Линкор «Шарнхорст»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Осколками разбило объективы перископов на мостике, однако при этом никто из находившихся там не пострадал. Дальше было хуже. В результате взрыва башню «A» перекосило, и несколько артиллеристов было убито на месте. Возник пожар, огонь быстро проник в систему подачи боезапаса башни «B», было много дыма. Во избежание катастрофы оба погреба были частично затоплены.

— рассказывал один из артиллеристов этой башни Руди Бирк.

Вильгельм Гёдде:

Второй снаряд пробил правый борт на уровне ватерлинии и разорвался в межпалубном пространстве. Ценой невероятных усилий аварийной команде удалось приварить металлический пластырь, наложив его на пробоину.

— рассказывал один из матросов аварийной команды.

Около пяти часов Гюнтер Стрётер вновь почувствовал, как корабль накренило и сильно тряхнуло:

Прошло пятнадцать критически важных минут. Управляемый по радару огонь велся с двух сторон, на линкоре уже были сильные разрушения, но он держался на плаву, все еще сохраняя свое преимущество в скорости. В глубине корабля, под броневой палубой, на пределе сил работала команда энергетической установки, которой руководил корветен-капитан (инженер) Отто Кёниг. Теперь все зависело от них. Котлы и турбины работали на максимальной мощности. Ветер дул с правого крамбола, отсюда же шли волны; «Шарнхорст» продолжал быстро идти к востоку, скорость достигла 30 узлов — это было больше, чем во время учений в Варгсунне в конце ноября.

— писал адмирал Фрейзер.

Первые залпы «Шарнхорста» дали большой промах, снаряды упали в воду на удалении почти 2000 метров от «Дюк оф Йорк» и «Ямайки», однако потом стали ложиться все ближе и, наконец, попали в цель. Два 28-см снаряда накрыли «Дюк оф Йорк» — в результате прямого попадания в фок-мачту снесло за борт одну из ее опор и временно вывело из строя радар, перебив кабель антенны.[31] Лейтенант Рамсден:

Итак, факелы осветительных снарядов потухли, и «Ямайка» опять погрузилась в темноту, однако все только начиналось. Вновь лейтенант Рамсден:

Робин Компстон, представитель Королевских ВВС в штабе Фрейзера:

Прежде чем открывать огонь, Фрейзер приказал эсминцам построиться в два отряда — «Сэведж» и «Сомарец» шли по траверзу левого борта, а «Скорпион» и «Сторд» — по траверзу правого борта. Командиру дивизиона коммандеру Майклу Мейрику, находившемуся на борту «Сэведжа», было приказано «занять наиболее выгодную позицию для торпедной атаки».

Сражение продолжалось при безостановочном головокружительном движении кораблей на восток — иногда скорость превышала 30 узлов. Ветер и волны были направлены навстречу, так что эсминцы сбивались с курса, а иногда казалось, что они уже не вынырнут из очередной огромной волны. Капитан «Сторда» Скуле Сторхейл:

Несмотря на все старания, линкору «Дюк оф Йорк», крейсерам и эсминцам не удавалось подобраться поближе к «Шарнхорсту». Казалось, что удача вновь не покинула его. В котлах поддерживалось максимальное давление, и линкор на большой скорости уходил на юго-восток, с каждой минутой дистанция между ним и преследователями возрастала. Даже очередное попадание в центральную часть корабля не нанесло особого ущерба. Тяжелый снаряд разорвался у дымовой трубы и вызвал сильный пожар в ангаре гидросамолетов.

— рассказывал Бакхаус. Моряки проявили подлинный героизм, борясь с огнем, несколько человек погибло, в том числе командир батареи 10,5-см пушек.

Бушующее пламя упрощало работу дальнометристов «Дюк оф Йорк», поскольку они отчетливо видели цель. Когда пожар потушили, а это произошло примерно в 17.15, в качестве ориентиров стали использовать вспышки пламени из стволов орудий — «вспышки ярко-оранжевого цвета, которые были хорошо видны в темноте арктической ночи». Начиная с 17.17, линкору «Дюк оф Йорк» пришлось уже больше полагаться на управление огнем по радару. В это время дистанция была все еще около 12 500 метров, но в течение следующего часа она продолжала возрастать: в 17.46 — 16 500 метров, в 18.24 — 19 500 метров. Видимо, только этим можно объяснить самонадеянную радиограмму, которую Бей отправил Дёницу и Шнивинду в 18.02:

Англичане перевели этот текст, как «„Шарнхорст“ всегда будет превосходить противника», хотя на самом деле это был лозунг линкора — «„Шарнхорст“ всегда впереди».

