Девочка села на землю и заплакала. Теперь она точно не успеет вернуться до темноты. Вот уж теперь жрец точно её не простит.
Все, что казалось таким желанным и притягательным в подростковых грезах, наяву выглядело совсем иначе. Глядя на обнаженную Циаду, застывшую перед ним в соблазнительной позе, Александр вновь испытал, казалось, давно забытое раздвоение, чувствуя, что уже ничего не хочет, и даже не может прикоснуться к этой девушке.
Не заметить этого было трудно, и в глазах проститутки мелькнуло непонимание, а через миг полные, четко очерченные губы тронула брезгливая усмешка. Вот этого ей делать не стоило! Ощущение какого-то обмана и стыда переполнили душу парня. Оскалившись, он бросился на девушку, лишь в последний миг отведя кулак чуть в сторону. Шов на цилиндрической подушке лопул, в прорехе показалась серая овечья шерсть. Проститутка взвизгнула и, сжавшись в комок, прикрылась одеялом.
Алекс встал, перевел дух, не глядя на неё стал одеваться. Он слышал за спиной сдавленные всхлипы, но даже не обернулся. Красный от стыда, смущения и обиды на самого себя, юноша подхватил меч и вышел на лестницу.
Только здесь ослабли спазмы, сжимавшие его горло, и из глаз брызнули горькие, злые слезы, не приносящие облегчения.
— Чуть не убил девчонку, маньяк прибабахнутый, — пробормотал он по-русски, корчась в огне стыда. То ли из-за того, что едва не ударил ни в чем не повинную проститутку, то ли из-за того, что не смог показать себя мужчиной.
Александр сбежал вниз по лестнице, умудрившись поскользнуться на нижней ступеньке и больно удариться. Шипя и потирая колено, он, наконец-то, пришел в себя, вот только никак не мог сообразить, где находится? Алекс ввалился в первую попавшуюся комнату. Повернувшись к нему задом и высоко задрав подол хитона, какая-то женщина мыла пол. Зрелище огромных белых ягодиц почему-то вызвало у него приступ тошноты. Прежде чем женщина обернулась, он успел захлопнуть дверь и поспешил в противоположную сторону.
Выскочив на пустынный двор, юноша огляделся. Так же дымила печка, на столике лежали пирожки, прикрытые тонким льняным полотенцем, и сверкал широкий нож. Обрадованный тем, что ему ни с кем не придется разговаривать, Александр бегом бросился к воротам.
Очевидно, разморенный жарой привратник убрался куда-то в тень. Парень стал лихорадочно отодвигать засов, но тут ему на плечо упала тяжелая рука.
— Стой! Куда?
Тело среагировало на автомате. Пальцы схватили чужую ладонь и вывернули ее в сторону.
Привратник взвизгнул.
— Я уже заплатил! — внятно проговорил Александр, с трудом сдерживая бешенсво. Так ему хотелось поскорее покинуть это место. — Заплатил! С вас хватит!
Стражник мелко — мелко закивал. Его круглое лицо побледнело, отчего усы стали казаться еще чернее.
Алекс отшвырнул его в сторону, и рывком распахнув дверь, выскочил на улицу. Пробежав полсотни шагов, он вновь с трудом преодолел рвотный позыв.
Сунув за пояс меч, юноша с сожалением понял, что браслеты и трусы остались у «ночных звездочек». Ну, нижнее белье он себе сошьет, а вот ножей жаль. Такой стали здесь не найдешь. Поправляя штаны, Александр нашарил в кармане два кусочка серебра.
«Надо выпить!» — подумал он и целенаправленно стал разыскивать трактир, таверну, кабак или что-то в этом роде.
Забегаловка оказалась самой дешевой. Навес над окошком, узкий короткий стол, забулдыга, мрачно смотревший в опустевшую чашку, и лысый неопрятный хозяин в грязном хитоне, не таясь разбавлявший вино водой.
Наверное, все владельцы подобных заведений обладают нюхом на потенциальных клиентов. Алекс еще только подумал, стоит ли здесь останавливаться, а хозяин уже бодро налил большущую кружку.
Юноша отодвинул посудину и бросил на стойку кусочек серебра. Лысый подобрался, словно спортсмен перед матчем.
— Неси лучшего и не разбавляй, — буркнул Алекс по либрийски. Через минуту хозяин предстал перед ним с небольшой амфорой и гордо показал ему восковую печать на горлышке.
— Бризское, господин.
Александр перебрал лежавшие тут же чашки, выбрал ту, что показалась ему самой чистой.
— Наливай.
— Воды, господин?
— Не порть продукт, — буркнул юноша.
Винцо оказалось слабеньким, что-то вроде компота. Только после третьей кружки Алекс почувствовал, как пылавший внутри огонь стал затухать, а тиски, сжимавшие грудь, чуть ослабли.
— Когда человеку грустно, он не должен оставаться один, — проговорил пьяница, привлеченный его поганым настроением и дорогим вином. Вот только Александр меньше всего сейчас нуждался в компании.
— Отойди, а? — посмотрел он на забулдыгу. — Душевно прошу.
— Пошел, пошел! — набросился на него хозяин. — Не мешай господину!