— Ладно, услуга за услугу. В моей бедной событиями жизни так не хватает разнообразия!.. Расскажи, что с тобой стряслось, а за это я просвещу тебя насчет Даниэля.
И я излагаю свою историю. Рассказываю подробно, от начала до конца, и делаю это охотно, так как обычно Квазимодо всегда помогает мне удачным вопросом, дельным советом, дополнительной информацией. Но на сей раз он с интересом слушает меня, не перебивая. Я рассеянно шарю взглядом по паркету в центре гостиной. Чистота идеальная, на полу ни пылинки, вот только лак посреди комнаты стерся, словно здесь часто моют. Пока я говорю, у меня мелькает мысль о том, каких усилий Квазимодо стоит поддерживать порядок в квартире. Я вновь перелистываю альбом и на одной из фотографий вижу юного Даниэля на тренировке с братом: Хмурый рассекает воздух в прыжке. А на последнем снимке обратная ситуация: Квазимодо летит, а Беллок наблюдает.
— Ну что ж, — говорит Квазимодо, когда рассказ мой подходит к концу, — смотрю, ты кой-чему научилась. И чего же ты добиваешься?
— Не понимаю вопроса.
— Неужели не догадываешься, какая страшная опасность тебе угрожает?
— И ты туда же? — с кислой миной морщусь я.
— Нет, — посмеивается он, — я не собираюсь тебя отговаривать. Продолжай начатое дело. Попытайся отыскать Джиллана, а заодно излови и остальных мерзавцев. При известной ловкости и везении, может, и справишься…
— Почему же это «может»?
— Много ты слышала о Йоне Хольдене?
— Нет, немного.
— А знаешь, в чем причина? Все крупные газеты находятся в руках Любоша, так что в них вряд ли появятся статьи, обличающие Йона. Нет такого печатного органа, который всерьез занялся бы его пакостными делишками. Вокруг его имени тишь да гладь. Влиятельные люди подкуплены или запуганы, а значит, также не жаждут его разоблачать. Тут переплелась такая уйма самых разных интересов, что в этом клубке и концов не найти. От мелкого жулика до крупного мошенника все до единого кровно заинтересованы в сохранении его репутации. До сих пор они стояли за Хольдена горой и впредь тоже будут его защищать. Не говоря уж о том, что Йон создал мощную систему, которая в состоянии обеспечить его безопасность. На данный момент он настолько силен и уверен в себе, что может и зарваться. Словом, я считаю, его слабость именно в его уверенности и спокойствии.
— Вряд ли он так уж спокоен и сейчас, когда похитили его маленького сына.
— А ты уверена, что это дело рук Джиллана? Раненый пьянчужка сумел пробраться в дом и незаметно увести мальчика!.. Мне лично не верится. На твоем месте я бы призадумался.
Я с сомнением качаю головой.
— Думаешь, Джиллан не потянет? Но ведь и Марион сумела уйти из дома незаметно для всех.
— Марион Терон я почти не знаю. Она пришла в полицию, когда я уже не работал, но видел ее не раз. На редкость красивая девушка, иногда подрабатывает в качестве фотомодели, верно?
— Верно. Не только красивая, но и умная.
Квазимодо не слушает меня. Потирая подбородок, он устремляет задумчивый взгляд в пространство, изредка похмыкивает. Затем, встрепенувшись, со смешком спрашивает:
— И ты хочешь размотать это дело?
— Видишь ли, никто меня об этом не просил, но сейчас все идет к тому.
Он кивает.
— Ты обозлилась из-за Мартина?
— Да.
— Здоровая злость — это неплохо. Но если копнешь глубже, снова можешь нарваться на крупные неприятности. Не боишься?
— Боюсь. Но от этого злости во мне только прибавляется.
— Ты могла бы уехать. На черта он тебе сдался, этот Хольден?
Я оторопело смотрю на него.
— Еще не легче! Что ты хочешь этим сказать?
— Просто размышляю вслух. У тебя две возможности: очертя голову броситься в гущу событий или же убраться куда подальше.
Трудно понять, что мелькает в его синих глазах.