Одни сутки войны: читать начало книги онлайн

— Нет. Собачек-то у вас не имеется. — В голосе Суторова опять прозвучал отголосок причастности к чужой, страшной силе.

Отголосок этот окончательно отторг Матюхина от шпиона. Он стал физически неприятен, и разговаривать с ним Андрей не только не хотел, а уже не мог. Они сидели молча, и Суторов глухо спросил:

— Больше ничем не интересуетесь?

— Нет, — сухо ответил Андрей, и в глазах Суторова мелькнул страх: он, видимо, понял, что уже не нужен…

Безмолвный белесый младший лейтенант поднялся из-за стола, прошел к двери. И почти сейчас же в комнате появились конвоиры. Суторов оглянулся, увидел автоматчиков и стал медленно, словно насильно отрываясь от табуретки, подниматься.

— Я пойду к своим, — сказал Андрей и, обогнув Суторова, вышел на двор.

7

Командарма разбудил звонок командующего фронтом. Точнее, разбудил-то командарма адъютант и сообщил, что его вызывает командующий фронтом.

Сидя на кровати, высокой, с периной, с тремя большими и парой маленьких подушечек-думок, — командарм любил спать в тепле и на мягком — и натягивая шаровары на бледные, чуть опухшие с ночи ноги, командарм сразу понял, что произошло нечто необычное.

Он сунул ноги в шлепанцы и накинул китель. У телефона адъютант передал ему карту с оперативной обстановкой и шепнул:

— Изменений нет. Поиски разведчиков с обеих сторон. Инженерные работы…

Командарм взял трубку и сразу же услышал голос командующего. И это тоже насторожило: обычно отвечал адъютант и только спустя некоторое время трубку брал командующий.

— Топчетесь? — Голос командующего прозвучал свежо и густо. Вероятно, получил нужные ему новости.

— Есть грех, товарищ генерал армии.

— Ты случайно, конечно, сводки противостоящего не слыхал?

— Нет.

— Ну, если и скрываешь, так утром узнаешь. Фрицы передали, что на юге развернулись упорные бои. Разумеешь?

— Разумею…

— Так вот, смотрите там… А часам к двенадцати приезжай ко мне. У меня все.

— До свидания.

Командарм некоторое время держал телефонную трубку, потом медленно, словно нехотя, поднялся и прошел в свою комнату.

Безобидный и необязательный разговор нес в себе и солидный запас информации, и приказание и, главное, требовал срочного осмысления резко изменяющейся обстановки.

Эти самые «Топчетесь» и «смотрите там» могли означать и приказ на подготовку к возможному выполнению боевой задачи. А задача может быть одна — наступать. Значит, следовало немедленно соответственно сориентировать командиров соединений.

Командующий фронтом, как опытный военачальник, именно поэтому и позвонил на рассвете — выгадывалось несколько часов, что очень ценно.

Плохо другое. Поскольку наше наступление на юге началось недавно (Теперь стало понятным, почему вверху не торопили фронт. Бои местного значения сковывали резервы противника, отвлекали от удара на юге. Все правильно!), противник там наверняка еще не успел израсходовать свои резервы. Здесь же он приведет их в полную боевую готовность либо для отвлекающего контрудара, либо для переброски на юг. Что он решит?

Выходит, нужно рассчитывать на тех, что стоят сейчас против фронта и, значит, против армии. А они, эти противостоящие, уже насторожены своими сводками. Они тоже понимают, что к чему.

Плохо и третье. Наступление на юге наверняка отвлекло те резервы, что накопила страна. Значит, на помощь из тыла рассчитывать нечего.

Командарм разложил на столе переданную адъютантом карту, заново анализируя расстановку сил, резервы врага, прикидывая направления своих возможных ударов, рубежи накапливания резервов, оценивая дороги, потом вздохнул и произнес:

— Думай не думай, а начинать нужно. — Подошел к двери, приказал адъютанту: — В интервале пять — семь минут вызовите всех командиров соединений.

Наматывая портянки на бледные ноги, командарм задумался, вспоминая, когда последний раз загорал. «Пожалуй… лет пять назад».