В результате последующего расследования было установлено, что в этот отрезок времени скорость линкора почти на 3 узла превышала скорость «Дюк оф Йорк». Иначе говоря, ему уже почти удалось уйти от погони, потом можно было под прикрытием темноты проскользнуть в Тана-фьорд или в какую-нибудь шхеру на северном побережье Норвегии — под защиту Люфтваффе и береговой охраны. Генри Лич, чей пост был в артиллерийской башне, прекрасно помнит, как «неумолимо и сердито щелкали счетчики дальномера по мере удаления врага. Не могу найти слов, чтобы описать отчаяние, охватившее тех, кто понял, что происходит; ведь нам удалось застигнуть врага врасплох, мы подошли к нему достаточно близко и как будто все делали правильно, но все впустую — враг постепенно уходил от нас, скрываясь в ночной темноте».

Старшие офицеры в Нарвике и Киле, которые внутренне были против этой авантюрной атаки конвоя, отдавая приказ о ее начале, теперь испытывали все большую тревогу. У подводных лодок Рудольфа Петерса был очень неудачный день; после получения сообщения от Роберта Любсена в 12.38 о том, что он видел «четыре силуэта», мало что произошло. Правда, капитан-лейтенант Рудольф Бюхлер с U-387 в 14.05 заметил два эсминца. Он хотел ускользнуть на запад, однако дул очень сильный ветер, и скорость лодки не превышала 13 узлов. Поэтому ему показалось, что самое разумное — это пойти на погружение. Когда спустя полтора часа он вновь всплыл, то ничего не увидел. Исчезли не только эсминцы, куда-то пропал и конвой, контакт с ним больше установить не удалось. Командующие группами в Нарвике и Киле были вне себя от отчаяния. Никакой координации действий между флотилиями и соединениями не было, так же, как и понимания подлинной сути обстановки. Самому молодому из капитанов «Железной бороды», капитан-лейтенанту Герхарду Шаару, командовавшему U-957, было всего двадцать четыре года. Он прибыл в район острова Медвежий прямо из Киля. Еще в звании обер-лейтенанта цур зее (младшего лейтенанта) весной 1940 года он видел под Нарвиком, как героически сражался эсминец «Эрих Гизе», но потом буквально разлетелся на куски под обстрелом британского линкора «Уорспайт» и эсминцев сопровождения. В 1944 году Шаар был награжден Рыцарским крестом за подвиги в Арктике. Сейчас он не очень улавливал реальную суть складывающейся обстановки и в 16.17 записал:

В это время на нескольких подводных лодках услышали звуки артиллерийской перестрелки, происходившей на большом удалении от этого района. Однако впередсмотрящие ничего не видели: поверхность моря была совершенно пустой.

В 17.24 Бей снова радировал базе:

Командующий флотом генерал-адмирал Шнивинд получил это сообщение через сорок пять минут. Он все еще рассматривал два варианта возможных действий, но потребовал, чтобы была установлена радиосвязь с командующим флотилией эсминцев Рольфом Иоханесоном.

Он также запросил Люфтваффе — могут ли они отправить самолеты в данный район. Ответ был получен отрицательный — погода по-прежнему была нелетная.

Как командующий флотом, Шнивинд оказался в крайне затруднительном положении. Реагируя на настойчивые просьбы Петерса, он до последней минуты пытался отозвать Боевую группу, однако ответственность за выполнение операции в целом лежала на нем. В зоне боя царила полная темнота и бушевал шторм — сбывались его наихудшие предчувствия. Судя по всему, и сам Шнивинд не до конца разобрался в обстановке. Например, он не знал, где в данный момент находятся эсминцы, не подозревал и об отсутствии согласованности действий Бея и Иоханесона. Процессы принятия решений и установления взаимной связи протекали с черепашьей скоростью.

Когда он запросил о местонахождении эсминцев, то оказалось, что они сместились далеко к западу и сейчас со скоростью 24 узла шли в сторону берега. На борту Z-29 первое сообщение с «Шарнхорста», что он окружен соединением тяжелых кораблей, было получено в 17.45, т. е. почти через час после отправки. Иоханесон курс не изменил, но из сделанной им записи следовало, что происходящее он оценивал как бы со стороны:

Первым, кто предпринял правильные действия, был капитан цур зее Петерс в Нарвике. Получив в 17.17 радиограмму Бея о том, что «Шарнхорст» вступил в бой с тяжелым линкором, он записал:

Через четверть часа он узнал, что «Шарнхорст» окружен кораблями противника, и тогда он добавил:

В 18.15 Петерс объявил группе «Железная борода» тревогу, отправив радиограмму следующего содержания:

Все лодки, находившиеся в надводном положении и получившие этот сигнал, немедленно соответствующим образом изменили курс.

Шнивинд, находившийся в Киле, тоже понял, что «Шарнхорст» оказался в большой беде. Несмотря на это, записанный им комментарий, как ни странно, серьезности обстановки вовсе не соответствовал:

[31] Антенный кабель вскоре был восстановлен, и огонь продолжался с прежней интенсивностью. — См.: Сулига С. В. «Линкоры типа „Шарнхорст“».