Абсурдистан: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Чудесно, — сказал я. — Но что будет со всеми этими людьми, у которых разрушены квартиры? Куда им идти, пока американцы не отстроят их дома?

Мистер Нанабрагов пожал плечами.

— Мы на Кавказе, — сказал он. — У всех есть родственники в сельской местности. Они могут поехать к своим родственникам.

Я повернулся к Парке Муку, который стоял с невозмутимым видом, скрестив на груди руки.

— Это правда? — обратился я к нему.

— Откуда я знаю? — ответил он. — Я не интеллектуал и не городской архитектор.

Я подошел к краю крыши и обозрел красные равнины Горбиграда, простиравшиеся до самого моря и окруженные старыми нефтяными вышками. Эта картина напомнила мне убитого мохнатого мамонта, окруженного пещерными людьми с копьями. Жизнь может сделаться только лучше для этих людей, подумал я. Как она может стать еще хуже? Существовал бодренький американский афоризм на эту тему: «Без труда — ни черта!» Я вздохнул, внезапно соскучившись по американскому телевидению. Какая ностальгия!

— Итак, Мишенька? — обратился ко мне Нанабрагов, усмехаясь и поглаживая мой горб. — Что вы думаете? Ты хочешь присоединиться к ГКВПД, сынок? У нас для вас полностью готов офис. И секретарша ползает вокруг на полусогнутых.

— Позвольте мне подумать, — попросил я, широко зевнув.

Пришла пора моего полуденного сна.

Мне снился приятный сон про египетские пирамиды (по какой-то причине они ассоциировались у меня с кувалдой), когда меня разбудил Ларри Зартарьян. Он стоял надо мной, тряся за плечо и роняя на лицо крошечные бархатные волоски.

Он указывал своей маленькой ручкой на цветное окно. За ним простиралась Интернациональная Терраса, и небоскребы безмолвно отражали холмы и море.

— Что? — спросил я его. — Как же вы сюда вошли? И как насчет нарушения моего покоя?

— Посмотрите на Горбиград.

Я перевел взгляд на залив.

— Да, — сказал я. — У Горбиграда много проблем.

— Приглядитесь внимательнее. На Синий мост, который соединяет Горбиград с Интернациональной Террасой. Там солдаты на блокпостах, так что никто не может пройти.

— Совершенно справедливо, — ответил я. — Нам нужны блокпосты. Мы же находимся в состоянии войны.

— Вы видите ту серую скалу? Взгляните на то, что находится рядом. Это ущелье Александра Дюма. А видите те черные фигурки, которые медленно спускаются в ущелье? Как муравьи? Это люди. Они пытаются уйти из Горбиграда. Пытаются попасть на террасы. Многие из них, несомненно, срываются и разбиваются насмерть.

Я смотрел на этих муравьев, о которых он говорил, но едва их видел, поскольку солнце слепило мне глаза. О чем он говорит? Дюма был плохим французским писателем. Ущелье — это ущелье. Сево и свани — не муравьи. Горбиград разрушат, потом отстроят.

— Зачем же людям разбиваться насмерть, пытаясь выбраться из Горбиграда? — спросил я.

— Потому что Нанабрагов и Дебил Канук обстреливают их ракетами. С крыши моего гребаного отеля. Вы знаете, что это сделает с репутацией отеля «Хайатт»?

— Я думал, что эти разбомбленные люди будут жить у своих родственников в сельской местности.

— Она полностью в осаде. Границы закрыты федеральными силами и войсками ГКВПД. Ваши так называемые разбомбленные люди умрут от голода.

— Откуда вы про это знаете? — спросил я.

Зартарьян отвернулся от меня. Я сосредоточился на всех его недостатках: ранней лысине, тесных брюках, облегавших обезьяний зад, и изгибах небольших бедер. Под таким углом, сутулый, с узкими плечиками, он выглядел еще менее приспособленным для физического существования, чем я.

— Алеша-Боб рассказал мне о вас, Миша, — сказал он. — Рассказал о вашем детстве. И о вашем отце.

Я презрительно фыркнул.

— У меня было чудесное детство. Мой папа делал кораблики из туфель. Мы мочились на собаку. Оставьте в покое мое детство.

— Вам нужно остановиться, Миша, — сказал он. — Вам нужно прекратить попытки улучшить здесь жизнь. Вам нужно забыть о ГКВПД.