Тайные страницы Великой Отечественной: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— То есть положение гитлеровцев ухудшалось на всех фронтах?

РЖЕШЕВСКИЙ: Да, тем более что 27 марта 1944 года войска 2-го Украинского фронта, которым командовал маршал Конев, форсировали Прут и вошли на территорию Румынии — так началась освободительная миссия Советской армии в Европе...

ЯМПОЛЬСКИЙ: После 27 марта мы продвинулись приблизительно на 100 километров, и был создан довольно-таки обширный плацдарм, который потом использовался нашим командованием для подготовки Ясско-Кишиневской операции.

РЖЕШЕВСКИЙ: Напомню, что в ноябре 1940 года Румыния присоединилась к фашистскому блоку, а затем послала около 30 своих дивизий на советско-германский фронт — больше, чем кто-либо из гитлеровских союзников. В войну против Советского Союза она вступила с целью создания «Великой Румынии» — за счет Молдавии и украинских земель. Мы прекрасно знаем, какие зверства чинили румынские войска на нашей территории: только в Одесской области от их рук погибли свыше 200 тысяч человек, десятки тысяч — в Молдавии и в некоторых других районах. Румыния воевала до тех пор, пока ее не разбили в пух и прах. Особенно болезненным был разгром румынских войск под Сталинградом.

— Можно понять, почему теплых и дружественных чувств советские воины к румынам не испытывали...

РЖЕШЕВСКИЙ: Конечно. Поэтому были опубликованы два очень важных документа: заявление Советского правительства от 2 апреля и постановление ГКО. Они определяли нашу политику в отношении освобождаемых стран на весь последующий период войны. В них ясно говорилось, что мы не преследуем целей присвоения какой-либо части румынской территории или изменения существующего общественно-политического строя.

ЯМПОЛЬСКИЙ: Хотя постановление ГКО вышло несколько поздновато, 10 апреля, но документ это очень важный. Чтобы более эффективно вести боевые действия на территории Румынии, в нем подчеркивалось, что «военное командование принимает необходимые меры для обеспечения бесперебойной работы телеграфа, телефона и всех иных средств связи». Чтобы влиять на финансовую деятельность румынского государства, наше военное командование еще до начала Ясско-Кишиневской операции выпустило леи — румынскую валюту «военного образца» и заявило, что в ходу будут как старые леи, так и новые леи, и советские рубли. Стоимость всех реквизированных или добровольно продаваемых для нужд Красной армии предметов потребления и промышленных товаров выплачивается в этих валютах по ценам, существовавшим до вступления советских войск...

В постановлении подчеркивалось, что все должностные лица, чиновники государственных учреждений, муниципальной власти, полиции и сигуранцы — службы безопасности — продолжают выполнять свои обязанности, но только в том случае, если они не оказывают сопротивления мероприятиям и действиям Красной армии. В последнем пункте сказано, что все личное имущество румынских граждан и частных обществ, а также принадлежащая им частная собственность находятся под охраной советских военных властей... В результате местное население активного противодействия советским войскам не оказывало.

ЛОБОВ: Наша задача заключалась в том, чтобы вывести эти государства из войны на стороне гитлеровской коалиции, после чего они примкнули бы к нам или хотя бы остались нейтральными. Советскому правительству, верховному руководству Вооруженных сил, нашей дипломатии и стратегической разведке удалось достичь на этом направлении огромных результатов — конечно, не все получалось легко и быстро.

ХАЗАНОВ: Когда 12 апреля Советское правительство направило руководству Румынии условия перемирия, фашистский диктатор Антонеску отказался что-либо подписывать, и переговоры зашли в тупик. Между тем наши военнослужащие распространяли на территории румынских войск, среди населения многочисленные листовки, поэтому в Румынии знали о факте переговоров и возможности выхода из войны. Но вот выдержка из протокола допроса румынского капитана, летчика, сказавшего, что да, мы знаем о предложениях советского правительства, но, несмотря на униженное положение румынских солдат и офицеров, их полную зависимость от германских командиров, большинство румын считает немцев защитниками нашей страны; благодаря пропаганде доктора Геббельса, заявления русских об их политике в Румынии не встречают доверия среди населения и армии.

РЖЕШЕВСКИЙ: Однако уже в апреле, как только мы перешли границу, определенные круги в Румынии стали зондировать возможность примирения или условия перемирия. Хотя тогда ничего не получилось, сопротивление нарастало, образовался Антифашистский патриотический фронт во главе с компартией, и его руководство сумело установить контакт с королевским двором — с людьми, которые понимали, что только ликвидировав режим Ан-тонеску, они смогут удержать власть в своих собственных руках.

МЯГКОВ: Уже в конце 1943 — начале 1944 года правительство Антонеску и буржуазно-демократическая оппозиция, которая в основном сосредоточилась вокруг двора короля Михая I, стали нащупывать почву для выхода из войны, чтобы развязаться с немцами и встать на сторону стран антигитлеровской коалиции. Антигитлеровской коалиции, но не четко на сторону Советского Союза! Была ведь возможность, что британские войска высадятся на Балканах и через Грецию и Болгарию будут продвигаться к Румынии. Буржуазная оппозиция надеялась, что в Румынию придут англичане, а коммунистическая оппозиция, естественно, смотрела в сторону Советского Союза, понимая, что оттуда придет избавление страны от гитлеровского диктата.

— Получался тот расклад сил, о котором мы подробно говорили на заседании нашего предыдущего «круглого стола».

