Трое и весна: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да… давненько. Как только все уснули. Он хотел автомат вытащить у дядьки, который шофёр, но он не дал.

— Как это — хотел вытащить? — не поверил я.

— Силой — как же ещё! А дядька вцепился, даже ногами задрыгал. Он, дядя, не к оборонцам пошёл, я так думаю, а к тем, что в лесу, которые не ваши.

— К бандеровцы, — понял я и с меня точно ветром сдуло сон.

Так вот какой «прогрессивный» этот слуга божий! А я уши развесил, слушал его болтовню. Притупил мою бдительность, Иуда, рюмкой и колбасой да медоточивыми разговорами. Чувствовал же: с двойным дном человек. И Емельян взглядом предупреждал. Удивительно, что поп не перестрелял нас. Уж не мальчишка ли помешал ему? А может, боялся, что на выстрелы прибегут оборонцы?

Долго бужу своих товарищей. Последним с трудом растолкал Андрея. Взгляд у него мутный, тяжёлый. Услышав о коварстве попа, стал зло ругаться, скрежеща зубами:

— Гад, видно, сонного зелья нам подсыпал!

— Уезжать немедленно отсюда, немедленно! — торопит нас шофёр.

— Не горячись, — охлаждает его Каратеев. — Сперва сходи на улицу, погляди, что там делается.

Шофёр выбежал из хаты, дёрнул наружную дверь, потом сильно постучал в неё.

Вернулся со сжатыми кулаками.

— Запер нас, сволочь, снаружи.

— А как же ты сюда пробрался?

— Через форточку, как кот, проскользнул. — Мальчишка улыбается, довольный своей находчивостью. — Заранее оставил крючок открытым. Я иногда так делаю, когда голоден. Залезу, стяну что-нибудь со стола, перекрещусь богам — они меня знают, жалеют, ни разу не покарали и не выдали — и ходу во двор, к риге. Сейчас тоже так: открыл ставни и залез в хату через форточку.

— Эх ты, сирота несчастный, — прижимаю его к себе. И мальчишка доверчиво льнёт ко мне худеньким, как у воробья, телом. — Скоро, вот увидишь, очень скоро кончится твоя рабская жизнь. Знаешь что? — говорю вдруг. — Заберу я после войны тебя к себе, у меня есть сын Володя, будешь жить у нас, вместе в школу будете ходить…

В самом деле, почему бы не взять этого мальчишку? Может, Надя и поворчит немного, потом полюбит сиротку, жена у меня добрая.

Емеля молчит, ещё крепче прижимается ко мне.

— Ваня, кончай разговоры, — обрывает Каратеев. — Давай из хаты выбираться, пока не поздно.

Ну, это не проблема. Я подошёл к окнам — не открываются, толкнул раму. Крепка, чертовка! Ничего, высадим!

— Дядя, не нужно! — бросился ко мне Емельян, схватил за руку. — Знаете, что мне от попа будет? Лучше я выберусь через форточку и сверну на двери замок ломиком. Меньше будет урон. Не нужно окна бить в такой холод.

И вот мы во дворе. Остро пахнет весной, хотя вокруг белым-бело. Бухает снег с ветвей, радостно выпрямляются деревья. Шофёр бежит на улицу. Машина стоит на месте, однако возвращается он сердитым. Дорога забита снегом.

— Что будем делать? — в который раз за ночь спрашиваю своих товарищей, — Обстановка усложнилась. Теперь бандеровцы не будут наугад блуждать по селу, поп выведет их прямо на нас.

И почти враждебно смотрю на машину, что неподвижно стоит на улице. Не было бы её, мы, как говорится, взяли бы ноги в руки — и на просёлок. Подождали бы в кустах попутки и быстро забыли бы о бандитах. Вот только о попе надо бы предупредить самооборонцев.

И, не ожидая ответа, приказываю:

— Немедленно отправляемся искать самооборонцев. Дадим бандитам бой вместе с ними. Другого выхода не вижу. Только нужно собрать самооборонцев тихо и быстро, а то глядишь, притаился где-нибудь недалеко этот бандитский приспешник, предупредит гадов, нападут на нас внезапно, откуда и ждать не будем.

— Знали бы мы, где оборонцы живут, — хмуро бросает Андрей. — Село большое, за всю ночь не обойдёшь. Придётся стучаться наугад, спрашивать. Думаешь, так сразу и скажут?

— Почему наугад? — подаёт тоненький голосок Емеля. — Я, дядя, знаю одного. Поп о нем вспоминал недавно… зло вспоминал.

— Вот это другое дело! — повеселел Прокопчук. — Так веди скорее к его хате.

Мальчишка переступает с ноги на ногу, шмыгает носом, мнётся. Андрей нагибается к нему:

— Ты чего стушевался? Боишься, что, поп накажет? Не бойся, теперь крышка ему. Впрочем, ладно, схожу один. Покажи-ка его хату!