Потом начинают расти.
И вот мы у песчаной горы. Снизу кажется, что добраться до вершины невозможно. Мы с трудом переставляем ноги, по колено увязаем в песке, песок хрустит на зубах, но все же мы медленно поднимаемся. Потом ноги уже не держат нас, и мы ползем вверх, помогая себе руками. И вот наконец вершина холма, и мы одновременно видим где-то у горизонта серебряную полоску.
— Река… — выдохнула Гавхар и обвела языком пересохшие губы.
— Река… — подтвердил я.
Сколько времени пролежали мы в изнеможении? Наверное, немного — серебряная полоска на горизонте манила к себе, и мы не сводили с нее глаз.
Вниз мы спускались бегом, но внизу Гавхар снова опустилась на песок.
— Что с тобой?
— Ноги…
Ступни у нее потрескались, щиколотки распухли, а выше кожа была покрыта красной сыпью. Я стал дуть ей на ноги, и она улыбнулась сквозь слезы боли…
— Ничего, река уже близко… Дойду…
— Знаешь что, давай я понесу тебя, ну-ка, забирайся ко мне на спину!
Гавхар покачала головой. Но я положил ее руки себе на плечи и заставил подняться. Она оказалась неожиданно легкой.
— Лучше ногам стало?
— Да… Только тебе тяжело, я же вижу!
— Ну что ты! Слушай, я тебя так до Хивы понесу, согласна?
Гавхар счастливо рассмеялась.
— Да! Как хорошо, что удалось бежать вдвоем… Что бы я одна здесь делала?
— Больше я тебя никогда, никуда не отпущу! Останешься со мной?
Гавхар прижалась ко мне горячей щекой. Я остановился.
— Знаешь что, Гавхар… Поцелуй меня!
Она не ответила, но я слышал, как забилось за моей спиной ее сердце…
Жаркое дыхание, и будто язычок пламени коснулся моей щеки…
— Бекджан… отпусти меня.
— Почему? Я совсем не устал…
Но она уже не обнимала меня за плечи, и я тихонько спустил ее на песок. Она закусила губу, но пошла сама, рядом со мной. Когда я нечаянно прикоснулся к ней, она отдернула руку.
— Что ты, Гавхар?
Она не ответила, молчала, все так же закусив губу, и я увидел, что она вся дрожит, — ее трясло как в лихорадке… Я обнял ее, она приникла ко мне и заплакала.
У меня от жалости комок подступил к горлу, ее слезинка обожгла, скользнула по моей щеке, я гладил ее худенькие плечи и слышал горьковатый аромат ее волос…
— Если б нам удалось дойти… Ты ведь не оставишь меня, Бекджан?.. Я боюсь…
— Ну что ты! Не бойся, нас уже не догонят. Теперь мы всегда будем вместе…