Меж двух вулканов. Боевые действия в центре Бородинского поля (Бородино. Хроника сражения): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

 Существует расхожее представление о Бородинской битве, которое известный военный историк А.П.Скугаревский выразил так: "Собственно говоря, сражение это свелось к двум главным боям: за Багратионовы флеши и за батарею Раевского; остальные эпизоды битвы имели второстепенное значение". Такое суждение имеет под собой объективные основания, так как вокруг упомянутых укреплений велись самые ожесточенные и кровопролитные бои, сюда были стянуты основные массы войск обеих армий, и здесь же они понесли самые тяжелые потери. Но для историка эти обстоятельства не могут служить оправданием для пренебрежительного отношения к прочим участкам битвы - на карте великого сражения не должно быть туманных пятен.

С другой стороны, Л.Ивченко высказала недавно несколько парадоксальное суждение о том, что главным опорным пунктом русского левого фланга были вовсе не Багратионовы флеши, а деревня Семеновское, где по линии оврага проходил естественный рубеж обороны; на северной окраине деревни была устроена мощная батарея, а всего за оврагом было размещено около 110 орудий. Кроме того, по мнению Л.Ивченко, "из распоряжений Наполеона перед битвой явствует, что главный удар должны были нанести войска ... маршала Нея между батареей Раевского и деревней Семеновское, то есть в центре"; доказательств этому она, правда, не приводит[1]. Учитывая вышесказанное, мы решили обратиться к детальному исследованию хода боевых действий на участке между двумя "действующими вулканами" - Семеновскими укреплениями и центральным редутом, главное внимание уделив бою за деревню Семеновское. По необходимости придется затронуть и предшествовавшие события, ибо от этого зависит определение времени начала интересующего нас боя.

В советской литературе вошло в обычай при описании борьбы за селение Семеновское ссылаться на знаменитую панораму Ф.А.Рубо, что само по себе вполне правомерно. Однако в большинстве работ описание этого эпизода сражения заслоняется, а часто и вовсе подменяется комментированием того, что изображено на грандиозном батальном полотне. Сложилась парадоксальная ситуация: с одной стороны, никому и в голову не придет считать великое произведение батальной живописи историческим источником; с другой стороны, в работах, посвященных панораме, утверждается, что Рубо достоверно показал события на 12 час.30 мин, и расположил войска именно так, как они действовали в тот момент, что "время и место действия отдельных корпусов, дивизий и полков на панораме соответствуют действительности" и что для "абсолютной точности" художник расположил войска на холсте в присутствии такого крупного знатока эпохи, как генерал Б.М.Колюбакин. Если иногда художник и отступал от истины, то это не беда, ибо "незначительные отступления от факта не всегда являются помехой эмоциональной правде, а нередко способствуют ей"[2]. Опираясь на подобные утверждения, авторы многих работ описывают бой по Рубо и Колюбакину, совершенно игнорируя источники. Такая подмена недопустима не только с методологической точки зрения, но еще и потому, что бой за Семеновское довольно подробно освещен с неприятельской стороны, особенно в немецких источниках, большинство из которых, кстати, было известно создателям панорамы. К тому же на знаменитом полотне запечатлен лишь один из моментов напряженного боя, который длился несколько часов. Обращение к источникам необходимо и для решения проблемы хронологии сражения, поставленной в весьма интересной статье Л.Ивченко и А.Васильева.

В русских источниках и исследованиях бой за Семеновское описан весьма противоречиво и неконкретно. В "Официальных известиях из армии 27 августа" признавалось, что бой за флеши длился "с 7 часов утра до 10", но уже в рапорте императору окончание боя было отодвинуто к полудню, а о взятии деревни и не упоминалось. К.Ф.Толь, имевший прямое отношение к составлению этих документов, в своем "Описании сражения при селе Бородине" отважился даже утверждать, будто лишь вечером, Крайне сумбурны и неточны описания боя у авторов, следовавших за Толем: Н.Д.Неелова, Д.П.Бутурлина, А.И.Михайловского-Данилевского, Ф.Глинки. Даже самое подробное описание данного боя у М.И.Богдановича занимает всего две страницы. В советской же литературе описание боя за Семеновский овраг сводилось к рассказу о героическом поведении гвардейских полков, а о занятии неприятелем самой деревни умудрялись и вовсе не упоминать[3].

