— Нет, — поколебавшись, ответил я. — Эта плесень, Борислав, вернул мне часть долга.
— Неужели? — она по-своему истолковала мое смущение.
— У меня остались еще семьсот долларов.
— Прекрасно, — сказала Вероника, — просто изумительно.
— Хочешь, поедем в Созополь? Мы теперь богаты, прошлым летом…
— А кто будет за меня переводить Джудит Батлер?
— Все будет, как раньше, я, ты и Катарина, — торопливо перебил ее я, — ты только представь себе, все будет, как раньше…
— Ничего не будет, как раньше, — сказала Вероника. — Мила в Америке.
— Мы отправим ей подробный мейл, она страшно обрадуется за нас, вот увидишь, душой она будет с нами. Когда мы в последний раз были в Созополе?
— Не будет, как раньше, — упрямо покачала головой Вероника, — ты ведь сам об этом писал, Марти, все повторяется, но всегда по-разному.
— Ладно… пусть все будет иначе, но ведь оно будет нашим. Мы сделаем его нашим. Прошу тебя, пожалуйста…
— Ты пьян. Не выношу тебя в этом состоянии, просто не могу терпеть.
— Не меняй тему.
— Ты сам научил меня ничему не верить и быть реалисткой. Куда ты хочешь меня вернуть?
— К тебе самой… к нам…
— От нас уже ничего не осталось, — устало сказала Вероника. — Ты нас бросил, Марти. Ты от нас ушел.
— Я перестану пить.
— Дело не только в выпивке… — ответила смертельно уставшая Вероника.
— Я заканчиваю роман. Поверь мне. Ну постарайся мне поверить в последний раз…
На следующий день я проснулся в полдень. Хлопнула входная дверь.
— Вероника?
Вошла Катарина. Она улыбалась.
— Ты была у профессора Василева? — я вдруг вспомнил имя глазного хирурга.
Катарина неопределенно кивнула.
— Он назначил день операции?
— Операции не будет.
— Если там не хватает денег… — я все еще улыбался, — ты просто скажи.
— Их хватило на билет, — она покраснела и потупилась. — В среду я улетаю в Америку… к Миле. Визу я получила два месяца назад, Мила прислала мне приглашение и деньги на визу, — задыхаясь, бормотала она, словно боясь, что я ее прерву. — Я буду учиться в Америке, папочка. Мила будет меня содержать, я тоже буду подрабатывать, правда, это чудесно?
— Это заговор! — я сбросил с плеч ее руки.
— Заговор