Третий полюс: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Руководство было поручено Альберту Эгглеру; другими участниками были: Вольфганг Дил, Ганс Гримм, Ганс Рудольф фон Гунтен, экспедиционный врач Эдуард Лойтгольд, Фриц Лухсингер, специалист по кислородным аппаратам Юрг Мармет, географ Фриц Мюллер, Эрнст Рейсе, Адольф Рейст и Эрнст Шмид ― всего 11 швейцарцев, причем альпинистская группа состояла преимущественно из жителей Берна.

Переезд в Индию и поход к Намче-Базару протекал в основном согласно программе, но затем вклинилась полоса невезения: Лухсингер заболел острым приступом аппендицита, принимавшим временами такой опасный оборот, что приходилось думать об операции. То, что в результате внимательного ухода удалось избежать операции, ― просто счастье. Несколько позже у Дила после тренировочного выхода в Имджа-Кхола появились признаки воспаления легких, которые удалось ликвидировать антибиотиками.

Тем временем Мармет и Гримм руководили транспортировкой кислородных баллонов в Намче-Базар. В пути их помощника укусила кобра. Гримм, по профессии зубной врач, при свете керосиновой лампы ввел противоядие. Через два дня больной мог снова принять свою 30-килограммовую ношу. Но это еще не все ― знаменитый Пазанг Дава Лама, главный сардар экспедиции, заболел лихорадкой, и его пришлось в сопровождении врача Лойтгольда транспортировать в Намче-Базар. Пазанг Дава Лама выздоровел, но как сардар экспедиции окончательно выбыл из строя. К счастью, Эгглер нашел достойного заместителя в лице шурина Пазанга ― Дава Тенцинга (Да Тенцинг) из Кхумдзунга, который отлично зарекомендовал себя во время успешной экспедиции на Канченджангу в 1955г.

Во время акклиматизации были совершены восхождения на несколько небольших вершин ― так, третье восхождение на излюбленный пик Исланд (в этот раз северо-восточная вершина, 6189 м) в бассейне Имджа и на пятитысячники.

7 апреля все участники экспедиции обосновались в базовом лагере (около 5370 м), причем не на моренном острове, где останавливались все прежние эверестские экспедиции, а несколько севернее, ближе к Лингтрену. Теперь можно было начать борьбу со знаменитым Кхумбинским ледопадом. Путь в мульду, где был установлен лагерь 1 (5800 м), не представлял больших трудностей, но прохождение самого разорванного участка ледопада до лагеря 2 (6100 м) у входа в Западный цирк потребовало напряженной работы. Большая поперечная трещина имела теперь в ширину более 4 м и была преодолена с помощью двух соединенных между собой лестниц из легкого металла. Для обеспечения безопасности пути в ряде мест был взорван лед.

Лагерь 3 (6400 м), как всегда, служил передовым базовым лагерем и был соответственно оборудован.

1 мая был установлен лагерь 4 (6800 м) на нижней террасе склона Лхоцзе. Лухсингер выздоровел и участвовал в работах. При хорошей погоде и отличных снежных условиях все ладилось быстро. Местом лагеря 5 (7400 м) была выбрана терраса под «желтой полкой»; 6 мая там стояла первая палатка.

На высоте около 7600 м обнаружили верхний лагерь М. Г. Э., установленный Сенном и Шпехелем осенью 1955 г. Вскоре были найдены оставленные восемь кислородных баллонов. Так как немецкие аппараты фирмы Дрегера были значительно тяжелее применяемых теперь французских, их использовали только для подачи кислорода во время сна в лагере 5.

Через «желтую полку» для удобства подхода к нижней станции лебедочного подъемника на склоне Лхоцзе были натянуты веревочные перила. Верхняя станция у лагеря 6а находилась юго-западнее, под «Женевским» плечом.