Значительно больше сведений сохранилось с неприятельской стороны. Правда, официальные донесения описывают происшедшее лишь в самых общих чертах; зато богатая информация содержится в мемуарах участников и свидетелей этих событий[4].Обращение к данной теме необходимо и для уточнения некоторых деталей, например времени и места ранения генерала Л.П.Монбрена, места действия отдельных воинских частей, в частности 4-й пехотной дивизии. По неизвестным причинам,

Подготовка к сражению

При подготовке позиции для генерального сражения армия П.И.Багратиона находилась в более сложных условиях, нежели войска М.Б.Барклая де Толли. Местность здесь была более открытая и не имела такого серьезного естественного препятствия, каким являлась для 1-й армии река Колочь. 2-я армия была более ограничена во времени и в средствах для возведения укреплений, которые по своему характеру и качеству исполнения (степени завершенности) уступали укреплениям правого фланга. На возвышенности, расположенной примерно в 500 м к юго-западу от дер.Семеновское, были возведены два люнета и флешь (редант), которые в литературе условно именуются Багратионовыми флешами. В 400 м к западу от этих укреплений ровное поле пересекал ручей Каменка, имевший низкие, заболоченные берега. Каменка впадает в Семеновский ручей, в нижнем течении которого - от устья до деревни - берега круты и обрывисты, причем Из-за летней жары оба ручья почти полностью пересохли, но почва в бывшем русле все еще оставалась влажной и мягкой. Деревня, располагавшаяся тогда на возвышенности перпендикулярно оврагу, тоже была укреплена. Унтер-офицер Тихонов вспоминал: Поручик пионерных войск Д.Богданов сообщает, что в ночь с 24 на 25 августа было Генерал-аудитор 2-й армии С.И.Маевский подтверждает, что Начальник штаба армии Э.Ф.Сен-При говорит, что

Как видим, направление атаки указано здесь весьма приблизительно, и его более точное определение зависит от учета задач, возложенных на соседей Нея по фронту. Чтобы поддержать связь с Богарнэ, маршалу было необходимо занять часть леса в районе слияния ручьев Каменки и Семеновского, вытеснив оттуда русских егерей. Из двух дивизий Даву 5-я имела задачу захватить правый редут, то есть южную флешь (люнет), а 4-я - прикрыть это движение со стороны леса, оттесняя русских егерей. Таким образом, атака северного люнета также возлагалась на войска Нея. (Подчеркнем, что третьего укрепления - флеши - французы еще не видели). Косвенно это можно подтвердить размещением французской артиллерии на данной позиции. В течение ночи здесь были построены две позиционные батареи, каждая на 24 орудия, которые должны были вести огонь по двум противостоящим им русским батареям. При этом правая батарея, занятая орудиями гвардейской артиллерии (батарея Сорбье), находилась дальше от деревни и вела огонь по южному русскому укреплению вместе с артиллерией 1-го корпуса. Вторая же батарея, расположенная к северо-западу от первой, размещался с 16 гаубицами генерал Фуше, должна была обстреливать левый редут, то есть северный люнет[7]. Сказанное позволяет нам заключить, что войска Нея должны были атаковать на участке от слияния двух упомянутых ручьев до северного люнета, в дальнейшем в сферу их действия должна была попасть и деревня Семёновское.

