— К побегу? А смогут ли партизаны нас выкрасть? Вряд ли! — почти выкрикнул Коля.
Володя был поражен. Так, значит, Коля тоже не уверен в успехе, тоже волнуется. Может быть, даже боится?
Нина почувствовала его смущение.
— Нас выручат, — твердо сказала она. — Вот увидите. Я знаю, нас освободят!
Глава IX
ГЕЛЛА МЕНЯЕТ ХОЗЯЕВ
Самых слабых и больных ребят разместили ближе к окну. Крепкие и здоровые ждали в коридоре. В этот последний час здесь распоряжалась Нина. Коля сидел и угрюмо молчал: вероятно, ему было стыдно, что он испугался эсэсовцев.
Володя сел между Колей и Катей.
— Уже стемнело, — сказал он.
— Давно стемнело, хотел ты сказать, — поправил его Коля.
— Почему давно? Каких-нибудь полчаса…
— Ты думал, я струсил? — Коля сердито сплюнул. — Я только не могу сидеть тут, как крыса в норе. Когда меня били, я не плакал, даже не вскрикнул… Но когда ничего не знаешь и не видишь, что делается там…
— Мне бы тоже хотелось посмотреть из окна…
— Может быть…
— Может быть, твои партизаны уже подходят? Не думаю.
— Володя! — позвала Нина. Она сидела под самым окном. — Тебя зовут.
— Кто зовет?
— Не знаю… Снаружи зовут. Володя быстро протолкнулся к окну.
— Володя!.. — голос донесся сверху.
— Я здесь! — закричал мальчик. — Я здесь!
— Не кричи! Как там у вас? — Все в порядке.
— Ждите… Скоро я приду… по-настоящему!
— Жора!
Ответа не было. Володя вспомнил о часовых. Конечно, Жора не может с ним разговаривать: его могут услышать. Но когда же их освободят?..
— Ну, как?
— Что тебе сказали?
— Сказали, ждите.
— Значит, они придут за нами?
— Значит, придут.
Прошло еще минут пятнадцать — двадцать. Володя уже не отходил от окна. Внезапно он услышал слабый шум. Кто-то снимал доски. А вслед за этим в отверстии появилась человеческая фигура и раздался голос Жоры:
— Посторонитесь! Прыгаю! По-настоящему…