— Да.
— А она там?
— Нет.
— Ты думаешь, она с ним?
— Не знаю. Не думаю.
— Может, позвонишь мне, когда сможешь спокойно говорить, или, еще лучше, навестишь меня?
— Конечно, — пообещал я и повесил трубку.
Голубые глаза Мими насмешливо наблюдали за мной.
— Кое-кто всерьез обеспокоен проказами моей дочурки? — Не дождавшись от меня ответа, она рассмеялась и спросила: — Дороти до сих пор строит из себя убитую горем деву?
— Наверное.
— Она всегда будет изображать саму невинность, — пока рядом будут люди, готовые ей верить. И ты, Ник — подумать только! — попался на ее удочку, ты, который боится верить даже в… ну… в то, например, что я всегда стараюсь говорить только правду.
— Это мысль, — сказал я. Прежде, чем я успел продолжить, в дверь позвонили.
Мими открыла врачу — он представлял собой кругленького, пухленького, слегка сгорбленного пожилого мужчину, с пингвиньей походкой, — и провела его к Гилберту.
Я опять открыл ящик стола и посмотрел на облигации; их общая номинальная стоимость, прикинул я, составляла тысяч шестьдесят, а на бирже за них дали бы сразу примерно четверть или треть этой цены.
Когда в дверь вновь позвонили, я задвинул ящик и впустил Маколэя. Он выглядел усталым. Не снимая пальто, он уселся и сказал:
— Ну что ж, говори — я готов к самому худшему. Что ему здесь было нужно?
— Пока не знаю, Мими только успела показать мне облигации и чек.
— Об этом мне известно. — Он покопался в кармане и протянул мне письмо:
Клайд Миллер Уайнант»
Под размашистой подписью находился список облигаций.
— Как оно к тебе попало? — спросил я.
— С посыльным. Как ты думаешь, за что он заплатил ей?
Я покачал головой.
— Я пытался выяснить. Она сказала, что он хотел «обеспечить ее и своих детей».
— Это вероятно, как вероятно и то, что она говорит правду.
— Я хотел спросить насчет облигаций, — сказал я. — Мне казалось, что все его состояние находится в твоих руках, верно?
— Мне тоже так казалось, но этих облигаций у меня не было, и я даже не знал, что они существуют. — Он поставил локти на колени и подпер голову руками. — Если сложить все те вещи, о которых я не знаю…
XXX
В гостиную вошли Мими и врач. Слегка натянуто Мими сказала Маколэю:
— О, добрый день. — Они пожали друг другу руки. — Это доктор Грант — мистер Маколэй — Мистер Чарльз.