— Что ты мелишь?! — бросился к нему второй пророк. — Какое еще колдовство?!
Но строитель ловко отскочил в сторону и, прячась за опешившего старшего мождея, крикнул:
— Вот сейчас сам увидишь!
— Скорее! — приказал первый пророк носильщикам.
Те почти побежали. За ними поспешили и все остальные. Хорошо еще его дом оказался достаточно близко, а то Тусет упал бы замертво от жары где-нибудь по дороге.
На пустынном дворе валялись брошенные в беспорядке инструменты и корзины с глиной. По приказу Моотфу стражники стали цепочкой, отсекая толпу любопытствующих горожан.
— Сюда, господа, сюда! — махал рукой мастер, направляясь за дом, где располагалось домашнее святилище.
Ничего не понимающий второй пророк прошел с толпой жрецов вслед за Сетиером и главным инспектором.
У разломанной стены на траве лежал присыпанный пылью маленький темно-синий ящик.
Мастер застыл в трех шагах от него и нервно переступал босыми ногами.
— Вот! Вот, господа, что мы нашли в его святилище! — он ткнул грязным пальцем в сторону обалдевшего второго пророка.
Жрецы и главный инспектор сделали пару шагов, изо всех сил вытягивая шеи. На крышке ящика был нарисован человеческий череп с сильно удлиненными клыками и языками пламени в глазницах.
— О боги! — прошептал кто-то за спиной Тусета.
Второй пророк оглянулся, но вокруг него уже образовалось пустое пространство.
— Что это? — сурово спросил главный инспектор.
— Н…н…не знаю, — заикаясь, проблеял жрец. — Это не мое.
— Вы еще не видели, что внутри! — зловеще оскалился Фугнеш.
— Открой! — приказал Раату.
— Нет! — замахал руками строитель. — Я ни за что больше к нему не притронусь!
— Тогда ты, господин Тусет, — предложил главный инспектор.
— Почему я? — возмутился второй пророк. Черный череп со злобной радостью скалил не по-человечески длинные клыки.
— Он же твой.
— Да я его впервые вижу! — не сдавался Тусет.
— Врет! — крикнул строитель. — Я ему вчера предложил святилище сломать, а он специально отказался, чтобы никто не нашел… это!
Последние слова он словно выплюнул в сторону второго пророка.
— Как же вы его отыскали? — нахмурился Раату.
— Случайно, господин! — подскочил к нему Фугнеш. — Ребята предложили сломать стенку, чтобы глину было удобнее носить…
Не слушая строителя, Сетиер решительно шагнул к ящику и, отбросив крышку ногой, перевернул его на бок. Жрецы охнули, уже который раз за день. На траву вывалилась коричнево-черная лоснящаяся статуэтка отвратительного чудища с паучьими лапками и мордой гиены.
— Что это? — прошептал побелевшими губами жрец-чтец.
— Я уже видел такое, — негромко сказал главный инспектор. — Когда служил сотником в войске государя, жизнь, здоровье, сила. Мы разгромили стойбище укров. В шатре их шамана валялся точно такой же уродец. Это Упар — демон мести и мучительной смерти. Дикари приносят ему человеческие жертвы, убивая пленниц или собственных дочерей.