Православно-догматическое Богословие. Том I: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Святой Василий Великий: “Еще ранее бытия мира было некоторое состояние, приличное премирным силам, превысшее времени, вечное, присно продолжающееся. В нем-то Творец и Зижди­тель всяческих совершил создания — мысленный свет, приличный блаженству любящих Господа, разумные и невидимые при­роды и все украшение умосозерцаемых тварей, превосходящих наше разумение, так что нельзя изобрести для них и наименований. Они-то наполняют собой сущность невидимого мира, как научает нас Павел, говоря: ибо Им создано всё, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли (Кол. 1:16), и ангельские воинства, и архангельские чиноначалия. А когда уже стало нужно присоединить к существующему и сей мир — главным образом училище и место образования душ человеческих, а потом и вообще местопребывание для всего подлежащего рождению и разрушению, тогда произведено сродное миру и находящимся в нем животным и растениям преемство времени, всегда поспешающее и проте­кающее, и нигде не прерывающее своего течения.”[1128]

Святой Григорий Богослов. “Так как для Доброты не довольно было упражняться только в созерцании Себя самой, а надлежало, чтобы добро разливалось, шло далее и далее, чтобы число облагодетельствованных было как можно большее (ибо сие свойство высочайшей доброты), то Бог измышляет прежде всего (πρώτον) ангельские и небесные силы, и мысль стала делом, которое ис­полнено Словом и совершено Духом... Поскольку же первые твари были Ему благоугодны, то измышляет другой мир — веществен­ный и видимый; и это есть стройный состав неба, земли и того, что между ними.”[1129]

Святой Иоанн Златоуст: “(Бог) сотворил ангелов, архангелов и прочие естества бесплотных, и сотворил не почему-либо другому, а по одной доброте... После сотворения их создал также человека и весь этот (т.е. видимый) мир по той же са­мой причине.’[1130]

Святой Амвросий: “Ангелы, господства и власти, хотя и приняли некогда свое начало, однако уже существовали, когда сотворен был сей мир.” И в другом месте: “Херувимы и серафимы прежде самого начала мира взывали сладостным гласом: свят, свят, свят...”[1131]

Блаж. Иероним: “нашему миру не исполнилось еще и шести тысяч лет (разумеется, до того времени, когда жил блаж. Иероним). А сколько, должно полагать, и до него протекло вечностей (aeternitates), сколько времен, сколько неисчетных веков, в продолжение которых ангелы, престолы, власти и прочие силы служили Господу и существовали по воле Его, без всякого измерения и перемены времен.”[1132]

Те же мысли разделяли: святой Дионисий Ареопагит, Ориген, Цезарий, Иларий, святой Григорий Великий, Анастасий Синаит, святой Иоанн Дамаскин, Фотий, святой Димитрий Ростовский и другие.[1133]

Все прочие мнения касательно времени происхождения ангелов неосновательны и произвольны. Так —

а) Мнение, будто ангелы произошли вдруг по сотворении первобытного вещества еще до образования из него мира видимого, состоит в следующем: “в начале сотворил Бог небо, землю и воду из ничего, и когда еще тьма покрывала воду, а вода землю, — сотворены ангелы и все небесные силы, чтобы доброта Творца не оставалась праздной, а имела бы, на ком проявлять себя в продолжение многих времен (spatia): и затем сотво­рен и украшен сей видимый мир из вещества, созданного Богом.”[1134] Т.е. мнение это основывается:

аа) на мысли, будто между первоначальным сотворением неба и земли и последовавшим шестидневным творением видимого мира протекло много времени, и —

бб) на умствовании, что если бы в этот промежуток времени Бог не сотворил ангелов, то доброта Его оставалась бы праздной. Но чем подтвердить мысль первую? Откуда известно, долго ли или не долго находилось первозданное вещество в состоянии хаотическом? А если и долго, что значит это долгое время перед той вечностью, которая предшествовала бытию мира, и когда Бог существовал один? Ужели же должно сказать, что доброта Его оставалась тогда праздной? Или для устранения этой мысли допустить, что мир создан Богом от вечности?

