— Господи Иисусе, царь иудейский!
— Тише, сударь!.. Будет когда конец этому лесу?
— Вот-вот кончится.
— А дальше поле?
— Поле. О господи!
— Тихо!.. А за полем другой лес?
— До самого Матчина.
— Хорошо! Лишь бы на поле этом не настигли! Доберемся благополучно до второго леса — считай, мы дома. А теперь давай к нашим! Счастье, что княжна с Редзяном на Бурляевых лошадях.
Друзья пришпорили коней и нагнали едущих впереди Редзяна с Еленой.
— Это что за зарево справа? — спросила княжна.
— Не стану скрывать, любезная панна! — отвечал маленький рыцарь. Татары это, верней всего, вот что.
— Иисусе, Мария!
— Не бойся, княжна! Головой клянусь, мы от них уйдем, а в Матчине наши хоругви.
— Быстрей, ради бога, быстрее! — воскликнул Редзян.
И без лишних слов все четверо понеслись как ночные мороки дальше. Деревья стали редеть, лес кончался, и зарево несколько побледнело. Вдруг Елена обернулась к маленькому рыцарю.
— Любезные судари! Поклянитесь, что не отдадите меня живой! — сказала она.
— Не отдадим! — ответил Володыёвский. — Клянусь жизнью!
Не успел он договорить, перед ними показалась поляна, ровная как степь, с противоположного конца, примерно в четверти мили от путников, окаймленная черной полосой леса. Плешина эта, открытая на все стороны, серебрилась от лунного света: каждый бугорок на ней был виден как днем.
— Вот самое гиблое место! — шепнул Заглобе Володыёвский. — Если они в Черном Острове, обязательно на прогалину эту выйдут.
Заглоба ничего не ответил, только крепче упер пятки в бока лошади.
Они были уже посреди поляны, лес на противоположной стороне приближался, рисовался все отчетливее, как вдруг маленький рыцарь протянул руку к востоку.
— Гляди, — сказал он Заглобе, — видишь?
— Кусты вижу вдалеке, заросли...
— Кусты-то шевелятся. Погоняй коней, теперь уж они нас непременно заметят!
Ветер засвистал в ушах беглецов — спасительный лес с каждой секундою был ближе.
Вдруг с правого краю поляны, откуда надвигалась темная лавина, докатился сперва рокот, подобный гулу морских волн, а затем воздух всколыхнул многоголосый вопль.
— Увидели! — взревел Заглоба. — Псы! Нечестивцы! Дьяволы! Лиходеи! Волки!
Лес был так уже близко, что беглецы, казалось, ощущали свежее и холодное его дыханье.
Но и туча татар принимала все более явственные очертанья; темная ее масса вдруг начала ветвиться — словно гигантское чудище выпустило длинные свои щупальца и тянуло их к беглецам с невероятной быстротою. Чуткое ухо Володыёвского уже различало отдельные выкрики: "Алла! Алла!"
— У меня конь споткнулся! — крикнул Заглоба.