- Но ведь вам наверняка было тягостно сознавать, что приходится скрываться от мужа, что он все время у вас за спиной. Солярий, разумеется, вещь хорошая, но там тоже не очень-то приятно таиться.
- Конечно. Да ведь иной возможности у нас не было. Моя мать... Короче, сюда я не мог ее приводить. Я человек порядочный, и она тоже!
И пан Винтер тоже, в итоге у нас складывается прекрасный, но честный треугольник. Это самое плохое, - заключил пан Мразек тоном знатока. - У вас не было на вчера назначено свидание с пани Винтровой?
Пан Ракос покраснел:
- Разумеется... Мы договорились встретиться. Как обычно. Однако я не смог прийти. Наверное, она поняла это. Но почему вы меня об этом расспрашиваете? Муж ее донес на меня?
- Нет. Мы выясняем, кто посещал этот солярий, принимал там солнечные ванны. Ну, всего хорошего, выздоравливайте!
В комиссариате по месту жительства Ракоса пан Мразек распорядился, чтобы его квартиру держали под наблюдением. Он также удостоверился, что врач ежедневно будет навещать больного и в случае отсутствия его дома даст знать в полицию.
Пана советника он, к сожалению, уже не застал в дирекции, ему сказали, что тот отбыл на место происшествия. Это значило, что пану Мразеку снова придется совершить восхождение на вершину холма к злополучной вилле.
Подъехав к солярию, пан советник Вацатко увидел на калитке записку, составленную лично паном Бружеком:
Он сделал это к великому неудовольствию управляющего и его супруги, немного и назло им за то, что они ничего ему толком не рассказали. Пан советник выслушал его объяснения о том, что этот странный санаторий, если так можно выразиться, построил некий пан Габингер, восторженный последователь лечения солнцем Такие же здания он вроде бы возвел и где-то за границей. Его убеждения в целебности солнечных ванн разделял и обслуживавший персонал, в частности пан Шульц с супругой, бубнивший о том, что только последний тупица и болван не понимает, как зависит здоровье от солнечных лучей, которые лечат все болезни на свете, а прежде всего суставы и кожу, потому что температура в солярии поднимается до прямо-таки тропической, но стеклянный купол предохраняет тело от ожогов. Клиентов солярия "Солнце - дает - здоровье" отличает бодрость духа, к тому же они не обгорают, как головешки, вроде тех обалдуев, что носятся по пляжу в одних плавках. Здесь люди принимают ванны, разумеется, нагишом, а утомившись, могут спуститься, завернувшись в простыни, вниз, в комнату отдыха, где подаются и напитки.
- Какие же, например? - перебил его обстоятельный рассказ пан советник.
- Какие заказывают клиенты. Чаще всего воду с сиропом или вино. Реже - пиво.
- Любопытно, - резюмировал пан советник и попросил пана Шульца продолжить повествование.
- В кабинетах, как вы можете убедиться, пан советник полиции, поддерживается идеальная чистота. Здесь клиенты раздеваются и затем подставляют свое тело благодатному воздействию солнечного излучения, что гарантирует им несокрушимое здоровье.
- Или дырку в голове, - вставил пан советник.
- Прискорбный случай, - промямлил пан Шульц. - Но это, ей-богу, впервой, позвольте заметить.
- Не хватало, чтоб такое повторялось! Так, а дальше что... Ну, полежал человек вдоволь на солнышке и, скажем, вдоволь выпил, что дальше?
- Позвольте заметить, у нас пьют умеренно. А потом клиент идет в свою кабину.
- И там, вполне вероятно, произойдет какая-нибудь встреча!
- Прошу прощенья, это... это почти исключено.
- Почти! Но не совсем. Пани Винтрова здесь встречалась с паном Ракосом Да или нет?
- Ну да... Но это... Это только они!
- И другие тоже; слава богу, встречи их не завершились столь же плачевно, - строгим голосом перебил его пан советник. - Где ваш остальной персонал?
Остальной персонал состоял из придурковатого садовника, он же был прислуга про все, однако не в состоянии был сообщить что-либо вразумительное, и из бабки, приходившей по вечерам убираться; вчера она заявилась уже после того, как пани Винтрова была обнаружена мертвой.
Да, пан советник не получил никаких утешительных сведений. Пан Бружек, тоже впустую, обошел и обследовал все виллы вокруг, ничего не выяснил он и у соседей - никто ничего не знал, никто ничего не слышал. Надо отметить, между прочим, что здесь было довольно оживленно - приходили и уходили посетители, многие приезжали в солярий на автомобилях или на извозчиках.
Пан советник прохаживался под стеклянным куполом и хмуро оглядывал невысокую деревянную перегородку, разделявшую мужскую и женскую половины и позволявшую при желании заглядывать тем и другим на соседнюю.
- Да что вы такое говорите! - оскорбленно воскликнула пани Шульцова, когда пан советник позволил себе высказать предположение о такой возможности. - Сюда ходят исключительно порядочные люди!