— Виноват, господин полковник, больше не повториться!
Полковник ткнул пальцем в одну из телег.
— Это у вас что?
— Песок, господин полковник.
— Сам вижу, что песок. Зачем вы тащите его в полк?
— Двор гауптвахты отсыпать, господин полковник.
— Объявляю вам выговор, лейтенант, за нарушение формы одежды.
— Есть, выговор.
Не найдя к чему еще придраться, полковник тронул лошадь, за ним двинулся адъютант, бросивший на Алекса ехидный взгляд. И чего он такой довольный, сволочь?
Солдат развели отдыхать по камерам, а командиры в прежнем составе собрались обсудить результаты вылазки.
— Что это вы какой-то смурной, господин лейтенант? — поинтересовался Грушило.
— Выговор от полковника получил за отсутствие сабли.
Тут влез Фелонов.
— Это еще хорошо, что он в песок нос не сунул, вот крику было бы!
— Ничего страшного, — махнул рукой Алекс, — все винтовки оформлены, как мои охотничьи ружья.
— Это «крейзе» охотничьи? — удивился унтер.
— Да. И бумаги соответствующие имеются. А твои инвалиды не проболтаются?
— Не извольте беспокоиться, господин лейтенант, — заверил офицера фельдфебель. — Я с каждым из них не меньше двадцати лет из одного котла хлебал. Они быстрее меня послушают, чем полковника. А если кто…
Грушило водрузил на стол свой кулачище, демонстрирующий дальнейшую судьбу сослуживца, не умеющего держать язык за зубами. После этого лейтенант пересказал фельдфебелю информацию, полученную от Толстого Межида.
— Это вы удачно сходили, — заметил старый солдат, — главное — без потерь. И хорошо, что трогать никого не стали. Вот только…
Ветеран вопросительно посмотрел на офицера.
— Да я и сам голову ломаю, как такое может быть, — высказал свое мнение Алекс, — но не сходится никак. Я узнал о выезде приблизительно за сутки. Даже если предположить, что кто-то узнал об этом одновременно со мной и тут же послал гонца, то до Хамиди он бы добрался не раньше, чем за шестнадцать часов. Это если загнать пару лошадей и иметь готовую к переправе лодку. Еще столько же потребуется Хамиди, чтобы добраться до места засады. Никак не сходится.
— Не сходится, — подтвердил Фелонов. — Хамиди сорвался с места ночью. Когда точно не знаю, мы в яме сидели. Вечером еще был, а утром и след простыл.
— И был ли гонец, ты тоже не знаешь?
Унтер только руками развел.
— Ладно, — хлопнул по столу ладонью лейтенант, — поймаем Хамиди — спросим, как такое могло быть. Фелонов, давай карту.
Расстелив на столе пожелтевший от времени лист плотной бумаги, лейтенант начал излагать свой замысел.
— От Хатуни на эту сторону хребта можно пройти через три перевала: Харешский, Тарусский и Артыкский…
— Харешский можно сразу исключить, — влез Грушило.
— Почему? — потребовал пояснений лейтенант. — Он самый низкий и самый безопасный для Хамиди.