Броненосец: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ступай-ка принеси нам английскую горчицу.

— Я же вам говорю, что у нас нет такой…

— О'кэй, тогда неси этот чертов томатный соус. Кетчуп? Красная фигня в бутылке? Хрен знает что такое. — Торквил отпилил кружочек сосиски и стал жевать с полуоткрытым ртом. — Называют заведение «У Чолмондли», нанимают в обслугу иностранцев и не подают английскую горчицу. — Он перестал жевать. — А ты не знаешь Хью Абердина? Не был помолвлен с его сестрой или что-то в этом роде?

— Нет. Я не знаю…

— А я думал, ты был в Гленалмонде. Хогг говорил, ты в школу ходил в Шотландии.

— Да. В Балкарне.

— В Балкарне?

— Она уже закрылась. Неподалеку от Томинтаула. Совсем небольшое заведение. Католическое. Им заправляло несколько монахов.

— Значит, ты католик? Монахи, страсти Христовы. У меня от этого мурашки по коже.

— Теперь все в прошлом. Забавное было место.

— Думаю, моя жена — католичка. Похожа на католичку. Любит григорианские хоралы, церковное пение, все такое. Нет, не надо кетчупа. Убери. Да, я закончил.

Официантка молчаливо, со стоическим терпением унесла тарелки. Торквил, продолжая жевать, потянулся за сигаретами. Закуривая, он покосился на девушку.

— А для такой стервозины попка у нее ничего. — Он сделал глубокий вдох, отчего грудь у него чудовищно выпятилась. — Балкарн. Может, я и знал кое-кого из тех, кто там учился. А я учился в Ньюболд-Хаусе. Это в Норту-у-умберленде. Ты точно больше не будешь пить красное? А что за человек, кстати, этот ваш Хогг?

— Хогг — сам себе закон, — осторожно ответил Лоример.

— Устрашающая репутация в «Форте», должен заметить. Нет. Убери их. Я тебя позову, когда нам понадобятся меню. Убери их совсем. И что она за птица? Полька какая-нибудь, немка, венгерка или кто? — Он подался вперед. — Нет, кроме шуток, Лоример, я буду в первые дни полагаться на тебя, а ты меня, как говорится, направляй в нужную сторону. Особенно в том, что касается Хогга. Не все ясно в этих фишках с оценкой ущерба. Не хотелось бы выглядеть перед ним дураком, ну, ты понимаешь.

— Разумеется.

Лоример был уверен лишь в одном — что не желает становиться союзником этого человека; держать дробовик для Торквила Хивер-Джейна вовсе не входило в его намерения. Лоример взглянул на своего визави: тот ковырял во рту зубочисткой, выискивая застрявшие кусочки острых камберлендских колбасок. Он был тучен, и прямые редкие волосы были зачесаны назад от нахмуренного лба.

— Лоример, у тебя дети есть?

— Я не женат.

— Мудрый ты человек. У меня их трое. А через шесть недель мне исполнится сорок. Что ж это делается, а?

— Мальчики или девочки?

— Боже мой. Сорок лет. Можно сказать — одной ногой в могиле. Ты стреляешь?

— Нет, перестал. Барабанная перепонка лопнула. Доктора запретили.

— Жалко. У моего тестя в Глостершире неплохое местечко. Ну, все равно, ты должен как-нибудь прийти пообедать.

— С твоим тестем?

— Нет. Со мной и моей женой — муж и жена одна сатана. Эй, ты! Да-да. Меню. Me-ню. Хрен бы тебя побрал. — Он с дружеской миной повернулся к Лоримеру. — Может, в конце концов все уладится. Мы с тобой вдвоем — одни против всего мира. Хочешь портвейна или бренди? Арманьяка, еще там чего?

В 4.30 было уже темно, и в цветочном ларьке Марлоба горели лампочки (теплая, ярко расцвеченная пещерка — все оттенки красного и желтого, розовато-лиловые и пламенно-рыжие тона). Лоример остановился, чтобы купить букет редких здесь цветов — белых тюльпанов. Марлоб пребывал в шумном и веселом расположении духа и болтал с одним из своих корешей — худым молодым парнем со странно перекошенным лицом, что объяснялось отсутствием у него всех верхних зубов. Пока Марлоб отбирал цветы для букета и заворачивал их, Лоример успел догадаться, что тема их сегодняшнего трепа — «Идеальная жена». Давясь смехом, Марлоб едва выговаривал слова:

— Нет, говорю же тебе — она должна быть аппетитной, да? Жаркой, как атмосфера во время гонок на цеппелинах, да? А рост у нее должен быть три фута, правильно? Чтоб легче минет было делать. И голова у нее должна быть плоская — верно? — так, чтоб я бутылку пива мог туда ставить, пока она мне отсасывает.

— Ну, это уже мерзость, — прошелестел голос.

— Погоди-ка. А еще, еще она должна владеть пивнушкой, да? Пивнушка должна ей принадлежать. А после секса она должна превращаться в пиццу.