МЯГКОВ: Да, конечно... Советское руководство знало об этой ситуации — в конце 1943 года в Стокгольме представители румынского правительства и оппозиции вступили в контакты с советским посольством. В марте 1944 года в Каир прибыл бывший премьер-министр Румынии

Штирбей и начал переговоры с представителями трех великих держав об условиях выхода из войны. 12 апреля наш представитель в Каире Новиков вручил Штирбею условия перемирия, согласованные с Великобританией и США. Однако сохранялась возможность «Балканского варианта», поэтому переговоры затягивались, завершить их не удалось...

— Можно предположить, что румынское руководство или румынская оппозиция — можно считать и так, и этак, — не могли понять, на кого лучше сделать ставку, и боялись продешевить...

МЯГКОВ: Конечно. Однако еще тогда, в апреле 1944 года, государственный секретарь США Хэлл выразил уверенность, что предложения антигитлеровской коалиции помогут румынам в конце концов понять, что их собственные интересы требуют изгнания гитлеровцев из страны. Так на самом деле и получилось: в августе 1944 года, когда все уже, в общем-то, было ясно...

ЯМПОЛЬСКИЙ: А в этот же период румынские спецслужбы активно занимались разведывательной деятельностью и созданием партизанских отрядов на территории Румынии для отпора возможному наступлению советских войск. В сообщении НКГБ Украинской ССР говорится, что в районе Краснопутна «румыно-немецкой разведкой» (так в тексте) создан партизанский отряд в количестве 500 человек, снабжен вооружением, и перед ним поставлена задача по локализации возможного наступления Красной армии. Вот справка отдела контрразведки «Смерш» 53-й армии 2-го Украинского фронта, в которой говорится, что с момента перехода границы активизировалась деятельность румынских разведорганов, главным образом — 2-го отдела Генштаба румынской армии, т. е. военной разведки. Противник забрасывает на территорию, занятую нашими войсками, свою агентуру, которая

вербуется как из военнослужащих румынской армии, так и из гражданского населения.

ХАЗАНОВ: Немецкая разведка докладывала о сосредоточении и каких-то передвижениях русских, о создании плацдарма в Румынии. Но, когда встал вопрос о проведении дополнительных разведывательных полетов, было решено, что это делать нецелесообразно, поскольку происходит непредусмотренный расход горючего. Румыния еще не вышла из войны, а немцы уже, как видно, очень страдали из-за отсутствия горючего.

—То есть здесь, на правом фланге германской обороны, в полном смысле назрели решающие события?

ЛОБОВ: Да, отсюда ведь открывался путь к полному • освобождению Балкан и, естественно, к Черному морю, к проливам, к Средиземному морю. По сути дела Балканы — это ключ не только к Европе, но и, может быть, даже ко всему миру — через все проливы и моря... Так что необходимость решительных действий была прямая.

ТЮШКЕВИЧ: Следует сказать, что советская военная теория тогда поднялась на достаточно высокий уровень, она стала выше немецкой военной теории. Можно добавить, проведение Ясско-Кишиневской операции было системным, то есть вошло в систему операций 1944 года, в условиях твердого владения Красной армией и советским военно-политическим руководством политической и стратегической инициативой.

ХАЗАНОВ: Недаром же в ставке Гитлера обсуждались вопросы выхода из войны их союзников — немцы считались с такими возможностями. Они понимали, что выход Румынии — это потеря нефти; выход Финляндии сразу же скажется на поставках никеля, тогда и Швеция отпадет. Они уже потеряли Италию как союзника в войне, обстановка в лагере противника была, скажем так, нерадостной. 20 июля произошло покушение на

фюрера — положение гитлеровского режима стало еще более шатким...

ТЮШКЕВИЧ: Какие же задачи предстояло решить в ходе Ясско-Кишиневской операции? Первая — окружить и уничтожить находящуюся здесь группировку немецких и румынских войск. Вторая задача была вывести из войны на стороне фашистской Германии Румынию и другие балканские страны. Третья — освобождение нашей союзной республики Молдавии и всей нашей земли, временно оккупированной противником. К тому же мы продвигались в глубь вражеской территории, все ближе к границам фашистской Германии...

На направлении главных ударов у нас были сосредоточены силы, значительно превосходящие противника. У них было 900 тысяч личного состава, у нас — 1250 тысяч; наблюдалось значительное превосходство в танках и самолетах; на участке прорыва на один километр было 240-280 орудий...

ХАЗАНОВ: Уточню, что хотя уже в конце 1943 года нашей авиации удалось завоевать стратегическое господство в воздухе, тем не менее в начале 1944 года «люфтваффе» оказывало достаточно сильное сопротивление.

Особенно ожесточенные бои разгорелись в конце мая. Над территорией Молдавии и Румынии произошло настоящее воздушное сражение, не очень долгое, но неожиданное для советского командования. Летчикам 5-й воздушной армии пришлось нелегко: противник совершал временами более тысячи самолето-вылетов в день над ограниченным участком фронта... К началу июня ситуацию удалось изменить, переломить в лучшую сторону, и когда проводилась Ясско-Кишиневская операция, то ничего подобного уже не происходило. Дело в том, что немцы перебросили свою авиацию из южных районов, где она в большом количестве находилась весной, на другие участки советско-германского фронта, на запад, где высадились союзники, и для защиты самого рейха. Хотя против наших 5-й и 17-й воздушных армий номинально продолжали действовать части 4-го воздушного флота — 1-й немецкий и 1-й румынский авиакорпуса, численность их соединений значительно упала.

ЛОБОВ: Кстати, обратите внимание на тех, кто руководил проведением этой операции. 2-м Украинским фронтом командовал Родион Яковлевич Малиновский,