Джоанна скинула с тела простыню и взяла умершего за руку. Кожа Лайонела казалась абсолютно серой, а ногти на руках приобрели белый цвет. Впрочем, на предплечьях сохранился легкий оттенок живой розовой плоти.
— Тело еще теплое. Его недавно отключили? — спросила она.
— Как раз перед вашим приходом, — произнесла Эмили. — Я опоздала на несколько минут.
— Эмили, моя мать обещала помочь Лайонелу, — осторожно сказала Ингрид.
— Я помню, — ответила Эмили, сморкаясь. — Здравствуйте, миссис Бошан.
— Закрой дверь, — велела Джоанна дочери, — задерни занавески и уведи ее отсюда.
Ингрид сделала все, как ей велели, и вместе с Эмили направилась к двери.
— Что вы собираетесь делать? Он ведь мертв! — вдруг воскликнула Эмили, остановившись на пороге, и со страхом уставилась на ведьм.
Ингрид и Джоанна переглянулись.
— Не совсем. Даже при отключенном аппарате искусственного дыхания сердце Лайонела продолжает слабо биться, просто пульс настолько замедлен, что уловить его почти невозможно, — объяснила Джоанна, надеясь, что уже овдовевшая Эмили поверит маленькой лжи во спасение. Было бы слишком сложно объяснить ей, как все обстоит на самом деле. Не могла же она признаться, что собирается пойти за Лайонелом в Царство Мертвых? Он только что спустился в нижний мир, и вернуть его вполне реально.
Оставшись наедине с умершим, Джоанна крепко стиснула холодную руку Лайонела, закрыла глаза и шагнула во мрак. Теперь вокруг нее был сумеречный мир душ, лишившихся тела. В темноте виднелась тропинка. Она напоминала цепочку следов, оставшихся на песке. Освещая себе путь с помощью волшебной палочки, Джоанна разглядела вдали Лайонела, который как раз добрался до второго уровня и с трудом поднимался по склону горы к воротам. Она знала — как только он войдет в ворота, вернуть его назад будет гораздо труднее. Ибо за Царством Мертвых пролегала граница Ада.
В гнетущей тьме Джоанну охватило незнакомое чувство гнева и отчаяния. Ничего подобного она никогда раньше не испытывала. И еще она всем своим существом ощущала близость Зла.
— Лайонел! — окликнула она художника. Ей хотелось как можно скорее убраться отсюда.
Он обернулся. Лайонел Хорнинг был в обычной одежде, как всегда перепачканной краской. Он выглядел суровым, но, увидев Джоанну, мужчина улыбнулся:
— Миссис Бошан, что вы тут делаете?
Джоанна поднялась повыше и встала с ним рядом. Теперь оба осматривали с холма мрачные окрестности.
— Забираю тебя домой.
— Я ведь умер, не так ли? — спросил Лайонел.
— Только в глазах людей. Они перестали слышать биение твоего сердца, — сказала Джоанна.
— Я утонул? Я помню, что насквозь пропитался водой.
— Да, ты действительно утонул.
— Эмили всегда говорила, что океан когда-нибудь меня одолеет.
Джоанна проверила состояние души Лайонела и заметила следы странной серой паутины, что ее крайне встревожило.
— Может, ты бы предпочел остаться? — спросила она.
Лайонел огляделся.
— Не думаю. А где мы?
— Считай, что это нечто вроде полустанка на твоем пути. Видишь ворота наверху? Как только ты до них доберешься, вернуть тебя обратно будет очень сложно.
— Как Эмили?
— Плохо. Ее скоро вышвырнут из дома.
— Проклятье, дело рук моих родителей! — простонал Лайонел. — Я же говорил ей! Надо было заставить ее выйти за меня замуж! Но она такая упрямая, знаете ли… — Он вздохнул. — Разве я могу оставить Эмили одну?