— Вы кто, мсье? — спросил я.
— Добрый день, мсье, — ответил он.
И замолчал. Появилась Беатриса.
— Это кто? — спросил у нее мужчина. — Террорист?
Он снял перчатки, пригладил рукой седеющие волосы и отдал мне свое пальто.
— Профессор Дрейфусс, урожденный Гиммлер, — отрекомендовался он. — А где Жанна?
— Сейчас выйдет, она еще не готова, — сказала Беатриса.
— Уж тридцать лет прошло, а она все не готова, — заметил он, оборачиваясь ко мне. — А чем нас сегодня потчуют?
— Бараниной, — ответила Беатриса.
— Звучит многообещающе.
Профессор прошел в столовую, сел на углу стола и вынул из кольца салфетку.
— Ба! — крикнула Беатриса. — Пришел профессор!
Ответа она не получила и побежала вверх по лестнице, перестав замечать меня. Прабабушка в гостиной опять начала диктовать в микрофон. Я тоже вошел в столовую, где профессор подсчитывал у себя на тарелке пилюли. У него было очень бледное лицо с впалыми щеками, все испещренное морщинами. Он знаком предложил мне сесть. Когда профессор поднял голову, я увидел, что двоюсь в стеклах его черных очков.
— Вы по уголовному? — спросил он.
— Не понял.
Он поставил локти на стол, подпер подбородок большими пальцами и стал внимательно разглядывать меня. Я счел нужным сообщить ему, что не сидел в тюрьме.
— Я так и подумал. Ведь у вас нет крапивницы.
Моя рука сама потянулась к лицу. Он отщипнул кусок хлеба и прибавил:
— Как правило, у них хроническая крапивница от малины, которую носит им Беатриса. Так вы откуда?
— Я… я друг.
— Баскетболист?
— Нет.
— Спали с ней?
Он сыпал вопросами, как автомат, спокойно и равнодушно. Мое молчание не смутило его.
— Вы же понимаете, я говорю как врач. Не так ли? Во всяком случае, если даже не спали, то собираетесь. Ну и прекрасно. Действуйте.
Он откупорил бутылку вина, стоявшую рядом с его прибором, и наполнил свой стакан.
— Вам не предлагаю, вино специально для меня. Для вас в графине, — уточнил он, махнув рукой.
Я потянулся к фаянсовому кувшинчику.
— Нет, нет, не в этом, в этом сироп из смолы для мадам Шулер.
Беатриса вернулась с Жанной, напудренной, с тщательно уложенными волосами. Я встал, здороваясь с ней. Мне она улыбнулась, а профессору протянула руку, он коснулся губами пальцев, потом обнюхал их.