Православно-догматическое Богословие. Том I: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ж) исповедовать Его. Кто исповедует, что Иисус есть Сын Божий, в том пребывает Бог, и он в Боге (1 Иоан. 4:15). Ибо если устами твоими будешь исповедывать Иисуса Господом и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых, то спасешься, потому что сердцем веруют к праведности, а устами исповедуют ко спасению (Рим. 10:9-10).

Правда есть в Священном Писании места, которые, на первый взгляд, не согласуются с учением о божестве Сына Божия и Его равенстве со Отцом, и которыми потому издревле пользовались еретики, отвергавшие Божество нашего Спасителя. Но надобно помнить:

а) что, по учению Священного Писания, Иисус Христос есть не только Бог, но и человек;

б) что, как Бог, Он имеет бытие от Отца, и вследствие того хотя единосущен Ему и совершенно равен, но по личным отношениям есть Сын Отца и занимает второе место в порядке Лиц Пресвятой Троицы; и

в) что, наконец, как Искупитель наш, он во дни плоти Своей находился в состоянии добровольного самоуничижения (Евр. 5:7; Фил. 2:6-8), соблаго­волив принять на Себя наши грехи, разрешив заклятие, бывшее на нас (Гал. 3:13), и всецело исполнить волю Отца, определившего спасти мир кровью Сына Своего (Рим. 3:25). При свете этих мыслей мы удобно поймем истинный смысл тех мест Священного Писания, на которые во все времена указывали неправомыслящие в опровержение догмата о божестве Господа Иисуса. Так —

а) когда Он сказал: Сын ничего не может творить Сам от Себя, если не увидит Отца творящего (Иоан. 5:19), то сказал по лич­ному отношению своему к Отцу, от которого и с которым имеет не только единое бытие, но и единое хотение, единое действование, единое могущество; а потому, естественно, все, что ни творит, творит всегда от Отца и со Отцом, и ничего не может тво­рить только от самого Себя;[579]

б) когда сказал: Отец Мой более Меня (Иоан. 14:28), то сказал сколь по личному отношению к Отцу, как причине своей,[580] столь же — и по своему человечеству, которое, без сомнения, ниже боже­ства;[581]

в) когда сказали: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему (Иоан. 20:17), — то сказал и как Сын Божий и как человек; ибо Бог есть Отец Его по естеству, а Богом Его сделался по домостроительству, поскольку Сын принял на Себя человеческую природу, — между тем, как по отношению к нам, наоборот, Бог есть Отец только по благодати, а Владыка и Бог по естеству;[582]

г) когда сказал: о дне же том, или часе, никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец (Марк. 13:32; Матф. 24:36), — сказал и по человечеству своему, находясь притом в состоянии произвольного самоуничижения,[583] и по планам домостроительства, находя неполезным открывать людям о вре­мени суда;[584]

д) когда сказал: Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты (Матф. 26:39), — показал в Себе две воли: человече­скую, которая, по немощи плоти, молилась, чтобы страдание мино­вало, и Божескую, которая совершенно сходна или тождественна с волею Отца, и готова была принять страдание и смерть;[585]

е) когда воззвал на кресте: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил? (Матф. 27:46), то воззвал Он от лица нашего: ибо не за Себя страдал Он, а за нас, и не сам Он был оставлен Богом Отцом (это и невозможно по единству и нераздельности Их существа), но мы были оставлены, для примирения коих с прогневанным Божеством Он и восходил на крест.[586]

“Под тот же взгляд, говорит святой Григорий Богослов, подхо­дит и то, что Сын страданиями навык послушанию, а также Его вопль, слезы, молитва, услышание за благоговение (Евр. 5:7,8): — все это совершается и чудесным образом совокупляется от нашего лица. Сам Он, как Слово, не был ни послушлив, ни непослушлив (так как то и другое свойственно подчиненным и второстепенным, и одно добронравным, а дру­гое достойным наказания), но как образ раба (Филип. 2:7), снисходить к сорабам и рабам, приемлет на Себя чужое подобие, представляя в Себе всего меня и все мое, чтоб истощить в Себе мое худшее, подобно тому, как огонь истребляет воск, или солнце — земной пар, и чтоб мне, чрез соединение с Ним, приобщиться свойственного Ему.”[587]

Показав, таким образом, способ благочестиво истолковы­вать места Писания, на первый взгляд противоречащие учению о бо­жестве Сына, и изъяснив труднейшие из них, считаем излишним перебирать все прочие, гораздо менее трудные,[588] и обращаемся к другому источнику православного Богословия для подтверждения этого учения.

