Третий полюс: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Лагерь 3 (6600 м) был переоборудован в снежную пещеру, где из-за непогоды альпинисты провели три ночи. Дальше нельзя было ждать: продовольствие и горючее были на исходе, и... соперники стояли наготове, ^октября произвели подготовку для выхода в несчастливый лагерь 4, но без особой надежды. Вдруг один из шерпов воскликнул, что видит трех человек, поднимающихся по снежному гребню. Неужели это уже швейцарцы, не желающие больше ждать? Или ... нет, это Пазанг с двумя шерпами. Он принес свежие продукты, бензин и, главное, надежду. Он услышал о конкурирующей экспедиции и с тяжелым рюкзаком, без отдыха, в невероятном темпе пришел сюда, наверх. Несмотря на это, он, кажется, даже не устал, и настаивает сразу продолжить подъем через ледопад к лагерю 4 (7000 м).

На следующий день, 19 октября 1954 г., в 3 часа дня трое ― Пазанг Дава Лама, Герберт Тихий и Иозеф Иохлер ― стояли на вершине (8153 м)1, смотрели на Джомолунгму и на далекое золотисто-коричневое Тибетское нагорье. Они чувствуют необыкновенное удовлетворение и почти неземное счастье. «Победа стоит значительно дороже, чем несколько обмороженных пальцев», ― как выразился Тихий.

Чтобы не вернуться домой с пустыми руками, Ламбер и мадам Коган хотели совершить хотя бы второе восхождение на Чо-Ойю. Но уже начали свирепствовать тяжелые осенние штормы с лютыми холодами, так что им пришлось отступить с высоты 7600 м. Хотя невозможно точно определить достигнутую ими высоту, можно все же предположить, что мадам Коган установила новый альпинистский высотный рекорд для женщин. В 1934 г. мадам Хэтти Диренфурт была вместе со мной, X. Эртлем и А. Хехтом на западной вершине Сиа Кангри (7315 м), в Каракоруме.

Макалу, гора счастья

1955 год. Французской экспедицией, которая весной 1955 г. была призвана покорить Макалу, вновь руководит Жан Франко, возглавляющий уже много лет Национальную школу альпинизма в Шамони. Другими участниками были семь первоклассных альпинистов: Жан Бувье, Серж Купэ, Жан Кузи, Пьер Леруа, Гидо Маньон, Лионель Тэррей и Андре Виалатт, врач Андре Лапра и геологи Пьер Борде и Мишель Латре. Сардаром снова был Гиальцен Норбу во главе 23 шерпов, руководителем 315 носильщиков был Кинджок Тзеринг.

Подъем из ущелья Барун на седло Макалу в этот раз был очень трудным из-за сильного оледенения, в связи с чем пришлось натянуть большое количество веревочных перил. 9 мая на седле был установлен лагерь 5. Затем следовал почти горизонтальный траверс по северному, технически не сложному, местами находящемуся под обстрелом ледовых обвалов склону. На высоте около 7650 м был найден удобный проход через зону сераков к верхней террасе ледника, где организовали лагерь 6 (7800 м). Палатки устанавливались на идеально защищенной от ветра и обвалов ровной площадке с прекрасными видами на Лхоцзе, Джомолунгму и Тибетское нагорье. На высоте около 8000 м путь сворачивает влево и выводит через широкий кулуар крутизной 45-50° на гребень, который в нижней части нетруден, но выше становится острым с карнизами и выводит на остроконечную вершину.

Впервые в истории открытия Гималаев вершины достиг весь альпинистский состав экспедиции: 15 мая 1955 г. ― Кузи и Тэррей; 16 мая ― Франко, Маньон и сардар Гиальцен Норбу; 17 мая ― Бувье, Купэ, Леруа и Виалатт. Погодные условия и состояние снега прекрасные, все связки в середине дня были на вершине, где так тепло и тихо, что можно отдыхать часами и все же успеть во второй половине дня спуститься до лагеря 3 (6400 м). То, что исполинский Макалу, пользующийся славой одного из сложнейших восьмитысячников, был так благосклонен к восходителям, даже несколько разочаровывало. Можно, конечно, очень высоко оценить организацию и руководство экспедиции, боеспособность французских восходителей и качество их снаряжения, но решающее значение имели два фактора: превосходные французские кислородные аппараты и прекрасная погода, которая не сопутствовала еще ни одной Гималайской экспедиции. Всю осень 1954 г. эти же альпинисты после жесточайшей борьбы на Макалу были вынуждены отступить. Все же для восьмитысячника предмуссонный период ― лучшее время года. Правда, Чо-Ойю является исключением из этого правила, но и там 6 октября 1954 г. разразилась страшная пурга, во время которой Тихий обморозил себе руки. Кроме того, Чо-Ойю ― один из девяти «малых» восьмитысячников, в то время как Макалу относится к пяти большим восьмитысячникам. Согласно рассказам французских альпинистов, восхождение на Макалу при отличной погоде и с превосходными кислородными аппаратами потребовало не большего напряжения, чем подъем на вершину Монблан. Макалу был для французов действительно «счастливой вершиной», прямая противоположность трагической борьбе в 1950 г. на Аннапурне I (8078 м).

