Синий дым: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Разлука

«О зыбкой человеческой судьбе…»

«В убогой комнате дешёвого отеля…»[34]

На Луаре (в поезде)

«Здесь логика не может быть в ответе…»

ИЗ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ (Аламаатинские стихи)

1. «За окном порывы злого ветра…»

2. «Пепельной скалою Собор Парижской Богоматери…»

3. «История! Податливый судья…»

4. «Комочек праха — трепетное сердце…»

5. «Бараки. По проволоке — ток…»

ДНЕВНИК ЛЮБВИ (1927)[35]

1. «Дождик — пускай он молчит…»

2. «Учёный муж на кафедре бубнил…»

3. «Мы миновали все каналы…»

4. «Дождь был холодный. В осенний вечер…»

5. «Лежать, уставясь в лампу тупо…»

6. «В мансарде тихого парижского предместья…»

7. «Пересчитаешь ступени…»

8. «Весь мой день — это только томленье…»

«Как сегодня на улице пусто…»

В деревенском кафе

ЮРИЙ СОФИЕВ. РАЗРОЗНЕННЫЕ СТРАНИЦЫ[36] (воспоминания бывшего эмигранта)

Игорь Софиев. Предисловие публикатора

Мой отец, Юрий Борисович Софиев, прожил тяжелую, в какой-то мере трагическую, но вместе с тем интересную жизнь. Многие годы он провел в эмиграции, после гражданской войны. Воспоминания об этом периоде жизни отец написал уже здесь, в Алма-Ате. Разумеется, как человек литературного труда, он всюду писал всякого рода дневниковые заметки, но не регулярно и не в виде классического дневника.

Весь свой архив и всю библиотеку отец перед отъездом из Парижа передал частично разным русским эмигрантским учреждениям, частично — своему брату Льву Бек-Софиеву, ныне покойному.

А какая это была библиотека! Все поэтические сборники русских поэтов-эмигрантов, вышедшие с 1925–1926 годов, почти вся проза того же времени, да с дарственными надписями авторов! Все журналы демократического толка от «Современных записок» и «Русских записок» до «Чисел» и «Круга» в полном комплекте.

Жаль, конечно, было расставаться с таким богатством, но что поделаешь: Советское консульство в Париже предупредило нас, чтобы мы не брали с собой никакой крамольной литературы, а эмигрантская литература в те времена, за малым исключением, вся считалась крамольной.

Отец, как и все члены нашей семьи, придерживался левых убеждений. Однако, в отличие от моего деда, Н.Н. Кнорринга, и даже мамы, которые смотрели на события, происходившие в СССР, более трезво и реалистично, с налетом определенного скептицизма, был натурой увлекающейся, и его суждения были порой восторженно-безапелляционными со стремлением к идеализации. Даже моя бабка, Мария Владимировна Кнорринг, которая в молодости была эсеркой и всю жизнь оставалась социалисткой (правда, бердяевского толка), и та часто с иронией относилась к отцовской восторженности.

Считая себя не социалистом-интеллектуалом, а именно социалистом-рабочим, отец пытался наладить хорошие дружеские отношения с французскими рабочими, среди которых ему приходилось вращаться. Однако такая дружба почти всегда была поверхностной, она обычно сводилась к общебытовым интересам. Отец не мог не ощущать какую-то свою отчужденность в общении с французскими товарищами по работе и убеждениям. Французская компартия состояла в общей своей из людей, которые, как они сами говорили, борются за свой бифштекс, и многие из них, получив какое-нибудь случайное наследство или разбогатев каким-либо иным способом, быстро отходили от рабочего движения и становились обыкновенными мелкими буржуа.

[34] После венчания Юрий Софиев с молодой женой поселились в дешёвом гостиничном номере, так как не имели своего жилья. Номер был сырой, холодный, со скошенным потолком. Об этом есть запись в дневнике Ирины Кнорринг (Ирина Кнорринг, «Повесть из собственной жизни», дневник, Аграф, Москва, 2009).

[35] Стихи посвящены Ирине Кнорринг, будущей жене поэта, а тогда ещё невесте. У неё тоже есть стихи этого периода, в которых отражена подобная же хроника любовных переживаний (Н.Чернова, «Поговорим о несказанном», Небесный дом, Алматы, 2006).

[36] «Разрозненные страницы» впервые были напечатаны в журнале «Простор» (Алма-Ата, № 7, 1994). Публикатор — сын Юрия Софиева, Игорь Юрьевич Софиев (1929–2005), переводчик, публицист. Вместе с отцом вернулся на родину в 1955 г., работал переводчиком в Институте Зоологии АН Каз. ССР, с конца 90-х сотрудничал с Посольством Франции в Казахстане, переводил французскую литературу. Написал воспоминания о своих родителях и о русском Париже.