Ответ на этот вопрос зависит, прежде всего от соотношения численности каждой из четырех действовавших здесь "атакующих колонн". По нашим подсчетам, "колонна" Даву, с учетом кавалерии его собственного корпуса и 1-го корпуса резервной кавалерии, насчитывала 13тыс.чел. пехоты и 6 тыс.чел. кавалерии, всего 19 тыс.чел. Войска Богарнэ, выдвинутые против центрального редута, включали 21 тыс. пехотинцев и 4 тыс. кавалеристов, всего 25 тыс.чел. Группировка Нея, с учетом корпуса Монбрена и легкой кавалерии 3 и 8 корпусов, имела 17 тысяч пехотинцев и 8 тысяч кавалеристов, всего 25 тыс.чел. Корпус Понятовского, совершавший обходной маневр, насчитывал всего 10 тыс.чел. Как видим, три главные атакующие группировки не сильно отличались между собой по численности. Тот факт, что группа Нея должна была отчасти наступать между двумя главными опорными пунктами русских, еще не гарантировал успешного прорыва, так как эта местность простреливалась с обеих сторон. Можно сказать, что император наносил свой главный удар на всем пространстве от р.Колочь до Утицкого леса. Здесь он сосредоточил до 90% своих войск, оставив на северном берегу лишь прикрытие. Все наступающие здесь "колонны" должны были двигаться "на одной высоте", одной линией, то есть единым фронтом, прижимая русских к Новой Смоленской дороге. Действия этих группировок были тесно взаимосвязаны, и задержка в продвижении какой-либо одной из них вызывала остановку соседей по фронту. Приказ императора гласил, что движение всех корпусов Не имея возможности обозреть позиции русских во всю их глубину, а следовательно, не зная расположения их резервов, император не мог заранее детализировать план своего наступления и предполагал развивать его в зависимости от обстановки и поведения противника. В том же приказе он писал: Главное было ввязаться в бой...

Начало сражения

Ранним утром 7 сентября ожили биваки обеих армий, противники готовились к решительной схватке. Согласно обычаю, заведенному Наполеоном, солдаты "Великой армии" облачались в парадную униформу. В 3 часа 30 минут император прибыл к Шевардинскому редуту, где отдал последние распоряжения перед сражением. Войска занимают исходные рубежи. На правом фланге в лесу выстраивается дивизия Компана, позади нее между лесом и редутом - дивизия Дессе; еще дальше слева, на высоте редута, развертывается дивизия Фриана. К северу от редута выстроилась гвардия, а слева от нее - дивизия Клапареда (Висленский легион). По словам штабного полковника Ж.Ж.Пеле, Корпус Нея выстраивался в центре, имея позади себя вестфальский корпус[8].

К югу от Шевардинского редута развертывались 1, 2 и 4 кавалерийские корпуса. Командир саксонского полка Гар дю Кор А.Ф.Лейссер вспоминал: "Здесь в необозримых боевых порядках развернулась кавалерия; впереди тяжелой кавалерии стояча линия, состоявшая из прекрасных польских уланских полков (дивизия Рожнецкого - А.П.), а справа рядом со мной стояли французские карабинеры. Они являли собой импозантное зрелище. Гигантские люди и лошади, античные шлемы с красными плюмажами и султанами, двойные кирасы из желтой латуни. Воистину, вряд ли можно увидеть более прекрасных, отборных, грозных кавалеристов". По словам саксонцев, они оставались на этой позиции с 6 до 7 час. утра. Примерно в 6.30 перед корпусом появился генерал В.Н.Латур-Мобур. Саксонцы были поражены, как изменился облик их командира. "Не только великолепная парадная форма, в которой он явился вместе со своей свитой, вызвала это изумление, но также его лицо, осанка и все его поведение совершенно изменились по сравнению с прежним. Юношей явился он перед нашим фронтом, и одного его пламенного взора, безо всяких лишних слов, было достаточно, чтобы воодушевить всех стать похожим на него". Латур-Мобур стал очень похож на Мюрата, возможно, в силу своей природной живости[9].