б) Мнение, будто ангелы получили бытие в день первый, осно­вывается на том, что в первый день сотворил Бог свет, а ангелы представляются с огненной или световидной приро­дой.[1135] Но этот первозданный свет был чувственный, по­тому что тогда же произвел день; и представлять ангелов с природой огненной или облеченными в какое либо, даже тончай­шее, тело, как увидим, несправедливо.

в) Наконец, мнение, будто ангелы получили бытие уже по создании всего мира и человека, думают выводить из той по­степенности, с какой, по описанию Моисея, восходил Бог, при творении, от существ менее совершенных к более совершенным.[1136] Но кто дал нам право распространять этот закон постепенности от мира видимого и на мир духовный, когда, напротив, священный Бытописатель ясно говорит, что Бог, по создании человека — царя природы, почил в день седьмый от всех дел Своих (Быт. 2:2), и следовательно, не творил никого более?

§ 65. Природа ангелов.

По природе своей ангелы суть духи бесплотные, более совершенные, чем душа человеческая, но ограниченные в пространстве и могуществе.

1) Ангелы суть духи. Так учит Священное Писание —

а) когда говорит об ангелах вообще: не все ли они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение (Евр. 1:14);

б) когда, в частности, приписывает им существенные свойства духа: ум и волю, упоминая о желании их проникнуть в тайну нашего искупления (1 Петр. 1:12), о неведении ими последнего дня мира (Марк. 13:32) и об их святости (Матф. 25:31);

в) когда изображает их созерцающими (Матф. 18:10) и славословящими Бога (Ис. 6:3), творящими волю Его (Пс. 102:20), радующимися о спасении грешников (Лук. 15:10), и во­обще живущими и действующими так, как могут действовать только существа разумно-свободные (Гал. 1:8; 1 Тим. 5:21). Так же точно учили об ангелах и древние учители Церкви. “Желаешь знать, говорит, например, блаж. Августин, имя его (ангела) природы? Это — дух. Желаешь знать его должность? Это — ангел. По существу своему он — дух, а по деятельности — ангел.”[1137] Впрочем учение Отцов об этом предмете столь несомненно, что излишне было бы его доказывать.

2) Ангелы суть духи бесплотные. И эта мысль, если не прямо выражена в Священном Писании, по крайней мере открывает­ся из сравнения разных мест его. В одном месте оно свидетельствует, что ангелы суть духи — πνεύματα (Евр. 1:14), точно так, как и о Боге говорит: Бог есть Дух — πνεύμα (Иоан. 4:24). В другом — объясняет, что дух — πνεύμα костей и плоти не имеет (Лук. 24:39), — даже и такой плоти, какова была плоть Христа Спасителя по воскресении, плоть прославлен­ная, в которой Он мог входить к ученикам своим дверями запертыми (Иоан. 20:19). В третьем — замечает собственно касательно ангелов, что они, в противоположность людям, облеченным плотью, ни женятся, ни выходят замуж (Матф. 22:30), что они даже не могут умирать (Лук. 20:35-36). И если бы ангелы были облечены какой либо плотью, как облечены люди, то почему, спрашивается, Слово Божие нигде прямо не упоминает о теле ангелов, а называет их духами, тогда как людей нигде прямо не называет духами, но, приписывая им дух или душу, приписывает вместе и тело?

Правда, есть в Библии сказания, что ангелы нередко являлись людям в чувственных образах: но и сам Бог, по свиде­тельству Библии, являлся иногда в чувственном же виде. Это значит только, что как Бог, так и ангелы, по воле Его, мо­гут по временам принимать на себя какой либо видимый для человека образ. Но выводить отсюда, будто ангелы или Бог постоянно облечены телом, было бы неосновательно.[1138] Упоминается еще в Священном Писании о языке ангелов, которым они славословят Бога, окружая престол Его (Ис. 8:1-3; 1 Кор. 13:1). Но как под именем престола Божия, без сомнения, нельзя разуметь престола вещественного, на котором будто бы Бог восседит, подобно царям земным, так, конечно, и языка ангелов и их славословия не следует понимать в смысле чувственном — все это только образное представление предметов духовных, которые иначе не могут быть доступны понятиям чело­века. Потому-то и воспеваем мы вместе со Святой Церковью: “бестелесными устнами и умными усты ангельстии чини непрестанное пение приносят твоему неприступному Божеству, Господи.”[1139] Мысль о бесплотности ангелов была самой господствующей мыслью у святых Отцов и учителей Церкви. Ее встречаем:

