Путешествие на космическом корабле "Бигль": читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Капли пота выступили на лбу археолога.

— Друг мой, — произнес он, — не требуйте от меня немедленных выводов. Что мы знаем об этих созданиях?

Гросвенор выругался про себя. Он понимал отношение ученого, но время-то шло. Он сказал почти наугад:

— Существа, способные загипнотизировать нас на расстоянии, должны уметь воздействовать непосредственно на мозг друг друга, иными словами, они используют некий вид телепатии, чего люди могут достичь только при посредничестве энцефалорегуляторов.

Гросвенор наклонился вперед, внезапно оживившись:

— Корита, какое влияние на цивилизацию может оказать способность читать мысли без помощи аппаратов?

Археолог, в свою очередь, выпрямился.

— Разумеется! Вы попали в самую точку. Чтение мыслей воспрепятствовало бы развитию любой расы; следовательно, они находятся на стадии феллахов.

Он весело смотрел на опешившего Гросвенора.

— Вы не понимаете? Если вы умеете читать в мыслях другого, у вас возникает ощущение, что в нем не остается ничего не известного вам. На данной основе складывается система абсолютной уверенности. Как можно испытывать какие-либо сомнения, когда знаешь? И этого совершенно достаточно для того, чтобы разумные существа с быстротой молний проскочили все стадии цивилизации и оказались в феллахском периоде.

С энтузиазмом он принялся описывать Гросвенору, все еще пребывающему в беспокойстве, каким образом различные цивилизации Земли и других планет заходили в тупик и там увязали. Феллахи не любили ни новшеств, ни изменений. Они не являлись особенно жестокими, но, будучи очень бедными, часто проявляли полное безразличие к страданиям отдельной личности.

Когда Корита закончил, Гросвенор спросил:

— Может, именно из-за страха перемен они напали на корабль?

Археолог не захотел заходить слишком далеко.

— Возможно, — ответил он.

Возникло молчание. Гросвенор думал о том, что ему следует действовать так, словно вывод Кориты бесспорен. Другой гипотезы у него все равно нет. Используя теорию археолога как отправную точку, он может попытаться проверить ее через одну из картинок.

Брошенный на ручной хронометр взгляд привел его в шок. Оставалось менее семи часов на то, чтобы спасти корабль.

Не теряя больше времени, он включил энцефалорегулятор. Затем установил экран, затенив часть стены напротив иллюминатора так, что теперь на нее падал только прерывистый внутренний свет самого аппарата.

В то же мгновение появилась картинка. Двоившаяся картинка. Благодаря регулятору Гросвенор смог ее спокойно изучить. После первого же внимательного взгляда он пришел в изумление: перед ним было изображение существа лишь слегка гуманоидной формы. Однако он понял, почему, увидев его в прошлый раз, подумал о женщине. Двоящееся лицо, обе части которого налагались друг на друга, увенчивалось хохолком из золотистых перьев. Но голова, вне всякого сомнения, имевшая форму птичьей головы, чем-то походила и на человеческую. На лице перья отсутствовали, и на нем просматривалась сеть прожилок. Человеческий облик ему придавали эти прожилки, сгруппированные таким образом, что производили впечатление щек и носа.

Другая пара глаз и другой рот размещались примерно в пяти сантиметрах выше первых. Казалось, что вторая голова собирается появиться из первой. Имелась также вторая пара плеч и рук, оканчивающихся красивыми кистями, длинными и тонкими. Все вместе это создавало впечатление женской фигуры. Гросвенор неожиданно поймал себя на мысли о том, что именно руки двух тел, вероятно, отделяются друг от друга прежде всего. В данный момент второе тело выглядело уже способным выдержать собственный вес.

«Партеногенез, — подумал он. — Автономное произведение потомства. Появление и вырастание в материнском теле почки с дальнейшим ее отделением для образования нового существа».

Изображение, проецирующееся на стене, имело остаточные признаки крыльев: на «запястьях» различались пучки перьев. Тело, на удивление прямое, было покрыто искрящейся белой туникой. Одеяние скрывало другие возможные следы птичьего прошлого. Одно не вызывало сомнений: эта птица уже не способна летать.

Заговорил Корита.

— Как вы им дадите понять, что готовы подвергнуться гипнозу в обмен на сведения? — спросил он с беспокойством.

Гросвенор не стал отвечать словами. Он поднялся и попытался изобразить фигуру и самого себя на темной части стены. Через сорок семь минут, когда он заканчивал двадцатый рисунок, изображение птицы неожиданно исчезло и заменилось на изображение города.

Он не выглядел крупным и был представлен целиком с вершины какого-то холма. Здания казались очень высокими и узкими, расположенными так тесно друг к другу, что нижние этажи, по-видимому, тонули в темноте большую часть дня. Гросвенор подумал мимоходом, не является ли подобное состояние дел напоминанием о ночном образе жизни в далеком прошлом? Но он оставил в покое дома. В первую очередь его интересовал уровень техники этих существ, каким образом они общались между собой, и был ли город, который он видел, тем местом, откуда велась атака на корабль.

Он не заметил ни механизмов, ни самолетов, ни автомобилей. А также ничего, имеющего отношение к межзвездной связи, станции которой на Земле занимали многие квадратные километры. Возможно, нападение производилось и не отсюда.

В тот самый момент, когда он сделал это открытие, вид, стоявший перед его глазами, изменился. Теперь он уже смотрел на город не со стороннего холма, а с крыши одного из зданий, расположенного в центре. Он спрашивал себя, каким образом они так быстро изменили вид? Переход совершился в мгновение ока. Менее минуты прошло с того момента, когда ему, наконец, удалось выразить на черной стене свое желание узнать о них побольше.

Эта мысль, как и другие, пронеслась в голове с быстротой молнии. Он сосредоточил внимание на боковой поверхности здания. Пространство, отделявшее его от соседнего строения, показалось ему не шире трех метров. Но сейчас он заметил то, что ускользнуло от взгляда, когда он смотрел на город с высоты холма. На каждом этаже дома соединялись между собой тротуарами шириной в несколько сантиметров. Именно по ним перемещались пешеходы птичьего города.

Как раз под Гросвенором две птицы двигались навстречу друг другу по одному и тому же тротуару. Тот факт, что они находятся на высоте более тридцати метров над поверхностью, похоже, не заботил их сверх меры. Они шли спокойно и уверенно. Каждая из них перенесла свою правую ногу над пустотой, нащупала ею тротуар, подтащила к ней левую и затем спокойно продолжила путь. На других этажах этот маневр повторяли другие пешеходы и все с той же безмятежностью. Наблюдая за ними, Гросвенор догадался, что они имели тонкие полые кости и были очень легкими.