§ 34. Доказательства из Священного Предания Божества Сына и Его единосущия с Отцом.

Древняя Христианская Церковь, хранительница истинно-апостольского предания, без всякого сомнения, и в три первые века веровала в божество Сына Божия точно так же, как веруют теперь все православные Христиане; ибо заметим, что и в настоящем случае, как в учении о троичности Лиц в Боге, нам нет нужды проводить нить предания далее четвертого ве­ка, или далее первого вселенского Собора, со времен которого, по сознанию самих вольнодумцев, учение о божестве Иисуса Христа уже постоянно существовало в Церкви.

Свидетельства о веровании древней Церкви в божество Сына Божия двоякого рода: одни из них можно назвать внутренними, другая — внешними.

К внутренним принадлежат:

1) Символы или исповедания веры, употреблявшиеся в Церк­ви до Никейского Собора. В некоторых из них мысль о бо­жестве Иисуса Христа выражена кратко, как, например, в символе, известном под именем Апостольского: “верую и во Иисуса Христа, Сына Его единородного, Господа нашего,” — за то в других она высказана обстоятельно и со всей ясностью. Так, в исповедании веры, помещенном в Постановлениях Апостольских, Иисус Христос называется “Сыном Божьим единородным, перворожденным всея твари, прежде век по благоволению Отца рожденным, несотворенным;” в символе церкви иерусалимской — “Сыном Божиим единородным, иже от Отца рожденным преж­де всех век, Богом истинным, им же вся быша;” в символе церкви кесарийской — “Словом Божиим, Богом от Бога..., прежде всех век от Отца рожденным;’”[589] в символе святого Григория Чудотворца, употреблявшемся в церкви неокесарийской при ежедневном наставлении народа — “единым от единого, Богом от Бога..., Силой, сотворившей все твари..., бессмертным от бессмертного, вечным от вечного.”[590]

2) Исповедания веры, составленные на соборах, или от лица собора пастырей прежде четвертого века. Таково исповедание па­стырей церкви александрийской, изложенное ими в послании к Павлу Самосатскому, отвергавшему божество Спасителя: “Исповедуем, писали они между прочим, Образ Бога, Слово Его и Пре­мудрость — Сыном Божьим и истинным Богом, одним лицом вечным и одной Ипостасию. У людей этого быть не может: ибо слово, мудрость, сила и образ человека суть принадлежности человека, а не существуют сами по себе, и ни одно из них не есть ни человек, ни сын человеческий... Напротив Образ Бога и сущее с Ним Слово есть Бог и Сын Божий, Слово ипостасное (ένυπόστατος Λόγος), т.е. имеющее особенную от Отца Ипостась. Так исповедывали Его и сами святые отцы, так и нам предали исповедывать и веровать.” И далее: “почему ты назы­ваешь Христа отличным человеком, а не Богом истинным и от всей твари покланяемым вместе со Отцом и Святым Духом?... Он невидимый Бог, сделавшийся видимым; ибо Бог, явившийся во плоти (1 Тим. 3:16), родившись от женщины, есть Тот же, который родился от Бога Отца из чрева прежде денницы (Псал. 109:3)... Он Господь по естеству и Слово Отца, чрез которое Отец все сотворил, и называется святыми Отцами единосущным Отцу... Ибо они (святые отцы) учили нас о Нем, как о Боге.”[591] Таково же исповедание собора Антиохийского (269 г.), изложенное в послании к тому же еретику: “Мы рассудили пись­менно изложить ту веру, которую мы сначала приняли, которая предана нам и содержится в кафолической и святой Церкви даже до сего дня, по преемству от блаженных Апостолов, бывших самовидцами и служителями Слова (Лук. 1:2), и которая возвещается в Законе, Пророках и новом Завете. Вот она: Бог не рожден, един, безначален, невидим... Сына Его, познав из Ветхого и Нового Завета, мы исповедуем и проповедуем рожденным, единородным Сыном, образом невидимого Бога, перворожденным всякой твари (Кол. 1:15), премудростью, и Словом, и силой Божьей (1 Кор. 1:24), существующей прежде веков, Богом не по предведению, но по существу и Ипостаси, Божьим Сыном. А кто отвергает то, что Сын Божий был Богом и прежде сотворения мира, и говорит, что признавать Сына Божия Богом значит допускать двух богов, того мы почитаем чуждым церковного канона, — и в этом с нами со­гласны все кафолические церкви... И все богодухновенные Писания представляют Сына Божия Богом.”[592]

