О маленьких рыбаках и больших рыбах. Наш аквариум: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Спать мы легли в этот день очень рано и, лежа в кровати, я все о доме думал да с тем и уснул.

На Прорве

Дурное настроение не прошло у Шурки и на следующее утро, да и я невеселым поднялся. Встали мы с ним рано-рано — с вечера-то выспались. От вчерашнего ненастья и следа не осталось — солнышко, хоть оно еще только-только над садом поднялось, такое яркое, всю комнату нашу заливает светом своим. А мы оба почему-то надутые и кислые. И не смотрим друг на друга и не разговариваем.

Наконец, Шурка выдвинул ящик своего столика и стал в нем разбираться с таким видом, точно до меня ему и дела никакого нет.

Тяжело мне стало с ним оставаться. Вышел я в сени, взял удочку и пошел, сам не зная куда. А Шурка из окна меня спрашивает:

— Ты куда же?

— Так, — говорю, — пойду на реку поудить.

Шурка ничего мне на это не сказал. А я спустился на берег и пошел вдоль сада. Настроение у меня плохое. Уеду, думаю, завтра домой. Шурка на меня и смотреть не хочет, и никому до меня здесь и дела нет.

Добрел до перевоза. Сел на мостик, к которому паром пристает, забросил удочку и сижу, хоть и знаю, что тут клевать не будет — мелко, все дно видно. Сижу, смотрю тупо на поплавок и думаю. И все об одном: как бы домой поскорее уехать. Потом фантазировать начал: вот и уйду домой пешком. Вот мама и Марьюшка удивятся, как я из Людца за пятнадцать верст пешком приду!

Долго ли я так сидел, не помню. Только вдруг слышу скрип весел в уключинах. Посмотрел — это перевозчик с того берега возвращается на лодке. И не один. На корме кто-то сидит, мальчик какой-то в синей рубашке.

Подъехала лодка ближе, гляжу и глазам своим не верю: Федя!

— Федя! — закричал я. — Федя!

Вижу, и он меня заметил. Рукой мне махнул, улыбается.

Ткнулась лодка в берег. Вылез Федя, подошел ко мне. Так я ему обрадовался, что и слова не могу выговорить. А он все такой же, прежний, спокойный Федя. Глядит ка меня из-под длинных своих ресниц, покраснел слегка и улыбается милой своей улыбкой.

— Как ты сюда попал? — спрашиваю его.

— А мы, — говорит, — с отцом еще позавчера на Прорву пришли рыбачить. Перед самым ненастьем угадали. Как пришли, так дождь пошел. Вот и живем уж два дня там, в сенных сараях. Вчера уходить хотели, да как разъяснело, отец остаться решил — рыба после ненастья хорошо берет.

— А в Людец-то как ты попал?

— Отец послал. Прорва ведь отсюда недалеко: всего версты три сухим-то путем. Он вчера сушил табак под костром да и просыпал в огонь. Вот меня и послал в Людец за табаком. Да хлеба еще шел взять.

Поговорили мы еще с Федей. Я ему про Людец рассказал, про Шурку, про окуней больших, про Якова Ивановича. А он рассказал, как они с Матвеем Ивановичем в сараях от дождя спасались, как щука играет в Прорве. Стоим и болтаем так. Наконец, Федя говорит:

— А ведь мне надо в лавочку зайти да обратно возвращаться.

А мне так не хочется расставаться с ним. Спрашиваю его:

— Неужели ты нисколько в Людце не побудешь?

— Так ведь как, Шурик, побыть-то? Отец без табаку сидит. Ждет.

— Побудь, Федя, хоть часик. Я тебя к Шурке сведу. Чай будем пить.

— Никак нельзя, Шурик! А знаешь что, приезжайте вы с Шуркой сегодня к нам на Прорву ночевать. Поудим вместе. Отец вам хорошие места покажет. Щуку поймаете!

И в самом деле, думаю, почему бы нам на Прорву не поехать. Вот бы хорошо! Только бы Екатерина Васильевна отпустила. К Матвею Ивановичу, может быть, и отпустит. И говорю Феде:

— Ладно. Мы и вправду, может быть, приедем. Жди нас. Только бы нас отпустили.

— Буду ждать. А вы, как доедете по Прорве до первых сенных сараев, выходите на берег. Мы тут и будем.

Федя в лавочку пошел, а я домой к Бутузовым, побежал. И все мое грустное настроение как рукой сняло.

Когда я поднялся с берега на бутузовский двор, Шурка сидел на крылечке и с Володей Вершиным разговаривал. Подбежал я к нему, запыхавшись, и говорю: