Двуспальный гроб (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Амалия стонала от невыносимой боли. Она чувствовала, как с каждой минутой всё слабее бьётся сердце Синцевецкого, как один за другим отказывают его органы, медленнее пульсирует кровь. Жизнь уходила из её человеческого тела, и уже не было ни возможности, ни сил перебраться в другое. Вампирша с вожделением разглядывала склонившуюся над ней девушку. Ей бы это тело! Или хотя бы пару литров крови из него… Красная живительная влага сотворила бы чудо. Раны затянулись бы, отбитые внутренности ожили… Ну хотя бы один литр, чтоб только можно было встать и уйти…

Она подняла дрожащую руку и положила Наташе на плечо.

— Помогите старому человеку, потерявшему любимую дочь, — прошептала она. — Мне надо приподняться… Я хочу сесть…

— Что вы, не надо. Лучше лежите.

— Нет, добрая девушка… Прошу тебя, подставь мне плечо. Наклонись ко мне… Ещё ниже… Вот так…

Рот Амалии оказался на одном уровне с бледно-синей пульсирующей жилкой на шее девушки. И вампирша, собрав последние силы, вдруг рванула девушку на себя и впилась зубами ей в шею. Наташа вскрикнула и замерла в испуге. Амалия стиснула зубы так крепко, что уже ничто не могло оторвать её от вожделенной артерии. Засочилась кровь. Не разжимая зубов, Амалия принялась высасывать спасительную влагу.

Наташа в ужасе закричала. Крик её был негромким и не долетел до закрывшегося в телефонной будке Петра, который старательно накручивал диск и делал вид, что говорит с кем-то.

Зато её крик услышал Владислав, выбежавший в эту минуту на улицу.

Он остановился, увидев лежащих на асфальте Синцевецкого и молодую девушку. Весь вымазанный в крови, старый учёный впивался зубами ей в горло…

Владислав всплеснул руками, словно отмахивался от привидения, а потом в гневе сжал кулаки. В несколько прыжков он оказался возле Синцевецкого и ударил его кулаком по голове. Потом ещё раз, и ещё. Тот захрипел, откинулся навзничь. Наташа поспешила отшатнуться от страшного старика.

При виде окровавленной девушки Владислав пришёл в неистовство. Он принялся яростно месить Синцевецкого ногами. Ему вспомнилась убитая Юля, лежащая сейчас в тёмном подъезде, в обществе крыс, вспомнилась мёртвая, со страшно изрезанным лицом Ирина, вспомнился обескровленный труп Алексея. За всё, за всё он мстил кровопийце…

Амалия поняла, что её человеческой плоти настал конец. Не придётся ей гулять по белому свету, разъезжать в карете, танцевать на балах, не стать ей молодой и прекрасной принцессой… Она стонала и корчилась от боли. Единственное, что она ещё могла сделать — это трижды произнести вслух заклинание. Тогда её душа хотя бы не вернётся в постылый склеп…

— Бабур… шар… иблигали… — хрипела она, содрогаясь от ударов, которые наносил ей сыщик.

Из её рта вместе с хрипом вырывалась кровавая пена, распухший язык еле ворочался в гортани, грудь судорожно вздымалась, тщетно пытаясь набрать воздуху в перебитые лёгкие. И всё же она упрямо — сквозь адскую боль — твердила:

— Шар… иблигали… бабур…

Тем временем к месту событий спешил Пётр. Он не видел, как лежавший на асфальте полумёртвый старик вцепился зубами в шею его подруги — в тот момент он накручивал диск, стоя к ней спиной; обернувшись же и заметив незнакомого парня, который с остервенением лупил старика, он тут же решил, что это и есть тот самый бандит, из-за которого старик выпрыгнул из окна. Пётр швырнул трубку и немедленно бросился к нему.

Владислав нанёс ещё один сильнейший удар ногой по горлу кровососа.

— Что ты там бормочешь, падаль? — злобно выкрикнул он. — Не можешь угомониться?

Пётр всегда носил с собой кастет и нож с выскакивающим лезвием. Бесшумно, со спины, приближаясь к Владиславу, увлечённому избиением Синцевецкого, он опустил руку в карман и просунул пальцы в отверстия кастета. Но тут ему бросилась в глаза окровавленная Наташа. Все сомнения насчёт незнакомца сразу отпали. Это убийца! Пётр оставил кастет и выхватил нож.

— Иб… иб… ибл… — вместе с кровью выдавливал умирающий и вдруг умолк.

Изумлению Амалии не было предела: её истязатель неожиданно опустился на колени и начал медленно заваливаться на асфальт!

Стоявший позади него плечистый парень пырнул его ещё раз — туда же, под сердце.

— Пётр! — в ужасе закричала Наташа. — Что ты делаешь!

— Не ори, — сказал Пётр, вправляя окровавленное лезвие в рукоятку. — Этот тип хотел тебя убить.

— Нет, нет…

— Брось, Наташка. Я слишком хорошо знаю этих людей. Он добил бы старика, а потом взялся бы за тебя… Такие паскуды способны на всё, и свидетелей они не оставляют, — Пётр засунул нож в карман. — Пойми, у меня не было выбора. Или я его, или он меня, а потом и тебя. Кто-нибудь из нас всё равно остался бы тут лежать.

Наташа сидела на асфальте, зажимала рукой рану на шее и судорожно шевелила губами, словно хотела что-то сказать, но не могла.

— Это он… — выдавила наконец она.

— Знаю, что он, — ответил Пётр. — Надо скорей смываться… Ты можешь идти?

— Это он… — повторила Наташа и показала пальцем на Синцевецкого. — Он ранил меня…