Анукрис злорадно улыбнулась.
— Мерзавка! — вскричал Карасет и размахнулся, собираясь ударить девочку. Та ловко увернулась и спряталась за спину охранника.
С трудом сохраняя равновесие, Карасет бросился на него. Брезгливо морщась, Алекс перехватил молодого человека за шею и отправил его в кусты.
— Наших бьют! — тонким голосом заверещал помощник жреца.
— Ты на кого руку поднял, чужак?
Девочка обернулась и увидела разъяренного капитана. Голый, пьяный и злой, он стоял, пошатываясь, сжимая в руке короткий загнутый нож. Услышав клич предводителя, стали просыпаться матросы.
— Я не хочу неприятностей, — покачал головой Алекс.
— Бейте его! — заорал все еще копошащийся в кустах Карасет.
Капитан не мог не отозваться на боевой призыв собутыльника.
Анукрис охнула. Алекс плавно двинулся навстречу, перехватил руку с ножом, вырвал клинок, и вывернув келлуанину руку, упер острие клинка тому под подбородок
— Поиграли и хватит! — медленно проговорил юноша.
Через секунду все матросы оказались на ногах, сжимая, кто нож, кто дубинку.
— Отпусти Зесануба, — угрожающе проговорил один из них. Тот самый, что приставал к служанке с непристойностями. — Или мы тебя убьем!
— Это вряд ли, — хищно усмехнулся охранник. — А вот я перережу глотку вашему капитану, возьму меч, и тогда одни боги знают, кто из вас вернется домой!
В воздухе повисла напряженная, звенящая тишина. Два десятка угрюмых мужчин ветеранов кабацких драк и лихих потасовок смотрели на своего предводителя, которого взял в плен какой-то пацан, и никак не могли решить, что делать? Спокойный, даже сонный юноша, который плыл с ними из Нидоса, исчез. Сейчас перед матросами стоял беспощадный убийца, молодой и от этого еще более опасный.
Глаза охранника горели звериным азартом, четко очерченные губы кривила жесткая усмешка. Капитан наоборот побледнел. Его руки беспомощно повисли вдоль туловища, а острые костлявые коленки мелко дрожали.
Анукрис тоже затрясло, то ли от наползавшей с реки прохлады, то ли от страха. В наступившей тишине раздавались только сдавленные проклятия Карасета, который все никак не мог подняться на ноги.
— Ну! — очень тихо проговорил Алекс на ухо Зесануба. — Разойдемся миром или будем друг друга убивать?
При этом бронзовое острие еще сильнее впилось в кожу под подбородком. Стараясь как можно меньше открывать рот, капитан просипел:
— Опустите оружие.
— Бей чужеземцев! — проорал помощник жреца — чтеца, очередной раз рухнув в кусты.
— Треплос! — крикнул Алекс по либрийски. — Возьми эту пьяную обезьяну и окуни в реку.
— Что!? — встрепенулся поэт и замотал головой так, что чуть не потерял парик. — Я, я, я… не…
— Быстро! — рявкнул охранник.
Все вздрогнули. Капитан икнул, матросы стали убирать ножи и бросать палки. А Треплос побежал в кусты.
Здоровый милетец легко скрутил пьяно-бормочущего Карасета.
Алекс оттолкнул Зесануба.
— Ребята, давайте жить дружно, — мрачным тоном предложил он и метнул нож куда-то в темноту. Раздался глухой удар, и клинок воткнулся в дерево как раз над головой одного из матросов.
Со стороны Лаума донесся громкий плеск и недовольные крики.
Охранник положил руку на меч и сжал рукоятку.