а) у святого Афанасия: “ангел есть существо разумное, невещественное (άϋλον), песнословящее, бессмертное;”[1140]

б) у святого Григория Нисского: “вся тварь разумная разделяется на бестелесное (άσώματον) естество и на облеченное плотью, — бестелесное есть естество ан­гельское; другой вид — это мы, люди;”[1141]

в) у святого Иоанна Злато­уста: “сотворил (Бог) ангелов, архангелов и прочие естества бесплотныt;”[1142]

г) у блаж. Феодорита: “если бы образ Божий состоял в невидимости души, то скорее были бы названы об­разами Божиими ангелы, архангелы и все бесплотные и святые естества, так как они вовсе не имеют тел, и обладают со­вершенной невидимостью;”[1143]

д) у святого Иоанна Дамаскина: “ангел есть существо разумное, свободное, бестелесное, служащее Богу... Будучи умами (νόες), ангелы и существуют в местах мысленных (νοητοϊς), не ограничиваясь телесно, ибо по естеству не облечены плотью и не имеют протяжения, но духовно (νοητώς) присутствуют и действуют там, где им повелено.”[1144] Встречаем также эту мысль — у Василия Великого, Григория Богослова, Лактанция, Евсевия, Дидима, Льва Великого, Фульгенция, Григория Великого и других.[1145]

Касательно же тех изречений отеческих, в которых ангелам приписывается какая либо вещественность, надо заметить следующее:

а) Одни из древних Христианских учителей, усвояя ангелам телесность, хотели сказать только, что ангелы имеют дей­ствительное (реальное) бытие: тело (σώμα, corpus) у этих учи­телей означало сущность или существо (ούσία, substantia), и по­тому они иногда называли телесным даже Бога, как заметил еще блаж. Августин о Тертуллиане.[1146] Здесь, следовательно, мысль верная, а неточность только в слове.

б) Другие называли ангелов телесными в том смысле, что хотя они не облечены никакою плотью, но самая духовность их природы имеет свои границы и сравнительно с природой Бога, Существа высочайшего, является как бы дебелой и вещественной. Так, святой Иоанн Дамаскин, определив, что ангел есть суще­ство бестелесное, присовокупляет: “впрочем, бестелесным и невещественным называется ангел только по сравнению с нами. Ибо в сравнении с Богом, единым несравнимым, все оказывается грубым и вещественным; одно Божество всецело (όντως), невеще­ственно и бестелесно.”[1147] Мысль частная, но благочестивая, проистекающая, очевидно, из понятия о совершеннейшей духов­ности Божией, и нимало не исключающая догматического учения Церкви, что ангелы суть духи, не облеченные плотью.

в) Третьи приписывали ангелам телесность в том смысле, что они, как существа ограниченные, необходимо определяются местом и не могут быть в одно время везде. “Потому, говорит блаж. Августин, мы называем разумные природы телес­ными, что они описываются местом, подобно душе человеческой, заключенной в теле.”[1148] Значит, и эта мысль, присваивающая ангелам телесность только в смысле переносном, не исключает правильности учения о бесплотности ангелов.

После изложенных замечаний остается уже самое ограничен­ное число древних учителей, которые, по видимому, приписывали ангелам тело в собственном смысле, хотя и тончайшее, эфирное или огненное, именно: Иустин мученик, Ориген, Мефодий, Феогност.[1149] Но это мнение их и должно считать только част­ными мнением немногих.

[1128] Беседы на Шестодн. 1, в “Творениях святых Отцов,” V, стр. 7-8.

[1129] Слово 38, в “Творениях святых Отцов,” III, стр. 240,241.

[1130] ... Μετά δέ τήν τούτων δημιουργίαν ποιεί καί τόν άνθρωπον... καί τόν κόσμον άπαντα τούτον. Ad Stagir. lib. I, in Opp. T. I, p. 157-158, ed. Montfauc.

[1131] Ambros. in Hexaëm. I, с. 5, n. 19; Conf. Praefat. ad Psalmos, n. 2.