10 мая лебедка должна была быть пущена в эксплуатацию, но стоявшая до сих пор хорошая погода ухудшилась, и пошел сильный снег. Лухсингер и Шмид, находившиеся как авангард в лагере 6а, решили спуститься. Они оставили в лагере 6а несколько баллонов кислорода, горючее и продовольствие, закрыли палатку и отступили в лагерь 5. Было ли это уже начало муссона? Или это первые предвестники плохой летней погоды? Все робко задавали себе этот вопрос. Во всяком случае пришлось временно покинуть лагеря 5 и 4, хотя переноска грузов между базовым лагерем и лагерем 3 продолжалась, чтобы случае улучшения погоды быть готовыми к рывку наверх.

14 мая прояснилось. Хотя сильный ветер постоянно заметал следы, но дорога до лагеря 6а и даже выше, до «Женевского» плеча, была восстановлена. 17 мая вечером Рейсе и Лухсингер заняли лагерь 6а, Рейст и Гунтен ― лагерь 5, Эгглер и Шмид обосновались в лагере 4, а все остальные собрались в лагере 3. После очень холодной ночи (минус 25° в лагере) Эрнст Рейсе и Лухсингер 18 мая вышли на штурм Лхоцзе (8501 м). Они траверсировали склон и следовали по скальной полке к кулуару Лхоцзе. Этот большой желоб западной стены, представляющий практически единственный путь, при перепаде высот в 500 м значительно круче известного кулуара Маринелли в восточной стене Монте Роза, причем по кулуару Лхоцзе можно пройти только при хорошем, плотном снеге.

В середине дня они находились у ключевого места, которое уже давно занимало мысли всех претендентов на Лхоцзе. Желоб здесь был прерван отвесной скальной ступенью. Над ней желоб становился еще уже, не шире 40-50 см, и еще круче. Впереди идущий Рейсе забивает крюк в скалу, навешивает веревку с карабином и медленно, но упорно продвигается вверх. Следующий за ним Лухсингер забивает второй скальный крюк, чтобы обеспечить безопасность спуска.

Намного выше кулуар снова расширяется, снег спрессован, и с трудом приходится выбивать ступеньки. Хотя Рейсе поставил аппарат на подачу 4 л кислорода в минуту, он вынужден поменяться местами с Лухсингером, идущим теперь первым. Оба медленно приближаются к вершинному выступу. Левый выступ (северный) со снежной шапкой ― самый высокий. Несколько веревок они идут с попеременной страховкой через ледоруб. Наконец выходят на узкую, освещенную солнцем зазубрину между обеими вершинами, поворачивают влево на скальную полку и выходят на крутой фирновый склон (60°) с такой твердой поверхностью, что Рейссу сильными ударами приходится вырубать ступени для подъема, а затем «лоханку» для страховки и приема Лухсингера.

Лухсингер поднимается к Рейссу, и когда они при затихшем ветре выпрямляются, то через ледовый край вершины им открывается вид на затянутые облаками восточную и южную стены. Прошло шесть часов после выхода из лагеря 6а. Они стоят на вершине.

Места, чтобы присесть на этой дикой вершине, немного, рюкзаки вешаются на загнанные в снег ледорубы, и, чтобы делать вершинные снимки, требуется большая осторожность. Три четверти часа они остаются на вершине. Вид на острый гребень Лхоцзе и через него на Джомолунгму потрясает своим величием и суровостью. Кислород кончился, ветер все крепчает, руки и ноги теряют чувствительность, уже пора начать спуск. Экспозиция вершинного склона и крутизна кулуара весьма впечатлительны. С максимальной осторожностью, передвигаясь только попеременно и тщательно страхуясь, они идут вниз. Час спустя Рейсе и Лухсингер находятся на узком месте над скальной ступенью, вешают 40-метровый репшнур на верхний крюк и спускаются по нему. Постепенно спуск становится легче, кулуар остался позади, и наконец они в лагере 6а. В 18 часов 15 минут они стоят уставшие, но счастливые у одинокой палатки, засыпанной снегом. Сначала нужно ее привести в порядок, чтобы после 12 напряженных часов работы можно было в нее забраться и залезть в спальные мешки. На следующий день они спустились с остановками через лагеря 5 и 4 до лагеря 3, где быстро восстановили силы, так что через несколько дней они уже снова были работоспособными.

В это время развернулась атака на Джомолунгму. Усердно проводились работы у лебедки. Крутить рукоятку лебедки на высоте 7900 м было очень утомительным делом. Тонкий стальной трос длиной 700 м тянул салазки из легкого металла, на которых укладывалось два места. Лагерь 6а был установлен на крутом склоне только ради этого подъемника. 21 мая Эгглер принял решение перенести этот лагерь через «Женевское» плечо (8020 м) на Южное седло. Новый лагерь ― 66 (7986 м) ― находился около 100 м западнее британской лагерной площадки 1953 г., где еще валялось вполне пригодное имущество: продовольствие, кислородные баллоны и один примус. 22 мая погода была не очень хорошая, временами шла снежная крупа, но выше как будто было ясно. В середине дня вышла первая штурмовая группа: Эрнст Шмид и Юрген Мармет с четырьмя шерпами ― Да Норбу, Па Норбу, Пазанг Путар II и Анулла. Приток кислорода был отрегулирован на 3 л в минуту. Через два часа подъема была достигнута высота 8230 м, где в мае 1952 г. находилась палатка Ламбера и Тенцинга Норгея. После короткого отдыха Шмид и Мармет вместе с шерпами поднялись выше. На высоте около 8400 м, на западном склоне под самым гребнем, в небольшой мульде была удобная площадка для палатки ― примерно на 100 м ниже самого высокого британского лагеря 1953 г. (Хиллари ― Тенцинг Норгей). Но было уже 17 часов, крайний срок, чтобы отправить обратно в лагерь 66 четырех шерпов, поднявших сюда около 70 кг груза. Во время спуска носильщики сорвались и проскользили по склону, но, к счастью, происшествие обошлось без травм.

Шмиду и Мармету стоило больших усилий установить при ураганном ветре свою двухместную палатку ― лагерь 7 (8400 м) и закрепить ее камнями и скальными крючьями. Они имели превосходное оснащение: надувные матрацы, двуспальный пуховый мешок, общий бивачный мешок из нейлона, кухня, вершинный рацион продовольствия, пять полных баллонов кислорода и т.д. Тем не менее ночь была очень тяжелая. Ветер наметал на палатку снег, и ее приходилось откапывать. Без приготовления завтрака альпинистам потребовалось четыре с половиной часа для подготовки к выходу, и они смогли выйти только в 8 часов 30 минут. Пурга все еще не утихала, так что нельзя было надеяться на успех, но... постепенно ветер слабел, и к 12 часам они достигли фирнового купола южной вершины (8760 м), поднимаясь с подачей 4 л кислорода в минуту.

Гребень главной вершины состоит из качающихся глыб эверестского известняка (докаменноугольного периода), а вправо через склон в сторону вершины Канчунг висят громадные карнизы. Безоблачное небо светило темной голубизной. Вскоре они стояли перед 15-метровым взлетом, о котором в свое время обстоятельно рассказывал Хиллари. В своеобразном камине между скалой и карнизом Шмид, вырубая ступени, поднимался вверх, а Мармет в это время фотографировал. Последнее препятствие преодолено, последний взлет фирнового гребня остается позади и вот... вершина! Второй раз люди стоят на высочайшей горе земли (8848 м по новому измерению). Шмид поднимает ледоруб с флагами Непала, Швейцарии и Берна. Мармет камерой запечатлевает на пленку панораму. Они сняли маски, ветер теперь утих, и они почти час проводят на вершине.

Вдруг их окутывает густой туман. Надо спускаться. В 17 часов они у лагеря 7. Рейст и Гунтен с помощью верного Да Норбу раскапывают палатку. Шмид и Мармет берут шерпа в свою связку, втроем они спускаются к Южному седлу и к 19 часам приходят в лагерь 66.

Второй связке Рейст ― Гунтен также удалось одержать победу. Ночью было опять холодно, но 24 мая был самый ясный и безветренный день за многие недели.

В 6 часов 45 минут они вышли, в 10 часов были на южной вершине и около 11-ти на главной вершине.

