Моника не противилась их решению и даже была рада, что они будут делать вино вместе с Роббером.
— Я на него зла не держу, поцелуй его за меня.
— Хорошо, мама, пока.
— До свидания, дети мои.
В Орли творилось что-то странное, один за другим отменяли рейсы, и когда подошла очередь на регистрацию Макса и Ласаль, выяснилось, что рейс Париж — Сантьяго тоже отменен.
— Что происходит? — пытался выяснить Макс в бюро авиакомпании.
— В Исландии проснулся какой-то вулкан.
— И что?
— Он выбросил пепел на высоту восемь километров, видимость для самолетов нулевая.
— И что делать?
— Ничего, ждать.
— Черт знает что!
— Вот именно, черт только и знает.
Макс вернулся к Ласаль.
— Что там, Макси?
— Да глупость какая-то, в Исландии какой-то вулкан проснулся, и теперь из Франции нельзя лететь через океан. Но это же ерунда.
— Ну, им виднее, Макс.
— Да глупости это все.
— Давай посмотрим европейские новости.
Новости были просто ужасающими. Недалеко от столицы Исландии Рейкьявика проснулся вулкан с непроизносимым названием. Он «спал» почти двести лет и вот неожиданно начал проявлять активность.
— Макс, там что-то серьезное, давай посмотрим в Интернете.
Последствия вулкана были просто катастрофическими, заволокло все небо над Европой. Почти все рейсы отменены. Активность вулкана постоянно нарастала.
— Что будем делать?
— Ничего, ждать.
— А вдруг это на несколько дней?
— Доживем до завтра, там будет видно.
На следующий день ситуация только ухудшилась. Все европейские аэропорты закрыли сообщение.
— Макс, тебе не кажется это слишком?
— Что?
— Сначала Гаити, потом наше землетрясение и вот теперь вулкан, который спал двести лет.