До и После: Исход: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С территории к воротам стали подтягиваться люди. Возвращения продовольственной группы ждали все. Когда Макс и двое его напарников не вернулись вовремя, все сразу догадались — что-то пошло не так. Регламент общины никто без причины не нарушал. За этим могло последовать наказание, а в штрафники попадать никому не хотелось.

Марин сразу же поняла, что из всей группы вернулся именно он. На лице была кровь, под глазом синяк, а волосы взъерошены, но не узнать его она не могла. Двоих других в салоне автомобиля не было видно.

«Попали в передрягу», — покачала головой Марин, но не испытала особой грусти, потому что вернулся тот, за кого она больше всего переживала. Когда дверца машины открылась, Марин уже подбежала к капоту.

— Привет, — затравленным голосом произнес он.

Она подскочила и обняла его, не обращая внимания на кровь на одежде.

Несмотря на боль, Макс обнял ее в ответ.

— Зовите Мишу, — уже обращаясь к остальным, громко скомандовал он.

— Я уже отправила за ним, — самодовольно отчиталась Марин, — сразу, как только заметила машину. Ему как раз привезли новый аптечный чемоданчик. Думаю, он прибежит сюда сразу с ним.

Жизнь в общине давала свои преимущества. Если ты часть команды — можешь рассчитывать наподобие медицинской помощи, относительно безопасный ночлег и кое-какую еду.

Выпустив Макса из объятий, Марин отстранилась и окинула его оценивающим взглядом.

— Что произошло? Куда ты опять вляпался, а?

Он покачал головой и приложил руку к ребрам, которые возможно были сломаны.

— Ох, Марин, — протянул он, — когда я все расскажу, ты, вероятно, мне не поверишь.

Самыми живучими существами всегда считались тараканы, но в последние годы мало кто встречал хоть одного в своей квартире. Конечно, по некоторым параметрам человек им проигрывает: в отличие от таракана, способного продержаться без головы больше недели, он не проживет и минуты. Да и что говорить, ядерный взрыв на человеческих особях сказывается куда хуже, чем на кухонных прусаках. Но не только тараканы способны дать фору человеку в вопросах выживания. Взять хотя бы собак. Они имеют свойство зализывать раны и исцеляться с завидной скоростью. Но кое в чем люди все-таки превосходят всех остальных живых существ.

После всего, что с ним случилось, Макс понял: что-что, а приспосабливаться люди умеют, особенно если их хорошенько прижмет. Человек способен принять нормы, которые раньше казались ему дикими. Он может перевернуть все с ног на голову и сказать, что так и задумывалось с самого начала.

Макс был свидетелем того, как на костях рухнувшего единого и недолго процветавшего мира люди стали строить что-то новое, взяв за основу искореженные обломки. Да и могло ли быть иначе? То, что ушло в утиль, всегда заменяется чем-то новым. Оно может быть иным по виду и форме, и даже отличаться на ощупь, но суть любой человеческой общины всегда одинакова — кто-то в любом случае всплывает на поверхность, и это далеко не всегда кувшинка.

Никто в общине, в которую вернулся Макс, не знал, сколько подобных убежищ успело образоваться за этот весьма небольшой срок. Как много из них ввели свой миролюбивый или не очень устав? Какие из них стали островками надежды, а какие вынужденной тюрьмой?

Но такие общины были, в этом не сомневался никто из выживших, как и в том, что где-то бродят разрозненные группки, поставившие себе цель найти безопасное место. Когда впереди виднеется мерцание маяка, надежда дарует плывущему крылья. Со временем, люди стекутся почти к каждому из существующих убежищ, кто-то — чтобы стать его частью, а кто-то — чтобы перестроить все под себя. Когда Макс осознал это, в его сердце поселилась тревога. Она была плотно привязана к Марин, но не ограничивалась ею.

«Если кто-то попытается сломать то, что мы отстроили, вложив столько усилий, я сделаю все, чтобы этому помешать».

Когда обижают близких, рикошетит всегда в тебя, а Максу так надоело постоянно быть под обстрелом.

Эпилог (ДО)

Любовь…

На что мы способны ради нее? Мужчина, который вышел из кабинета, озираясь по сторонам, уже нашел ответ на этот вопрос. Он пытался сохранять хладнокровие, но все его тело била мелкая дрожь. Он ввел код, запер кабинет и спокойным шагом пошел по коридору. Никто ничего бы не заподозрил, ведь все было как обычно. Мужчина просто шел по коридору только был более скован, шея слега вжалась в плечи, а руки подрагивали, но после того, что с ним произошло, это не удивительно. Шаги его были такими громкими, что он едва уловимо морщился при каждом звуке, с которым его новые дорогие туфли касались пола. Это был не кафель, не паркет и не ламинат. Это было что-то новое, разработанное недавно и внедренное к ним для пробы. На этом полу нельзя было поскользнуться, даже когда на него было что-то пролито, на нем не оставалось царапин, и его легко было отмыть от любых загрязнений. Даже от крови. По большей части именно поэтому он и прижился. Всякое случается в лабораториях, а следов происшествия лучше не оставлять. Темные пятна и брызги плохо сказываются на настроении персонала.

Он уже дошел до развилки и повернул направо. Этот коридор был меньше предыдущего. Двери были кодовые, кроме одной.

Подсобка.

Мужчина зашел в нее, сменил халат на униформу разнорабочего. Снял резинку, собирающую его волосы в хвост, взлохматил их и надел кепку. Выкатив тележку, он направился к лифту.

«Если лифт не пуст, мне конец», — с замиранием сердца подумал он.

Он знал, что шанс, что в лифте кто-то будет ничтожно мал, но чем черт не шутит?

Двери раскрылись, лифт был пуст. Он вкатил тележку, нажал на кнопку и тут же с ужасом обнаружил, что из нижнего яруса торчит рука. Женская рука. Он опустился на колено, словно делая ей предложение в порыве чувств, и убрал руку под шторку.

Двери лифта распахнулись. В коридоре стояла пара новичков, завербованных после выпуска из университета. По статистике, приживется только один, но они еще об этом не знают. Парни воодушевленно беседовали, когда он выходил из лифта. Один задел его плечом, спутано извинился, но даже не посмотрел в его сторону. Экстаз от возможностей, открывающихся перед ними, был слишком велик. Мужчина покатил тележку дальше. Вход именно в эту лабораторию был скрыт от лишних глаз, маскируясь под очередную подсобку. В первую очередь лаборатория была скрыта от глаз новичков, бродивших по коридорам.