— Пожалуй, товарищ Титов.
В это время вошел знаменитый химик, которому принадлежит изобретение знаменитого аппарата «Це», сыгравшего в войне 1931 года такую громадную роль. Каждый знает его увесистую фигуру по снимкам, фотографиям в журналах, газетах. О нем это шутливое стихотворение:
Действительно, Пеллеров удивительно веселый человек. Вот и сейчас он вкатился в покойницкую — и сразу сломал тишину ее и мрачность.
— Здравствуйте, друзья. Пришел взглянуть на убитого. Говорят, вскрытие не могло определить причины смерти.
Взглянув на мертвеца, Пеллеров отшатнулся.
— Но ведь это… позвольте… ведь это…
Титов сделал знак сторожу и шоферу. Они вышли.
— Позвольте, но ведь он отравлен тем веществом, к которому никто кроме меня не имеет доступа.
— Вы не хотите сказать, что отравлен Вардин вами?
— Я хочу сказать, что тут кроется тайна.
Пеллеров наклонился над трупом. Сведенное судорогой лицо Вардина сине, с каким-то отливом голубизны. Глазные яблоки и те пропитались синим веществом. Страшно было смотреть на вытаращенные мертвые глаза, переливавшие оттенками синей эмали.
Пеллеров ворчал, осматривая:
— Ясно. Никаких сомнений не может быть. Я вам мог бы показать трупы животных, над которыми я проделывал опыты. Яд этот — нечто вроде окиси. Он почти безвкусен. Секрет его ничего еще не дает врагам. Они были близко у цели, но промахнулись.
— Вы говорите туманно.
— К сожалению, пока не могу ясней. Могу сказать одно: что вещество, которым отравлен Вардин, составная часть «Синего камня». А о нем речь впереди. Пока я заканчиваю последние опыты. Применение его должно положить конец затянувшейся на три десятилетия борьбе!
— Точка. Больше мне от вас ничего не надо! — воскликнул Титов: — скажите еще: вернетесь ли вы немедленно домой или останетесь в городе?
— Сейчас же на завод. У нас заканчивается самая ответственная часть работы над аэротанком системы «Лью». Я должен присутствовать при отливке особых пластинок секретного состава и при сборке машин.
— В самом деле! — воскликнул как-то неожиданно радостно Титов: — я давно хотел посмотреть на ваши работы! Возьмите меня на завод!
2. Пинкертоновщина
Дорогой, в авто, Титов расспрашивал маститого химика о новых аэротанках, о том, какую роль должны они будут сыграть, по мнению ученого, в надвигающейся последней битве с Капиталом.
Авто мчался по крепко мощеной дороге. Последние колокольни скрылись за хвойным гребнем. Титов электрическим всасывателем изменял свои черты лица. Смеялся:
— Совсем буду американец!
Проехали первую заставу. В полосу владений завода можно было проникнуть только по пропуску. На завод Пеллерова смотрели, как на главную базу красной армии. Десятки шпионов сновали вокруг заводов. Особенно волновал капиталистические круги слух о каком-то новом составе, изобретенном Пеллеровым. Эти пластинки будто бы обладали способностью впитывать в себя распространеннейшие газы и тем самым должны были превратить химвойну в пустой звук.
— Однако, далеконько вы живете, — усмехнулся Титов, когда через четверть часа они все еще мчались по ровному шоссе в зеленом коридоре леса.
И вдруг, круто повернувшись к собеседнику, спросил:
— Итак, вы полагаете, что Вардина отравил ваш помощник Курковский?
Пеллеров вздрогнул.
— Ничего подобного я не говорил!
— Но вы утверждаете, что состав, который был причиной смерти, имеется только у вас?
— Да. И ключи от шкафа всегда в моем кабинете…