Тегг раскалил в горне кусочки железа, выковал на наковальне двенадцать шипов, а потом бросил их в воду, в калебас из красного дерева.
Когда шипы остыли, гиена Буки подставила кузнецу свой толстый лоб, и Тегг-кузнец накрепко прибил ей оба рога.
Вернулась Буки к себе, но не успела даже вздремнуть, потому что запел первый петух. Вскочила гиена и побежала по тропинке, которая вела к пастбищу.
Всполошились буйвол, и баран, и антилопа, и все их родичи, завидев рогатую Буки.
— Ли лане ла, вайе? (Что это такое?)
— Мо! Ки кане ла? (О, кто же это?)
— Ки кане вайе? (Кто же это такой?)
— Я гиена особой породы! — ответила им Буки. — Скоро ли мы пойдем на пастбище?
Ей объяснили, что, пока солнце не выпьет всю росу, никто не должен касаться травы ни губами, ни зубами, ни языком. Тот, кто наестся мокрой травы поутру, раздуется, как бурдюк, и лопнет!
Наконец солнце встало со своего ложа и начало тяжело подниматься в гору. И тут Буки показалось, что солнце заметило ее и остановилось. Остановилось и уставилось в изумлении на ее рога. И все лучи его засверкали, заиграли на шляпках двенадцати шипов, вбитых в толстый лоб гиены Буки.
Подошла Буки к газели Кевель и спросила:
— Кевель, у тебя не кружится голова?
— Нет! — ответила газель и на всякий случай отскочила подальше от странной соседки.
— А у меня кружится, — пробормотала Буки. — С чего бы это?
Солнце грело все жарче, лучи его давили на шипы Тегга-кузнеца, шипы давили на рога, и рога давили на лоб гиены все сильнее.
Подошла Буки к буйволу Йоку и антилопе Кобе и спросила, вздыхая:
— Почему я вас плохо различаю? У меня такое чувство, будто весь мир повис у меня на рогах!
— Как это, весь мир на рогах? — удивился буйвол Йок. А антилопа Коба сказала:
— Странно.
И тут наконец буйвол Йок подал знак и сказал:
— Трава подсохла. Можно начинать! Гиена Буки сделала один шаг.
Солнце ударило ее по рогам, украденным из термитника.
Гиена Буки сделала второй шаг.
Солнце ударило ее по шипам, вбитым Теггом-кузнецом.
Гиена Буки сделала третий шаг.
Солнце раскалило шипы, вбитые в толстый лоб гиены, голова ее отяжелела, хребет согнулся, дрожащие лапы разъехались, и гиена Буки свалилась без памяти.
Так и не довелось гиене Буки отведать травы!
Как Буки воскресла
В тот год Буки-гиена почему-то забыла о своих привычках и решила вскопать и засеять поле, как все ее соседи.
Но гиена ничего не понимала в крестьянской работе, а потому пришла она к всезнающему зайцу Лёку и сказала ему: