Придерживая кота, вцепившегося в футболку при первом моём движении встать, я села и почти сразу встала, машинально погладив Регги, умилённо мотавшую хвостом.
- Ну вот, я уже несчастная и носом пошмыгать не могу.
Но он следил за моей рукой, продолжавшей гладить собаку.
- Вот... Всем всё - мне ничего, - проворчал он то ли шутливо, то ли с тоской.
Я с таким выразительным сомнением посмотрела на ладонь, которой только гладила Регги, что теперь рассмеялся он.
- В чём дело?
- Ну-у... Я могу, конечно, погладить тебя по голове... Только вот руки у меня уже грязные. Или тебя это не смущает?
И я потянулась к его голове. Ожидаемая реакция - машинально откачнулся. С очень недовольным выражением лица. Зато с сиденья сползать перестал.
Неизвестно, чем бы всё закончилось, но тут, в следующий же миг, порывом ветра мокрую ткань футболки прижало к спине - и меня передёрнуло от влажного холодка.
- Вадим! - повелительно сказал он, ничуть, кажется, не сомневаясь, что искомый прямо за спиной. А кто бы сомневался?..
- Слушаю тебя, Сергей.
- Быстро в дом, пусть Оля переоденется.
Он забыл добавить: десять минут на всё про всё. Фи, подумаешь, настроение сменилось. Раскомандовался тут... У меня тут же и своё настроение упало. Чего разозлился? Всё же нормально только что было!
- Ладно, сбегаем, - сказала я Вадиму - и мы побежали.
- Это вместо утренней пробежки? - улыбаясь, спросил он уже на крыльце, открывая мне дверь. И сморщился. В холле - дыму-то...
- Шурик, тебя хозяин предупреждал? - жёстко спросил он развалившегося на одном из диванов Объевшегося белены. - Иди на улицу или кури в своей комнате.
- Когда ещё Серый вернётся, - лениво отозвался Шурик и закинул ноги на валик дивана, - всё уже выветрится.
Вадим кивнул мне, и я побежала в свою комнату. Хорошо ещё, полотенце с утреннего душа сюда притащила. Благо, что влажное - вытерлась и быстро же - а что: юбка, новая блузка под футболку, с большими карманами, - переоделась. Выскочила из комнаты, демонстративно грохнула ею и так же демонстративно щёлкнула замком.
Больше не обращая внимания на этого слизняка, помчались назад, к вишням. Прибежали, а тут - трагедия: крайне удивлённый и даже обиженный Андрей стоит перед креслом с обозлённым Сергеем. На асфальтовой же дорожке, под колёсами кресла, рассыпана вишня. Кое-где уже давленная теми же колёсами.
- Что случилось? - сухо спросил Вадим.
Как будто не понимает. Андрей протянул ягоды Сергею, а тот, небось, по ладони ударил. И что? Психанул из-за чего-то?.. Как разрулить-то теперь положение? На себя, что ли, стрелки перевести, как говорят у нас в районе?
Присела на корточки, покатала измазанные в грязи шарики по дорожке, вздохнула:
- Поела, называется. И что теперь - опять самой лезть в эту мокреть? - Обернулась к хмурому Сергею. - Жалко, да? Сам не хочешь - мне бы, что ли, оставил...
Хотела сделать его виноватым - шиш, не вышло. Набычился только, типа: я всё равно прав. Ой, а упрямый... Покатала одну толстую ягодку в ладонях, очищая, глянула искоса на отвернувшегося Сергея и сунула в рот.
- Оля! - вырвалось укоризненное у Вадима.
Показала ему кулак - и встала.
- Ну что? Поехали дальше гулять?
- Что он имел в виду? - ровно спросил Сергей.
- Не поняла.
- Что он имел в виду, когда сказал - Оля! - всё тем же ледяным тоном уточнил он.