногда не золотое, а красное или розовое. И обязательно доброе и красивое. Хотя бы одним своим лучом солнце заглядывало в каждое окно каждого дома. Ведь какая бы неприятность ни завелась в комнате, луч солнца все уладит. Солнце ждали. Раздвигали шторы. Лучи скользили по комнате. «Ну? Где что не так? Ясно. У кого-то болит голова». Капля солнечного света незаметно скатилась по лучику в чашку с чаем. Теперь все в порядке.

Так бывало везде, за всеми окнами. Кроме одного.

— Просто голова кругом идет, ума не приложу, что это значит, — очень удивлялось и переживало солнце.