"Я тотчас созвал генералов, - пишет он, - чтобы на словах воспроизвести им инструкции, которые они уже получили в письменном виде; я велел зачитать перед войсками прокламацию Его Величества; она была с энтузиазмом воспринята солдатами, и под крики "Да здравствует Император!" мы тотчас двинулись на неприятеля. Дивизии 3-го корпуса двигались вперед в следующем порядке: 10-я, 25-я и 11-я. Первая в колонне для атаки, имея свой последний полк развернутым в батальонные колонны на дивизионных дистанциях, готовым образовать каре и служить резервом. 8-й корпус был развернут в две линии". "построился в так что в каждой линии стояли друг за другом по одной бригаде в батальонных колоннах на полных дистанциях (2-я пехотная дивизия включала только 1 бригаду)".

"10-я дивизия, - после того, как были отброшены все стрелки и аванпосты, с большим мужеством атаковала левый редут неприятеля; этот редут был в то же время атакован войсками 1-го корпуса, так что 24-й легкий и 57-й линейный вошли в него вперемежку". "Указанное ему направление вело его к северу от Семеновского, к разветвлению оврага и к лесу, росшему по нижней его части. Но едва голова третьего корпуса спустилась в овраг, как неукротимый воин кидается вправо, куда призывает его сильная пальба, где он замечает некоторое колебание в войсках первого корпуса. Он кидается на Семеновские реданты с дивизией Ледрю", "дивизии Компана и Ледрю, долженствовавшие занять промежуток в шестьсот сажен от редантов до бастионного редута, вошли, смешавшись, в одно и то же укрепление". "Он вовсе не бросился в долину, не спешил помогать Даву (как пишет Сегюр). Он исполнял приказ, данный ему императором, чтобы атаковать совместно с маршалом Давукоторые прикрывали левый фланг неприятеля. Ранение генералов Компана и Дессе и маршала Даву стало причиной нерешительности в движениях первого корпуса, атака этого корпуса не принесла того результата, которого следовало ожидать. Движение трех дивизий Нея, исполненное с величайшей согласованностью, имело полный успех. Ободренные этой атакой, две дивизии Даву атаковали вновь, и остались в нашей власти". "Было 8Два редута потеряны и снова отняты обратно".

"8-й корпус прибыл в это время на возвышенность; я послал его вправо[14].

После вступления в бой армейских корпусов двинулась вперед и резервная кавалерия. В 8 час. 2-й кавалерийский корпус получил приказ выдвинуться к р.Каменка. Выполняя его, корпус повернул налево, прошел возле Шевардино мимо императорской гвардии и прибыл к тому месту, где Каменка впадает в Семеновский ручей. Корпусная артиллерия под командой полковника Т.Ж.Серюзье, усиленная несколькими батареями, тотчас вступила в дело. Она выдвинулась на отлогую возвышенность с западной стороны Каменского оврага и отсюда перестреливалась с русской артиллерией на батарее Раевского. - писал любивший прихвастнуть полковник, - Позади батареи Серюзье развернулась 2-я дивизия легкой кавалерии генерала К.П.Пажеля; обе ее французские бригады выстроились в первой линии, а иностранная бригада - во второй, примерно в 200 шагах позади артиллерии. По словам Пажеля, его дивизия составляла левый фланг корпуса, а его адъютант капитан Ю.Ф.Био уверяет, что 1-я бригада генерала А.Бюрта была послана вправо к корпусу Нея. Правее стояла тяжелая кавалерия: дивизия П.Вагье в первой линии, дивизия Ж.М.Дефранса - во второй[15].