3) Отлучения Церковью еретиков, отвергавших божество Сына Божия или Иисуса Христа, от общества православных, и именно: отлучение Керинфа, Евиона, Феодота, Карпократа, Павла Самосатского и наконец Ария, со всеми их последователями.[593] В этих случаях верование самой Церкви в божество Сына Божия выражалось самым ясным и торжественным образом.

4) Изречения частных пастырей и учителей древней Церкви.

Из мужей Апостольских —

а) святой Климент Римский в первом послании к Коринфянам, похваляя их прежнее пове­дение, напоминает им, что тогда страдания Бога они имели постоянно перед очами своими;[594] а во втором послании, с самого начала, наставляет их: “братие, о Христе Иисусе вы должны мыслить так, как о Боге, как о судии живых и мертвых;”[595]

б) святой Игнатий Богоносец несколько раз называет Его, в своих посланиях, Богом, Богом воплотившимся, вочеловечившимся, Словом Божьим вечным и Сыном Божьим по божеству,[596] называет кровь Его кровью Бога, и желает сделаться подражателем страданий своего Бога;[597]

в) один из учеников Апостольских, скрывший свое имя, говорит, что Бог «послал к людям не кого либо из слуг своих, ангела, или князя...; но самого Строителя и Содетеля всяческих (δηρουργόν τών όλων)..., которым все устроено, определено, и которому все покорно....; послал как царь, посылающий царя-сына, послал, как Бога (ώς θεόν έπεμψεν);”[598]

г) святой Поликарп называет Его вечным Сыном Божьим,[599] которому повинуется все небесное и земное и служат все духи.[600]

Из учителей второго века —

а) святой Иустин утверждает, что Иисус Христос есть и первородный Сын Божий и вместе Бог,[601] Бог второй по числу, но не по власти;[602] что он-то являлся в Ветхом Завете под именем Бога Авраама, Исаа­ка и Иакова (Аполог. 1, II. 63); что божество Его видно из истинного рождения Его от Бога (разг. с Трифон, гл. 125. 126), и присовокупляет: “об этом (таинственном рождении) свидетельствует мне Слово премудрости, которое само есть Бог, родившийся от Отца всяческих” (там же гл. 61); наконец, обра­щаясь к Иудеям, говорит: “если бы вы тщательнее размышля­ли о сказанном Пророками, вы не стали бы отвергать, что Он (Иисус Христос) есть единый Бог и Сын нерожденного Бога” (Там же гл. 121);

б) Тациан защищает перед язычниками дей­ствительность явления на земли Бога во плоти, и называет Духа Святого, образно, служителем Бога пострадавшего (διάκονον τοϋ τεπονθότος θεοΰ);[603]

в) святой Ириней, в сочинении своем против ересей, назвав Спасителя единым Богом (solus Deus) (кн. III, гл. 8, II. 3), замечает, что Богом не называет­ся никто, кроме Бога и Господа всяческих и Сына Его Иисуса Христа (III, 6, 21); что ангелам никогда не давалось имя Бога в смысле строгом, а всегда присовокуплялась в таком случае какая либо черта, которая указывала на их ограниченную при­роду (III, 6, 3, 5); что волхвы принесли дары Иисусу Христу, поскольку Он есть Бог (III, 9, 2), и что “все Пророки и Апо­столы и сам Дух именуют его в собственном смысле Богом, и Господом, и Царем вечным, и единородным, и Словом воплощенным” (III, 19, 2);

[579] “Невозможно и ни с чем несовместимо, чтоб Сын творил что либо такое, чего не творит Отец. Ибо все, что имеет Отец, принадлежит Сыну; как и обратно, принадлежащее Сыну принадлежит Отцу. Итак ничего нет собственного; потому что все общее. И самое бытие у Них общее и равночестное, хотя бытие Сына и от Отца” (Святой Григорий, слово 30, в “Творениях святых Отцов” III, стр. 88). “Сын ничего не может творить Сам от Себя, если не увидит Отца творящего: ибо, что творит Он, то и Сын творит также” (Иоан. 5:19). И в другом месте: “что творит (Сын), творит от Отца и с Отцом: ибо одно и тоже, не подобное только, но тоже самое хотение, действование и могуще­ство Отца и Сына и Святого Духа” (святой Иоанн Дамаскин, Точн. Излож. прав. веры кн. I, гл. 13, стр. 45-46 и кн. IV, гл. 18, стр. 274).

[580] “Здесь слово — более сказано в значении причины. Поскольку начало Сыну от Отца, посему Отец и более, как причина и начало. Потому и Господь сказал так: Отец Мой более Меня, т.е. поскольку Он Отец. Но слово — “Отец” что иное значит, как не то, что Он причина и начало рожденному от Него?” (Cвятой Василий Великий, кн. I против Евном., в “Творениях святых Отцов” VII, стр. 56). Тоже говорят — святой Григорий Богослов (в “Творениях святых Отцов” III, стр. 85), Отцы Собора Сардийского (apud Theodoret. H. E. II, cap. 8), святой Иоанн Златоуст (homil. LXXV in Joan. ad cap. 14, vers. 29), святой Епифаний (haeres. 69), святой Исидор Пелусиот (lib. III, epist. 334) и святой Иоанн Дамаскин (Точн. Излож. прав. веры 1, 8, стр. 23).

[581] “Когда Он говорит: Отец мой, пославший меня, более меня (Иоан. 14:28), называет Отца большим Себя потому, что сам сделался человеком; но, как Слово Отца, Он равен Ему” (святой Афанасий Великий, слово о воплот. Боге-Слове прот. Ариан, в Хр. Чт. 1840, III, стр. 171-172). Также объясняют это место святой Амвросий (de fide III, cap. 4), святой Кирилл (in Joan. lib. X), блаж. Августин (de Trinit. 15 cap. 7. 9. 11), папа Лев (Epist. ad Flavian, cap. 4) и друг.

[582] “Говорит: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему (Иоан. 20:17). Ибо Бог есть Отец Его по естеству, а наш — по благо­дати; и Богом Его сделался по домостроительству, поскольку Он сделался чело­веком; а наш Он Владыка и Бог по естеству” (святой Афанасий, слово против Ариан., Хр. Чт. 1840, III, стр. 178). Таже мысль у святого Кирилла Иерусалимского (Оглас. поуч. XI, II. 19. стр. 200 в русск. перев.) и святого Григория Богослова (“Творения святых Отцов” III, стр. 86),

[583] “Для всякого явно, что Сын знает, как Бог, приписывает же себе незнание, как человек, поколику только видимое может быть отделяемо от умопредставляемого. Ту же мысль подает и то, что наименование Сына поставлено здесь отрешенно и безотносительно, т.е. без присовокупления: чей Он Сын, чтоб разумели мы сие доведение в смысле более сообразном с благочестием, и приписывали оное человечеству, а не Божеству” (святой Григорий Богослов, в “Творениях святых Отцов” III, стр. 94). Тоже говорят — святой Афанасий (contr. Arian. orat. 4), Евстафий Антиохийский (contr. Arian. lib. 6), святой Кирилл Александрийский (Dialog, lib. 6) и друг.