Врачами Риволье и Лапра и геологами Борде и Лат-ре были выполнены замечательные работы.

Попытка покорения Лхоцзе и карта Эвереста

По соседству с Французской экспедицией на Макалу в Кхумбу работала Международная Гималайская экспедиция 1955 г. (М. Г. Э. 1955), состоящая из швейцарцев, австрийцев и американцев. Хотя и предпринималась серьезная попытка покорения Лхоцзе (8501 м), все же главное внимание было уделено топографическим, фотографическим и киносъемочным работам.

Руководителем и кинооператором был Норман Г. Диренфурт (мой сын), который еще осенью 1952 г. был в районе Джомолунгмы. Картографом М. Г. Э. был инженер Эрвин Шнейдер, кроме него был приглашен известный тирольский горовосходитель Эрнст Сенн.

Эта тройка составляла первую группу, прибывшую 9 мая из Джогбани в Намче-Базар с основным грузом. Первая постоянная стоянка была в Динг-Бочи (4300 м) в ущелье Имджа-Кхола. Короткий период хорошей погоды перед началом муссона был полностью использован: Шнейдер производил очень интересную с точки зрения гляциологии фотограмметрическую съемку бассейна Имджа и между делом поднимался на несколько пяти- и шеститысячников, так, например, на юго-западную вершину пика Исланд (6100 м); Норман Диренфурт и Сенн разведывали южную сторону восточной вершины Лхоцзе (8383 м) и гребень вершины пика 7589 м, правда с негативным результатом ― подход к гребню (между бассейнами Имджа и Кангчунг) находится под серьезной угрозой ледовых обвалов.

Сенну и шерпу Пемба Сундар во время разведки к леднику Кхумбу впервые удалось покорить перевал Лхола (6006 м) с непальской стороны. На этот перевал между западным гребнем Джомолунгмы и Лингтреном до сих пор поднимались только с севера, то есть с тибетского Ронгбукского ледника, но он не был пройден, потому что крутая стена в направлении ледника Кхумбу расценивалась как очень сложная и опасная. Прохождение этого перевала, было хорошим достижением Сенна, сделанным к тому же в очень короткое время и хотя с ловким, но не слишком опытным спутником в связке.

Когда в июне начался муссон, деятельность М. Г. Э. была перенесена севернее в район Чо-Ойю ― Нангпала, где муссон не проявляется в полной силе. Впервые этот перевал, известный с давних времен, был пройден на лыжах. По утрам обычно была хорошая погода, и Эрвину Шнейдеру удалось полностью заснять северо-западный угол: все базисы находились выше 6000 м. Тем временем неутомимый Сенн взошел на три безымянных шеститы-сячника и в заключение вместе со Шнейдером на пик Палунг (около 6888 м), то есть, видимо, на ту вершину, где в 1952 г. были Хиллари и Лоу. Но в этот раз восхождение проходило, большей частью на лыжах и только последний участок ― острый гребень ― был пройден пешком. Спуск на лыжах в верхней части проходил в сложных условиях, но несколько ниже состояние снега и видимость улучшились настолько, что сагибы, к великому удивлению шерпов, помчались с большой скоростью вниз по склону, выписывая крутые повороты на параллельных лыжах.

В перерывах между этими экскурсиями стоянку М. Г. Э. в Динг-Бочи посещали неоднократно участники Французской и Новозеландской экспедиций.

В разгар муссона группе Диренфурта пришлось переселяться на западную сторону нижнего ледника Кхумбу ― на пастбища яков Лобуджа (4930 м). Неделями лил дождь. Когда наконец погода ― по крайней мере временами ― несколько улучшилась, началась челночная транспортировка грузов, и в конце августа можно было поселиться в базовом лагере (5356 м) под ледопадом Кхумбу.

Путь через этот пресловутый ледопад был вскоре открыт, но все время шел снег, и часто приходилось прокладывать новые маршруты. Поэтому все с нетерпением ждали прибытия 16 сентября второго эшелона альпинистов: Артура Шпехеля, Бруно Шпирига, врача экспедиции и трех американцев ― Джорджа И. Белла, Фреда Бескея и Ричарда Макгована, с которыми прибыл и непальский офицер связи Ф. Г. Нанда Вайдья.

Через последнюю, поперечную трещину, далеко влево, был найден хороший переход, хотя пришлось прибегнуть алюминиевой лестнице. Тем самым был открыт путь в Западный цирк. 22 сентября Шнейдер и Шпириг спустились на лыжах по страшному ледопаду Кхумбу. За исключением верхнего крутого склона и 30-метрового участка, они проехали весь ледопад на коротких лыжах (1,6 м) за час. Если вспомнить, как раньше оценивались трудности ледопада, можно этому только удивляться.