В это же время двинулся вперед и 4-й кавалерийский корпус, приняв сначала немного вправо, а затем повернув налево. Впереди ехали уланы А.Рожнецкого, сзади кирасиры Ж.Т.Лоржа. Проехав около 2000 шагов, корпус остановился возле одной возвышенности и получил приказ развернуться."Перед нами, - вспоминал Ф.Меерхайм, - находились еще массы французской пехоты из корпуса маршала Нея, которые, видимо, собирались атаковать высоты, занятые противником; мы медленно следовали за ними, по временам останавливаясь... Теперь, когда мы уже находились в сфере действия картечного огня, мы заметили смятение среди французской пехоты... Вскоре после этого расстроенная пехота весьма поспешно отступила по обе стороны нашей колонны; противник, однако, ее не преследовал, но снова занял свою высоту". "Мы видели, - пишет Лейссер, - несколько атак французской легкой кавалерии в направлении крутой возвышенности, которая располагалась на значительном удалении справа от нас; они были неудачны, и несколько полков в величайшем беспорядке слетели вниз с этой высоты ". В то время, как войска Даву и Нея вели ожесточенную борьбу за Багратионовы флеши, "дивизия Лоржа, - сообщает М.Рот фон Шрекенштейн, - постепенно продвигалась все дальше вперед, принимая влево; полк Гар дю Кор двигался впереди, затем следовал полк Цастрова и, наконец, - польский кирасирский полк полковника Малаховского. Генерал Лорж большей частью находился у генерала Лепеля, который постоянно следовал за нашими движениями с вестфальской кирасирской бригадой (также построившись в развернутых полковых колоннах)... Генерал-лейтенант Тильман считал уместным движение в таком построении, так как благодаря этому уменьшалось действие неприятельской артиллерии, и я помню, что он советовался об этом с генералом Лоржем". По словам Лейссера, кирасиры "в полуэскадронах проскакали рысью через лощину, склоны которой поросли кустарником. При этом мы понесли значительные потери, так как неприятельская батарея стреляла картечью с левой стороны этого оврага; но, несмотря на смертоносный огонь и сложную местность, порядок движения колонны ни на мгновение не был нарушен. Мы добрались до отлогой возвышенности и развернулись, чтобы прикрыть тяжелую двенадцатифунтовую батарею из 18 орудий, которая подвергалась сильному обстрелу"[16]. Возможно, это была "батарея Фуше", выдвинувшаяся со своей первоначальной позиции, слишком удаленной от русских боевых порядков.

В прикрытие артиллерии была поставлена дивизия Рожнецкого. " - рассказывает Лейссер, — Поскольку Лейссер называет этого офицера французом, то это мог быть полковник Серюзье, уверяющий, что его батареи прибыли сюда еще до того, как подошла пехота Нея. После прибытия последней, - вспоминал Серюзье, - "Мы двигались вперед с 5 батареями полковника Серюрье, но, когда мы уже находились в сфере действия неприятельской артиллерии, были вынуждены с частью французских орудий остановиться, так как позиция впереди не вмещала всех 36 орудий ". Через некоторое время Флейшман получил приказ присоединиться к Серюзье с двумя гаубицами. "Примерно в 400 шагах впереди на плато я нашел французскую артиллерию, выстроенную столь тесно, что я с большим трудом смог втиснуться туда с моими двумя гаубицами. Неприятельский огонь, который мы выдерживали на этой позиции, был ужасным... Как раз напротив нас стояла русская батарея примерно из 20 двенадцатифунтовых орудий, которые обдавали нас картечью (вероятно, имеется в виду батарея у дер.Семеновское