[1132] Hieronym in сар. 1 epistolae ad Titum.

[1133] Dionys. Areogag. de Divin. nom. c. 5; Origen. in Matth. homil. 10; Caesar. Dialog. 1, quaest. 61 et 123; Hilar. de Trinit. XII et. libr contra Auxent.; Gregor. Magn. Moral. XXVIII, 14; Anast. Sin. Όδηγοΰ cap. 4; Damasc. II, c. 3; Phot. Biblioth. fol. 473; Димитрий Ростовский, Летоп. отдел. 1, стр. 10 Те же мысли разделяли еще — Cassian. Collat. 8, с. 7; Isidor. Hispal. de summo bono 1, c. 10; Beda T. VIII, quaest. 9, fol. 398; Junil. de part. Divin. legie. lib. II, c. 2.

[1134] См. выше примеч. 1107.

[1135] См. выше примеч. 1108.

[1136] См. выше примеч. 1109.

[1137] Serm. I in Ps. CIII, n. 15.

[1138] “Когда Ангелы, говорит святой Иоанн Дамаскин, по воле Божией являются достойным, то являются не такими, каковы сами в себе, но в некоем образе (έν μετασχηματίσμω}, так что видящие могут их видеть” (Точн. Изл. пр. веры кн. II, гл. 3).

[1139] Служба 8-го Ноября с.с. Беcплотным. Силам, на лит. стих. глас. 2.

[1140] De comm. ess. Patris, Filii et S. S. n. 51.

[1141] Orat. IV in orat. Domin. Cf. contra Eunom. lib. XII.

[1142] ... καί τάς αλλάς τών άσωμάτων ούσίας. Ad Stagir. lib. 1, in Opp. t. VI, p. 86, ed. Savil.

[1143] In Genes. quaest. XX, в Христ. Чт. 1843, III, 347; Cf. in Genes. quaest. XLVI; in Exod. quaest. XXIX.

[1144] Точн. Излож. прав. веры кн. II, гл. 3, стр. 53-54.

[1145] Святой Василий Великий, беседа о том, что Бог не виновник зла, в “Творениях святых Отцов,” VIII, 153; Григорий Богослов, Песноп. таинствен., сл. 6, в “Творениях святых Отцов,” IV, 335; Lactant. Divin. instit. VII, 21; Euseb. Dem. Evang. III, 5; IV, 1: άϋλά τε καί πάντη καθαρά πυεύματα; Didym, de Spir. S. lib. 1; Leo epist. ad Turib. cap. 6; Fulgent. lib. de fide cap. 3; Gregor. Magn. Moral. II, 4; XXVIII, 2; Dialog. IV, 29; Mar. Victor, lib. IV adver. Arium.

[1146] Augustin. de haeres. cap. 86. Впрочем, это видно и из сочинений самого Тертуллиана. В одном месте он говорит: quis negabit Deum corpus esse, etsi Dens Spiritus est? Spiritus enim corpus sui generis in sua effigie. Sed et invisibilia ilia, quaecunque sunt, habent apud Deum et suum corpus et suam formam (Contra Prax. c. 7). В другом: cum ipsa substantia corpus sit rei cujusque... (Contra Hermogen. c. 35). В третьем: omne, quod eat, corpus est sui generis... (De carne Christi с. II).

[1147] Точн. Излож. прав. веры кн. II, гл. 3. Так же разсуждали: а) святой Амвросий: “по мнению моему, нет ничего совершенно непричастного сложности, кроме единого существа пресвятой Троицы, которое по истине есть чистейшее и простей­шее” (de Abrah. lib. II, с. 8); б) святой Григорий Великий: “ангел, сравнительно с нашими телами, точно есть дух, но сравнительно с Духом высочайшим и бесконечным — есть тело” (Moral. lib. II, с. 3), — и другие.

[1148] Augustin. De Spir. et anima cap. 18. Таже мысль у Илария (Can. 5. in Matth.) и Кассиана (Coll. VII, с. 13).

[1149] Justin. Dialog. cum Tryph. LVII; Origen. Orat. 31; Method, in Biblioth. Photii cod. CCXXXIV; Theogn. ibid. cod. CVI.