«Надо брать себя в руки, — лихорадочно думал он, догрызая крылышко. — А то я с голоду помру, если буду на каждую голую… так реагировать. Женщины здесь одежкой не сильно обремененные».
Чуть горьковатый напиток помог восстановить душевное равновесие. Алекс даже смог заказать себе у той же служанки миску фиг, не обращая внимания на ее томные взгляды и «эротические» телодвижения.
Поглощая десерт, он наблюдал за воротами гостиницы, стараясь не прозевать появление Айри или Треплоса. Тени удлинялись, фиги убавлялись, но никто из слуг жреца не появлялся. Александр протянул руку за последней ягодой, когда во двор гостиницы ворвался Треплос со свертком в руках.
Алекс вскочил и окликнул его. Поэт встал как вкопанный.
— Иди сюда! — махнул рукой Александр. — Подкрепись… после трудов праведных.
Юноша подошел, сел напротив.
— Вот, — сказал он, протягивая сверток. — Твои вещи.
Алекс увидел, что это кожаные браслеты с кинжалами, завернутые в трусы. Смутившись, он положил их на колени как раз за миг до появления служанки. Ослепительно улыбаясь, Треплос заказал себе вареной говядины и вина с медом. Женщина понимающе улыбнулась и, «стрельнув» глазами, отправилась на кухню.
— Золото госпожа Грейла оставила, — вполголоса продолжил поэт.
Александр кивнул, не зная, куда девать глаза от смущения.
— Она обещала примерно наказать Циаду… — вздохнул Треплос.
— За что?! — вскричал юноша, привстав на табурете.
Поэт удивленно вскинул брови.
— Ну ты…, она…, — он растерянно развел руками. — За то, что она не сделала свою работу…
Алекс едва не задохнулся от негодования, но промолчал. Ему было стыдно рассказывать о том, что произошло. Нашарив последнюю фигу, он отправил ее в рот. К счастью подошла служанка, и Треплос стал во всю заигрывать с ней.
Александр перекатывал во рту косточку и мрачно смотрел в стол. «Теперь из-за твоих тараканов накажут бедную, ни в чем не повинную девчонку, — думал он, и только что обретенное душевное спокойствие разлетелось вдребезги, словно фарфоровая чашка. — Надо вернуться, поговорить с Грейлой?»
Алекс вспомнил высокомерную усмешку женщины, ее снисходительно — насмешливый взгляд. «Нет. Ни за что! Не убьет же она Циаду в конце то концов?! Не станет товар портить». Он вспомнил, как его пороли на конюшне замка Гатомо и скрипнул зубами.
Александр не заметил, как служанка ушла к другим клиентам, и Треплос начал что-то говорить.
— Эй, Алекс! — окликнул его поэт. — Ты меня слышишь?
— Прости, — извинился тот. — Задумался.
— Ты так перепугал Циаду, что она описалась, — Треплос с аппетитом пережевывал нежное мясо.
— Я не хотел, — поморщился Александр и, стараясь уйти от неприятной темы, спросил:
— Ты Айри не встретил?
— Нет, — удивленно замотал головой собеседник. — Она что пропала?
— Жрец отпустил ее погулять, — объяснил Александр. — До сих пор не вернулась.
— Может еще придет, — махнул грязной рукой Треплос. — Если налетчикам не попалась. Эти убийцы церемониться не будут.
Алекс тоже начал подозревать, что девочка попала в беду.
— Я пойду, а ты ешь.
Он встал, но поэт, с трудом глотая полупережеванное мясо, жестом остановил его.
— Что?