Двуспальный гроб (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Амалия огляделась. Увидела бронзовую пепельницу, метнулась к ней, схватила и, визжа от ярости, бросилась к своему истязателю. Роман выставил нож, но вампирша, ослеплённая гневом, не обратила на него внимание. Она видела перед собой только ненавистное лицо незнакомца. Сосредоточилась единственно на нём и принялась исступлённо бить по нему острым выступом пепельницы, почти не замечая ответных ударов. И вскоре рука Романа бессильно опустилась. Нож выпал из разжавшихся пальцев… А Амалия в тупой, неистовой злобе всё била и била, пока череп Романа не превратился в груду окровавленных осколков.

Только тогда она перевела дыхание. И сразу на неё навалилась сильнейшая боль. Всё её тело было изрезано и исколото, на груди зияли глубокие раны…

Но вампирша победно улыбалась. Она по опыту знала, что никакие раны ей не страшны, если она напьётся крови. А кровь — вот она, потоком хлещет из мертвеца!

Амалия почти упала на труп. Задыхаясь, захлёбываясь, она ловила ртом струившуюся красную влагу. И уже спустя минуту тёплая волна прокатилась по её изувеченному телу. Энергия, заключённая в человеческой крови, вновь сотворила чудо. Когда Амалия, насытившись, отлипла от трупа, все её раны были зарубцованы, даже самые глубокие, те, что исполосовывали её грудь.

Она обернулась к креслу. Учёный был, по всей видимости, в обмороке. Он лежал без движения с закрытыми глазами, голова его свешивалась набок.

Амалия влепила ему несколько пощёчин.

— Голубчик мой, — проворковала вампирша, когда он пришёл в себя. — Успокойся, обожаемый, давай продолжим нашу забаву. Ну-ка, приободрись, сейчас мы с тобой получим удовольствие…

И она удобнее устроилась между его ног.

Глава шестнадцатая,

в которой Владислав передаёт юлиной матери записку и делает несколько страшных открытий

В эту минуту во дворе ирининого дома появился запыхавшийся Владислав. Он быстро шёл к подъезду, держа над собой раскрытый зонт. Внезапно он остановился: блеск молнии выхватил из полумрака набитую чем-то белую полиэтиленовую сумку. Она лежала под высоким деревом в двух шагах от дорожки, по которой шёл сыщик. Глянцевый бок сумки поливали дождевые струи.

Владислав несколько секунд медлил. Потом достал фонарик и направился к сумке.

… Несколько часов назад он вручил юлиной матери записку, которую нацарапала Амалия. В записке вампирша писала, что отправилась в Л., чтобы встретиться с учёным, который поможет ей поступить в московский институт.

Екатерина Петровна, и без того взволнованная необъяснимым исчезновением дочери, взволновалась ещё больше.

— Не верю, — убитым голосом повторяла она, расхаживая по кухне. — Какой учёный? Чушь какая-то… Случилось что-то недоброе, сердцем чую!

— Но это правда, — уверял её Владислав. — Я сам помог ей разыскать в Л. этого человека. Беспокоиться совершенно не стоит. С Юлей всё в порядке.

— Она мне ничего о нём не говорила. Она должна была хотя бы предупредить!

— Как — не говорила? Она сказала, что вы знаете.

— Не знаю я ничего! И ты мне тут будешь говорить, что нет причин для беспокойства! А вот это что? — Екатерина Петровна подошла к раковине и отодвинула стоявшее под ней помойное ведро, открыв ком грязной одежды. — Это шмотки её отца, моего бывшего мужа! Тут всё его, и его трусы, и майка, и даже штаны с пропуском в кармане!

Владислав насторожился.

— Когда вы это обнаружили?

— Вчера, сразу как вернулась с работы. По запаху его мерзкому нашла.

Сыщик в задумчивости закусил губу.

— Это действительно странно, — сказал он. — Вы знаете, я чувствовал запах этой одежды ещё когда сидел тут с Юлей… Это было накануне нашего отъезда в Л. Но тогда я не придал этому значения… Я просто решил, что незадолго до меня здесь был её отец… — Он помолчал, размышляя над ситуацией. Побарабанил пальцами по столу. — Пожалуй, эта одежда уже тогда могла находиться за ведром…

— Но откуда она взялась? — воскликнула Екатерина Петровна. — Он что — разделся до гола и так и ушёл отсюда — в чём мать родила?

— Напрашивается мысль, что внезапный отъезд Юли как-то связан с визитом её отца, — хмурясь, предположил Владислав. — Хотя объяснение может быть более прозаичным. Например, он оставил эти вещи для стирки, а пропуск случайно забыл в кармане.

— Никогда он своих вещей в стирку нам не оставлял! Такого отродясь не было! Да я бы и не взяла его барахло. Пусть его шлюхи обстирывают!

— Но тогда при чём здесь учёный?… — продолжал размышлять вслух будущий следователь. — Или Юля выдумала его как предлог для отъезда из Н.? Но, с другой стороны, учёный с такой феноменальной памятью действительно живёт в Л. Впрочем, это ровным счётом ни о чём не говорит. Юля могла прочесть о нём в газете. Ей нужен был предлог для поспешного отъезда, вот и всё. Одна ехать побоялась. И поэтому сказку про учёного, который поможет ей поступить в московский институт, она придумала специально для меня, чтоб я её сопровождал… Ну да, ей надо было срочно уехать из Н.! Срочно! Всё равно — куда. Лишь бы уехать… Наверняка это как-то связано с визитом её отца…

— Надо звонить в милицию, — Екатерина Петровна заплакала. — С Юлей стряслась беда. Она пропала, пропала…

— Не пропала она никуда. Сейчас она в Л., на квартире моего хорошего знакомого. И не случилось с ней ничего. Вот её адрес, можете поехать и поговорить с ней сами.

— И поеду! Сейчас же поеду! — Женщина засуетилась, набросила на плечи платок. — Только сначала зайду к этому бабнику Копашеву. Пусть заберёт своё шмотьё, а заодно скажет, что ему надо было от Юли.