— Мне это тоже очень интересно, — кивнул жрец, вновь принимаясь за кашу.
Немного подумав, девочка расстелила одеяло у полотняной стенки, за которой кряхтел и возился Тусет. Неподалеку, прислонившись спиной к сундуку, дремал Алекс. Растор устроился на земле в трех шагах от неё, повернулся на бок и стал разглядывать возлюбленную с умильной улыбкой.
Айри спала плохо, часто просыпаясь от каждого шороха. Мимо то и дело ходили матросы, шумело море, и с клекотом похрапывал в палатке жрец.
Она проснулась едва ли раньше всех. Лагерь спал, только Алекс проделывал свои обычные упражнения.
Бросив на нее короткий взгляд, он направился к морю. Девочка скатала одеяло, сбегала в кусты по своим делам, а когда вернулась, Алекс уже сидел у сундука с мокрыми от воды волосами и лениво жевал изюм, беря по одной ягодке.
— Где мои старые вещи? — тихо спросила Айри, присаживаясь рядом.
— Здесь. Зачем они тебе.
— Не хочу в платье по кораблю лазить.
Парень понимающе кивнул, вытаскивая из своей сумки сверток.
Отвернувшись, Айри сбросила платье и, оставшись в одной набедренной повязке, натянула тунику. Потом протянула свернутое платье Алексу.
— Убери. Еще пригодится.
Тот хмыкнул.
Прибежал растрепанный со сна Растор. Подозрительно оглядев Алекса и девочку, хмуро спросил:
— Почему ты сняла платье?
— Оно слишком грязное, — спокойно ответила та.
Юноша хотел еще что-то сказать, но тут из палатки выбрался Тусет, и девочка с облегчением вернулась к своим обязанностям служанки. Пока жрец приводил себя в порядок, мылся и брился, матросы погрузили на корабль оставшиеся вещи, приготовили кашу.
Айри принесла чашку Тусету. Она хотела захватить и Алексу. Но тот отказался.
— Не нужно дразнить твоего жениха. Он и так смотрит на меня как воин на вошь.
Услышав сравнение, девочка прыснула. Растор, усевшись на землю в нескольких шагах, хмуро смотрел на них из-под густых бровей.
Алекс быстро покончил с едой, сполоснул чашку в море и обратился к жрецу:
— Господин Тусет, путешествие будет долгим. Не могли бы вы научить меня понимать либрийский. Очень неприятно чувствовать себя глухим и немым.
Тщательно пережевывая пищу остатками зубов, старик благосклонно кивнул. К ним подошел Нарон.
— Айри, спроси его, кем он был на корабле?
— Простой матрос, — ответил Алекс. — Приходилось и паруса ставить, и на веслах сидеть.
— У меня мало гребцов, — проговорил капитан. — А плыть далеко, так что придется и ему поработать веслом.
— Как прикажешь, — пожал плечами юноша.
— Айри, сворачивай палатку и на корабль, — велел Нарон девочке.
Прежде чем ступить на трап, она окинула взглядом круто поднимавшийся вверх берег, галечный пляж, заросли кустарника.
— Чего застыла? — окликнул её Прокл. — Остаться хочешь?
Матросы засмеялись. Айри вбежала на корабль, придерживая руками свернутую палатку.