Клэр уставилась на дверь, через которую он исчез.
– Почему он позволил нам уйти?
– Понятия не имею, – пробормотал Гидеон, выражая беспокойство, поскольку он смотрел в изумлении на дверь, через которую исчез Дариус.
– Он назвался Дариусом.
– Что? – Гидеон уставился на нее. – Ты уверена?
– Да, а что?
Гидеон схватил оба пистолета. Убрал свой в кобуру, вбил ее пистолет в карман своей куртки, схватил Клэр за руку и потянул на парковку.
– Гидеон, – потребовала она, бежа, чтобы успевать за его длинными шагами и, пытаясь, не выдать голосом паники. – Что происходит?
– Помнишь, я рассказывал тебе об одном ликанов? Старом?
Клэр задумалась на мгновение, чтобы припомнить упомянутого ликана двенадцати сотен лет от роду.
– По слухам он мертв? – спросила она, тугой узел сформировался в центре ее груди, затрудняя дыхание.
– Да, его зовут Дариус.
Дрожь пробежала через нее, и она почти споткнулась. Его рука сжалась вокруг ее пальцев, а он увеличил свою скорость, таща ее вперед еще быстрее.
– Но если это был он, то почему он позволил нам…
– Я не знаю, но мы не будем проверять его милосердие сегодня вечером. Он убийца. Мы даже не можем определить число жизней, что он забрал за столетия, – Гидеон посмотрел направо – налево, как если бы ожидал, что Дариус высветиться из-за припаркованного автомобиля. Они направились вглубь парковки и походка Гидеона была стремительной и сердитой.
– Я не думаю, что он отпустил нас, только для того чтоб напасть позже…
– То, как он смотрел на тебя… – Гидеон прервался, качая головой. – Я удивлен, что он ушел.
– Возможно мы должны пойти за ним.
– Позволь ему уйти.
– Почему? Те другие ликаны упоминали Бенедикта. Я думаю, он их альфа. Может Дариус знает…
– Нет, Клэр. Он, может, и стрелял в одного из представителей своего вида, но он не склонен помогать нам. И мне не нравится, то как он смотрел на тебя. В следующий раз, он может не дать тебе уйти.
– Тогда, что дальше? Еще одна ночь и ни намека? – потребовала она. – Я иду за ним, – развернувшись, Клэр стала возвращаться в переулок.
Рука Гидеона сжала ее руку, развернув. Его зеленые глаза сверкали.
– Ты хочешь дать ему уйти с тобой? Это то что ты хочешь?
Глубокий рык поднялся из ее горла.
– Точно. Я создание страсти, помнишь? – усмехнулась она, извернувшись, она освободила свою руку и отступила назад. Кровь накачивала ее вены полно и быстро. Он снова схватил ее руку и, не задумываясь, она передвинула свою ладонь, нанося удар по щеке. Его голова дернулась от силы ее удара.
Ее рука полетела ко рту. Даже в темноте и мраке переулка, она разбирала свой отпечаток руки, белый, закостенелый против его смуглой кожи щеки – свидетельство ее гнева, склонности к жестокости, что захватила ее в приступе.
Его взбешенный пристальный взгляд бродил по ее лицу, оставляя след огня. Когда его пристальный взгляд обосновался на ее губах, жар охватил ее. Клэр начала дрожать, знакомое желание углубилось в глубине ее живота и стало расширяться наружу. Не имея возможности сопротивляться, она наклонилась.
Он ухватил ее за заднюю сторону шеи и притянул к себе, набросившись на ее губы, проталкивая язык в ее рот. Она застонала.
Он опустил руки, стискивая ее бедра, прижимая к себе, она животом чувствовала его твердую эрекцию. Она прислонилась к нему, желая эту твердость где-то в другом месте, что скрыто внутри нее.