Воздух так неподвижен, что флажки почти не колышутся. Рейст и Гунтен создали себе такие удобства, как при хорошей погоде на какой-либо вершине в Альпах: фотографировали, меняли пленки и фильмы, ели, оставаясь на вершине два часа. Еще удивительнее время их спуска. Начав спуск в 13 часов, тяжело нагруженные образцами пород и вещами, которые взяли в лагере 7, они уже в 15 часов вышли на Южное седло.

Когда Эгглер, Гримм, Шмид и Мармет с двумя шерпами во время возвращения в Западный цирк переходили через «Женевское» плечо, им навстречу поднималась колонна из 10 человек: Фриц Лухсингер и Эрнст Рейсе с врачом экспедиции Эдуардом Лойтгольдом, гляциологом Фрицем Мюллером и шестью шерпами. Они поднялись, чтобы в случае необходимости оказать помощь на Южном седле или на Джомолунгме. Надобность в этом отпала, и тут на миг возникла мысль направить еще третью связку на вершину Джомолунгмы и вторую на Лхоцзе. Но Эгглер, сознающий всю ответственность руководителя экспедиции, не хотел испытывать судьбу. Достигнутый успех был достаточно велик. Кроме того, приближался муссон, и последняя полученная радиограмма предупредила об этом. Значит, конец.

Высотные лагеря сняли, путь теперь вел вниз и на родину. Только Фриц Мюллер оставался до декабря в Кхумбу, чтобы продолжить и закончить свои гляциологические и метеорологические исследования. Эта научная работа дала ценные результаты.

1957-1960 годы

1957 год в группе Джомолунгмы был в альпинистском смысле спокойным. Весной Том Слик (Техас) и Петр Бирн (Ирландия) предприняли трехнедельную экспедицию в ущелье Арун и наткнулись на след, принятый имя за след иэти. Его сфотографировали и даже сняли слепок. Так как отпечатки следов ног находились на земле, а не на снегу или льду, то впервые представилась возможность получить правильный слепок.

Далее можно сообщить о новой Индийской экспедиции 1958 г. на Чо-Ойю под руководством Кеки Ф. Бунча (Бомбей). К сожалению, в самом начале, 28 апреля 1958 г., неожиданно умер майор Наренда Дхар Ямал, руководитель Гималайского альпинистского института в Дарджилинге. Он похоронен у подножия Чо-Ойю.

9 мая последовал новый старт, и 15 мая вершина была достигнута, правда только двумя очень опытными шерпами ― Пазангом Дава Лама и Сонамом Гиальценом. При этом втором восхождении на Чо-Ойю (8153 м) Пазанг был практически руководителем. Его высоко чествовали в Катманду и в Новом Дели. Пазанга Дава Лама принял Неру: ведь впервые вершина такой высоты была покорена без сагибов.

Осенью 1958 г. в Кхумбу, в район Джомолунгмы, отправилась руководимая Альфредом Грегори британо-итальянская экспедиция, в состав которой входил известный итальянский ветеран Пьеро Жиглионе. В 3 км за монастырем Тьянг-Бочи они с главной долины свернули к юго-западному гребню знаменитой Ама-Даблам (6856 м). Здесь связка Д. Куннингхэм ― Г. Пировано исключительно трудным лазанием смогла подняться только до 6100 м.

В ноябре 1958 г. они решили покорить пик Исланд, юго-западная вершина (6100 м) которого была побеждена еще в апреле 1953 г., во время акклиматизационного периода большой Британской Эверестской экспедиции, Ч. Эвансом, А. Грегори, Ч. Уайли и Тенцингом Норгеем с несколькими шерпами. Эрвин Шнейдер в мае 1955 г., во время проведения фотограмметрических съемок, совершил восхождение на переднюю вершину. Более высокая северо-восточная вершина (6189 м) была покорена только в апреле 1956 г. Гунтеном вместе с шерпами Пурба Лобзангом и Гиальценом. Второе восхождение на главную вершину пика Исланд совершили теперь связки Грегори ― Кук и Жиглионе ― Левене. Пьеро Жиглионе было в это время 76 лет ― безусловно, рекорд в таком возрасте для гималайского восходителя.