- Из туалетов три дня не вылезете!
Вот тут они засуетились! Сразу сообразили, как меня вытащить из объя... ой... из капкана железных рук Сергея. Его-то как раз и обложили подушками, а как только он согрелся и обмяк, я и выскользнула из... уютного гнёздышка.
Уже оставив хозяина крепко спящим, за дверью его спальни я спросила:
- Андрей, почему вы мне не сказали, что у него пониженное давление?
- А разве... да мы сами не знали, что у него вообще что-то с давлением.
- А врачи что говорили?
- Оля, Сергей из тех, кто терпеть не может врачей и больницы. В последний раз он был в больнице, когда попал в аварию. И то только потому, что очутился там в бессознательном состоянии. Будь в сознании, ни за что бы не согласился на это.
- Подтверждаю, - сказал Вадим.
- Так что говорить о том, какое у него давление... В больнице-то, в скорой, у него одно было, а что сейчас низкое - он наверняка и сам не знает. А как ты определила?
- Примитивно. Мёрзнет, - ответила я. Не говорить же им, что сделала это и впрямь примитивно - пальцами почувствовав падающий воздух возле позвоночника Сергея. - Он часто кофе пьёт?
- Не сказать бы, чтобы очень часто, - теперь уже задумчиво сказал Андрей. - Он ведь в основном ест то, что я готовлю. Значит, кофе...
- А в саду боярышник есть? Шиповник? Что-то я в прошлый раз не обратила внимания. Надо бы их во все чаи и компоты добавлять...
- Оля, давай продумаем меню завтра? - мягко предложил Вадим. - А сейчас ты пойдёшь баиньки. Давай-давай... Завтра у тебя целый день на всякие раздумья. Пошли, провожу, - и он пропустил меня вперёд на лестницу и в самом деле довёл до комнаты. И здесь предупредил: - Одна утром не удирай. Даже за травами. Мне Андрей уже сказал, чего ты боишься. Учти, я буду с тобой, но, если надо, и сам не подойду к этим твоим травам, и Регги не подпущу. Как? Согласна на такое?
Только я открыла рот, чтобы быстренько сказать "да, согласна", как Вадим перебил меня и деловито сказал:
- Мне понравилось, как ты радикально решила проблему со своим извлечением... э... из не совсем приятного тебе положения при... э... Сергее. Так вот, Оля, пользуясь твоим примером, я говорю начистоту: если ты сбежишь без меня, я завтра же поставлю в твою комнату камеру-жучок, чтобы быть в курсе всех твоих передвижений.
Жёсткий товарищ. И проницательный.
- Хорошо, - неохотно ответила я. - Если я намылюсь бежать, я предупрежу тебя.
- Спокойной ночи, Оля, - с таким видимым облегчением сказал Вадим, раскрывая передо мной дверь комнаты, что я заподозрила: а стоило ли так быстро соглашаться на его шантаж? Может, он и сам не верил, что осмелится присобачить в мою комнату жучок?
- Спокойной ночи, - пробормотала я, вспомнила, сколько было на настенных часах в холле, и попросила: - Вадим, через сорок минут мне вставать. Не забудешь разбудить?
- Через сорок?!
- Каждая трава должны быть сорвана в своё время.
- Что ж, назвался груздем... - проворчал он и улыбнулся. - Разбужу.
15
Когда он постучал в дверь, я открыла ему уже одетой. Иной раз мне достаточно закрыть глаза, погрузиться в глухую темноту - и встать уже проснувшейся от глубокого сна. На его удивлённо взлетевшие брови я улыбнулась.
- Сейчас кроссовки зашнурую - и пробежимся.
Стах остался на ступенях смотреть нам вслед, всей мордой выразив напоследок примерно следующее: "Я, конечно, понимаю, что утро прелестно и прочее, прочее в том же духе. Но ведь мокро! Росы-то сколько!" И, сколько ни соблазняла его Регги побегать и поиграть, кот наотрез отказался сходить с крыльца.
Как здорово бежать вниз по тропке, извивающейся так прихотливо, что только успевай поворачиваться! Регги неслась впереди - счастливая, оттого что люди не идут еле-еле, запинаясь нога за ногу. А мне даже стало весело, что за спиной бежит за мной Вадим. Помнила, что ему такие пробежки нравятся!
А утро! Сегодня - успокоенное от дождя, с намёком на жару, золотисто-сияющее и гремящее таким птичьим разноголосьем!
Вадим терпеливо дождался, пока я наберу травы и заверну её в лист лопуха. За это терпение был вознаграждён ягодами земляники, которую я обнаружила на той же крохотной полянке, где росли нужные травы. В горку поднимались неспешно - в минуты встающего солнца. Утренняя прохлада после сумасшедшего бега почти не чувствовалась. Мы ели землянику и болтали обо всём. Между прочим, спросила насчёт Александра, кто он. Вадим пожал плечами и сказал, что не знает, так как работает у Сергея недавно. Единственно, мельком слышал, что Певчий подавал большие надежды в качестве музыканта, пока его не потянуло на "травку". И признал, что голос у вокалиста хорош.
- Тебе он нравится? - легко спросил Вадим.