"В это время, - пишет Меерхайм, — мы находились в нескольких сотнях шагов от подножья крутой возвышенности, на которой располагалась горящая деревня Семеновская с ее укреплениями, батареями и массами пехоты. Вплоть до подножья названной высоты местность постепенно понижалась, но не очень крутыми склонами, и завершалась... оврагом с довольно широким и ровным дном, поросшим справа от нас небольшим кустарником". Выставленная на этой позиции французская кавалерия несла чувствительные потери от огня русской артиллерии, в частности, и дивизии Пажеля, "поскольку она, вследствие своего расположения, составляла как бы стрельбищный вал позади артиллерии". "Едва мы вышли в линию, - вспоминал Био, -как началась канонада. После второго выстрела я увидел, как перед нашим фронтом пронеслась лошадь, всадник которой опрокинулся на ее круп; я узнал бедного полковника Дезира (командир 11-го конно- егерского полка - А.П.), которому русское ядро снесло череп. С этого момента нас беспрерывно осыпало гранатами, ядрами и картечью". Был тяжело ранен в левую руку адьютант Пажеля капитан Добентон, множество людей было убито. Жестоко пострадал от огня и 4-й корпус. Генерал Х.Лепель, ехавший на маленьком жеребце и одетый весьма изысканно, как на параде в Касселе, был тяжело ранен в левую руку; командование вестфальской бригадой принял полковник К.Бастинеллер. Были тяжело ранены командиры полков Цастрова Ф.Трютчлер и 1-го вестфальского П.Гильза, погиб шеф эскадрона И.Яблонский и ординарец Латур-Мобура М.В.Бидерман. Под самим генералом, который выехал далеко вперед, чтобы осмотреть русские позиции, была убита лошадь. По свидетельству Лейссера, Латур-Мобур "совершенно спокойно остался стоять со скрещенными руками рядом со своей убитой лошадью, под смертоносным огнем отдавая приказы, пока ему не подвели другую". Находясь на этой позиции, саксонцы видели слева от себя атаку на курганный редут (атака Ш.А.Бонами произошла около 9 час. - А.П.), "следовательно, - справедливо заметил Шрекенштейн, - между нами и вице-королем оставалось незанятым очень значительное пространство ".

"И совсем уж была наша победа..."

Отрезок времени между 9 и 9.30 час. был, вероятно, самым критическим в ходе сражения. По мнению французов, в частности Пеле и Гурго, в 9 часов победа была у них почти в руках, поскольку они завладели двумя главными опорными пунктами русских: Семеновскими укреплениями и центральным редутом. Взятие этого редута, - писал полковник Л.Гриуа, - это -

[1] Скугаревский А.П. Бородино. СПб., 1912, С.13-14; Ивченко Л.Л. Боевые действия русских войск у деревни Семеновское //Бородино. Материалы научной конференции. Бородино, 1994, С.27-30.

[2] Клавдиев С.М. Русские панорамы. М., 1972, С.88.

[3] Бородино. Документы, письма, воспоминания. М., 1962, С. 112; Листовки Отечественной войны 1812 г. М., 1962, С.42-43; Васильев А.А., Ивченко Л.Л. Девять на двенадцать... //Родина. 1992, № 6-7, С.62-67.

[4] Рапорты Нея и Мюрата, приказы Наполеона в кн.: Langlois О. Panorama de la bataille de la Moscowa. Paris, s.a.; Burkersroda. Die Sachsen in Russland. Naumburg. 1846; Meerheim. Erlebnisse. Dresden. 1860 (в той же книге помешены и письма Лейссера); Minkwitz A. Die Brigade Thielmann in dem Feldzuge von 1812. Dresden. 1879; Roth von Schreckenstein. Die Kavallerie in der Schlacht an der Moskva. Munster, 1858; M. (Cerrine) Briichstiicke, die Mitwirkung der kgl. Sachsischen Kurassier-Brigade bei der Schlacht an der Moskwa //Oesterreichische militarische Zeitschrift. 1824, Bd.IV, Hft.ll; Soltyk R. Napoleon im Jahre 1812. Wesel.1838, Biot H.F. Souvenirs. Paris, 1901; Pajol. Le g6neral... Pajol. T.3. Paris, 1874, Seruzier J. Memoires militaires. Paris, 1894; Schehl C. Mit der Grossen Armee... Dtisseldorf, 1912; Fleischmann. Denkwurdigkeiten. Berlin. 1892; Guretzky-Comitz H. Geschichte des l.Brandenburgischen Ulanenregiment Nr.3. Berlin. 1866; Brandt H. Aus dem Leben des Generals... Brandt. Berlin, 1870; Dedem de Gelder. Memoires. Paris, 1900; Friant. La vie militaire du lieutenant-general comte Friant. Paris, 1857; Malachowski S. Pamietniki. Poznan, 1885.