[584] “Словом — ни Ангелы — Иисус Христос учит учеников своих, чтобы они не старались узнать того, чего не знают и сами Ангелы. Словом — ни Сын — возбраняет им не только знать, но и спрашивать об этом. Что слова эти сказаны Им с сим намерением, познай из того, что по воскресении с большей силой воспретил им любопытство, когда заметил, что они излишне предаются ему.” И далее: “если о дне и часе ты спрашиваешь, не услышишь от Меня ничего, говорит Он; если же вообще о времени и предварительных признаках, то не скрывая ничего, объясню тебе все подробно. Что Мне известно, что будет оный день, на сие Я представил много доказательств, сказав о раcстоянии времени. Я предсказал все будущие события, означил даже и то, сколько от настоящего времени осталось до того дня (это объясняет тебе притча о смоков­нице), и таким образом довел тебя до самого преддверия. Если же я не отворил тебе дверей, то для твоей же пользы” (святой Иоанн Златоуст. Бесед. 76 на Еванг. Матф., II. 1. 2. в русск. перев. т. III, стр. 321. 322-323). “Умолчал Он о времени суда потому только, что неполезно было людям слышать об этом; ибо всегдашнее ожидание делает более ревностными в благочестии, а знание, что до суда еще долго, сделало бы более нерадивыми в благочестии, по надежде, что можно спастись, покаявшись впоследствии. Да и возможно ли, чтобы Ведавший все, что будет до оного часа (ибо все сие сказал), не знал этого часа?” (Святой Василий Великий, в “Творениях святых Отцов” VII, стр. 166).

[585] “Как человек, сделавшийся подобным человекам, Он молится, чтобы Его миновало страдание; а как Бог, по Божескому существу непричастный страданию, Он готов был принять страдания и смерть” (святой Афанасий, слово против Ариан в Хр. Чт. 1840, III, стр. 207).

[586] Святой Григорий Богослов, слово 80, в “Творениях святых Отцов” III, стр. 82-83; святой Афанасий: “когда Он говорит: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил, то говорит это от лица нашего, потому что Он, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной, и проч (Филип. 2:7-8), и, как говорит Исаия, Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни (Ис. 53:4); и поэтому Он не за Себя болезнует, но за нас, и не Он сам оставлен был Богом, но мы, для коих оставленных Он и пришел в мир” (слов. прот. Ариан в Хр. Чт. 1840, III, стр. 169-170). Святой Иоанн Дамаскин: “Христос никогда не был оставлен Отцом... След., Он так говорил по усвоению Себе нашего лица, и по­тому, что поставил Себя наряду с нами; ибо мы были повинны греху и прокляию, как непокорные и преступные, и за то оставленные Богом” (Точн. Излож. прав. веры кн. IV, гл. 18, стр. 278).

[587] Слово 30, в “Творениях святых Отцов” III, стр. 83.

[588] Желающий, впрочем, может найти подробнейшее раcсмотрение всех этих мест у святого Афанасия (в слове против. Ариан), у святого Василия Великого (в 4-й книге, против Евномия, “Творения святых Отцов” VII, стр. 144-178), у святого Григория Богослова (в слов. 29 и 30, “Творения святых Отцов” III. стр. 72-95) и у других Отцов, писавших против ариан. А святой Иоанн Дамаскин преподает и подробные пра­вила, как понимать такого рода места (Точн. Излож. прав. веры кн. IV, гл. 18: o речениях, какие употребляются о Христе).

[589] См. выше § 28 и примеч. 486-487.