Там, где прежде находился так называемый передовой базовый лагерь, теперь был установлен новый лагерь (6400 м). К сожалению, в первую неделю октября почти ежедневно шел снег, сопровождаемый сильным ветром. Муссон не хотел успокаиваться, каждую ночь выпадало 30-40 см снега, и снова приходилось прокладывать следы. Тем не менее 7 октября на большой террасе ледника, на склоне Лхоцзе, был установлен лагерь 3 (около 6800 м), 8 октября ― лагерь 4 (около 7400 м). В то время как Норман принял этот лагерь, Сенн и Шпехель с шерпами предприняли попытку штурма вершины, но по глубокому пушистому снегу, чередующемуся местами с непрочным настом, им удалось подняться только до 7700 м ― условия были совсем зимние.

Следующие дни бушевала такая снежная пурга, что даже нарушалась связь между лагерями 2 и 3. Только 14 октября улучшилась погода; Сенн и Шпехель с четырьмя шерпами установили на высоте около 7600 м новый лагерь 5.

На следующий день они вышли в 7 часов 30 минут при трескучем морозе. Выше «желтой полки» альпинисты пытались найти оставленные там ранее восемь баллонов кислорода, но все кругом было покрыто снегом.

Упорный Сенн не хотел сдаваться и сделал попытку штурма вершины в одиночестве. Шпехель дал ему свой еще не использованный баллон, и, таким образом, у Сенна теперь было три свежих кислородных баллона. Он прошел довольно высоко, но на высоте около 8000 м был вынужден сорвать маску с лица, чтобы не задохнуться ― аппараты Дрегера1 отказали! У начала большого кулуара под вершиной Лхоцзе Сенн был вынужден повернуть назад. Он остановился в лагере 5, чтобы при благоприятной погоде предпринять еще одну попытку.

Но и этому не было суждено осуществиться. После пяти ночей, проведенных в одиночестве в лагере 5, ему пришлось спуститься в лагерь 4 к Норману Диренфурту, и, когда 21 октября наконец настала ясная погода, оба спустились в лагерь 2. По пути им встретилась связка Бескей ― Шпириг, которая поднималась в лагерь 5, чтобы предпринять последнюю попытку, но муссон, не прерываясь, перешел в зимние штормы ― осенью 1955 г. хорошей погоды не было.

После двух мучительных ночей в лагере 5 и эта связка была вынуждена отступить, причем они едва избежали несчастья: у Шпирига, заболевшего снежной слепотой, появилась общая слабость, и только с помощью двух шерпов он достиг лагеря 4. Отсюда Норман и Эрнст Сенн транспортировали его 25 октября с помощью шерпов. Склон Лхоцзе был покинут, хотя в лагере 5 пришлось оставить много ценного инвентаря. Все сагибы и шерпы благополучно спустились в лагерь 2.

27 октября было последним днем экспедиции в Западном цирке. На всех гребнях висели длинные снежные флаги, поднятые ураганным ветром. Поэтому прощание не было тяжелым. С громадными грузами шли по «долине молчания», через ледопад Кхумбу, к базовому лагерю, где было тепло и безветренно... истинная благодать после последних напряженных недель!

Тем временем Эрвин Шнейдер производил измерения на леднике Кхумбу, Тзола-Кхола и в районе величественного ледника Нгоюба и его окрестностей. Его команда состояла из шести шерпов и двух шерпани. Старшим над носильщиками был Дава Тондуп, который еще в 1934 г. был связным Шнейдера на Нанга-Парбате. Непальский офицер связи Ф. Г. Н. Вайдья внес хорошую лепту в качестве составителя описаний результатов измерений. Кроме 73 планшетов Шнейдер сделал еще превосходные снимки окружающего ландшафта и попутно совершил много восхождений на пяти- и шеститысячники ― частично один, частично с шерпами.

29 октября Норман, Сенн и Шпехель с двумя шерпами поднялись по юго-восточному ребру Пумори (7145 м) до 6150 м, чтобы сфотографировать и заснять на кинопленку знаменитую панораму группы Эвереста. При идеальной погоде они работали в течение четырех часов семью аппаратами и вернулись вечером в базовый лагерь хотя и уставшие, но очень довольные. Утром следующего дня сняли лагерь, и М. Г. Э. вышла вниз по долине на Тьянг-Бочи.

Следует еще упомянуть о. небольшой топографической экспедиции в район Камланга под руководством Нормана Д. Харди, который пытался произвести топографическую разведку района западнее и южнее вершины Камланг (7317 м).

Лхоцзе и Джомолунгма

1956 год. Швейцарским институтом альпинистских исследований в Цюрихе была тщательно подготовлена и организована большая Швейцарская экспедиция 1956 г.