[5] Бородино... С.336, 370, 394; Богданович М.И. История Отечественной войны 1812 г. Т.2. СПб., 1859, С.143; Нефедович А.В. Укрепления на Бородинском поле сражения 1812 г. //Инженерный журнал. 1912, № 8, С.967-986; Шперк В. Инженерное обеспечение Бородинского сражения //Военно- инженерный журнал, 1952, № 8, С.31-38.

[6] 1812 год. Сб. ст. М, 1962, С.109, 122.

[7] Пеле. Сражение у Москвы//ЧОИДР, 1872, Кн.1,С.72, 101;Corr. 19181; Langlois. р.6, 9; Богданович. Указ. соч., С.167, 177. Северную батарею принято называть "батареей Фуше", хотя из приказов императора не ясно, что за орудия стояли на самой позиционной батарее, орудия же Фуше были поставлены именно рядом с ней. Офицер испанского полка Жозефа Наполеона Лопес писал, что "ранним утром два батальона полка Жозефа Наполеона прикрывали батареи генерала Балтюса, которые обстреливали крайний левый фланг первой неприятельской линии" (Ворру P. Les espagnols а la Grande Armee. Paris, p. 147. 1986). Генерал Б.Г.Баптюс де Пуйи был помощником начальника, артиллерии 1 -го корпуса, так что можно предположить, что на северной батарее стояли орудия этого корпуса, тем более что недалеко позади от нее располагалась дивизия Фриана.

[8] Пеле. Указ. соч., С.71, 72, 102; Langlois, р.10

[9] Meerheim. S.79-82; LeiBer, S.281-282,285; Minkwitz. S.7; Cerrini. S.128.

[10] Langlois, p.6; Holzhausen P. Die Deutschen in Russland. Bd.l. Berlin, 1912, S.87; Linsingen. Auszng aus dem Tagebuch //Beihefte zum Militar-Wochenblatt. 1894, S.281.

[11] Бородино, С.371, 358; ЧОИДР, 1872, Кн.1, С. 116.

[12] Langlois, р.6; ЧОИДР, 1872, Кн.1, С.74-75, 78; Gourgand. Ехаmеn critique... //Bibliotheque Historique et militaire, Т.VII, 1853, р.409; Бородино, С.432. В наградных документах сказано, что Воронцов "в 8-м часу утра был уже ранен" (Бумаги П.И.Щукина. № 7. М., 1903, С.146)

[13] Langlois. р.6; Pelleport. Souvenirs militaires... Т.2, Paris, 1857, р.25-26; Bonnet. Journal / Carnet de lа Sabretache, 1912, р.658-659.

[14] Borcke J. Krigerleben. Berlin, 1888. S.187; Langlois. p.6.

[15] Seruzier, p.202-204; Pajol, 42; Biot, p.33; Guretzky-Cornitz, S.75; Le manuscrit des carabiniers //Revue de cavalerie, T.15, 1892, p.526.

[16] Meerheim, S.83, 84; LeiBer, S.282, 284; Cerrini, S.129, 137, 141; Schreckenstein, S.48-49; DitfurthM. Die Schlacht bei Borodino... Marburg, 1887, s.70. Младший лейтенант В.А.Буркерсрода заметил, что "глаза Латур-Мобура сияли радостью, когда он вел свои ликующие дружины мимо колонны спешенных французских кавалеристов". Около 9 час. Утра Р.Солтык видел, как недалеко от Шевардинского редута выдвигался в полковых колоннах корпус Латур-Мобура, который "на минуту сделал остановку, во время которой генерал приблизился, чтобы поприветствовать императора". Burkersroda, S.8; Soltyk, S.200.

[17] Minkwitz, s.7, anm.7; Exner М. Der Antheil der kgl. Sachsischen Armee am Feldzuge gegen Russland. Leipzig. 1896, s.102; LeiBer, s.285; Semzier, 202-204; Fleischmann, 27-29. Заметим, что Ф.Рубо отступил от исторической истины, изобразив саксонскую конную батарею несущейся рядом с бригадой Тильмана.