[590] См. этот символ и истор. сказание о нем святого Григория Нисского в конце Правосл. Исповед. каф. и Апост. Церкви восточной. “Святой Григорий (Чудотворец), говорит повествователь, cоставил Богоданное учение (символ), как некое наследие, преемникам своим в рукописи. Живущий в той стране народ, поучаясь ежедневно согласно с сим учением, и доныне не заразился никакой ересью.” (стр. 232-233, Μ. 1838).

[591] Biblioth. Vet. Patr. Т. 1, p. 273-278, Paris. 1624, и Хр. Чт. 1840, IV, стр. 10. 12. 14.

[592] Collect. Concilior. Labbei Т. 1, р. 844, Paris. 1671, и Хр. Чт. 1840, I, стр. 238-239,241.

[593] См. выше примеч. 499; также — Iren. contra haeres. III, cap. 19; Euseb. H. E. V, cap. 28, стр. 315, в русск. перев., изд. Спб. 1848: “не стыдно ли им (еретикам) так лгать на (папу) Виктора, достоверно зная, что он отлучил от общения с Церковью кожевника Феодота, который был вождем и Отцом этого богохульного отступничества и начал прежде всех утверждать, что Христос был просто человек? Если Виктор, по словам их, мыслил так, как учит это злохуление, то зачем бы ему отлучать Феодота, изобретателя такой ереси?”

[594] .... τοΐς έφοδίοις τοΰ Θεοΰ άρκούμενοι καί προσέχοντες τοΐς λόγοις αύτοΰ επιμελώς, έστερνισμένοι ήτε τοΐς σπλάγχνοις, καί τά παθήματα αύτοΰ ήν πρό όφθαλμών ύμών. 1 ad Corinth, cap. 2.

[595] Άδελφοί, οΰτως δεΐ ύμάς φρονεΐν περί Ίησοΰ Χρίστου, ώς περί Θεοΰ.... II ad Corinth, n. 1.

[596] “Славлю Христа Иисуса — Бога (τόν θεόν) моего, который столько умудрил вас: ибо я узнал, что вы.... преисполнены веры в Господа нашего, истинно происходящего от племени Давидова по плоти, Сына Божия по божеству (θεότητα)” (Epist. ad Smyrn. II. 1). “Сам Бог (ό Θεός) наш Иисус Христос открывается более как сущий в Отце” (ad Roman, в. 3. Conf. ad Trail, n. 7; ad Polyc. n. 8). “Един есть врач плотский и духовный, рожденный и безначальный (άγέννητος) во плоти явившийся Бог (ό Θεός)... Иисус Христос Господь наш” (ad Ephes. n. 7). “Бог (ό Θεός) наш Иисус Христос был во чреве Марии” (ib. n. 18. Conf. n. 19. 20). “Един есть Бог, открывший Себя чрез Иисуса Христа — своего Сына, который есть Слово Его вечное (Λόγος άΐδιος)” (ad Magnes. n. 8).

[597] “Вы, будучи подражателями Богу, оживотворившись кровию Бога (έν αϊματι Θεοϋ), соответственное тому дело вполне совершили...” (ad Ephes. n. 1). Έπιστρέψτε μοΐ μιμητήν είναι τοΰ πάθους τοΰ Θεοΰ μου (ad Roman, n. 14).

[598] Муж Апостольской, которому принадлежат эти слова, известен только, как сочинитель послания к Диогнету, откуда мы их и заимствовали. Vid. Epist. id Diognetum cap. 7 et 11, in. Opp. Patr. Apostol. pag. 312-314 et 320. Tubing. 1847.

[599] Epist. Smyrn. Eccl. de morte S. Polycarp. n. 14.

[600] ώ ύπετάγη τά πάντα έπουράνια καί επίγεια. ώ πασά πνοή λατρεύει. Epist. S. Ροlicarp. ad Philipp. n. 11.

[601] Ός καί λόγος προτότοκος ών τοΰ Θεοΰ καί Θεός υπάρχει. Apolog. I, n. 63.

[602] Θεός έτερος άριθμώ, αλλ' ού γνώμη. Dialog, cum Tryphon. cap. 56.

[603] Tatian. advers. Graec. n. XXI et ХIII.