— Что?
— Что угодно. Желательно побольше.
Доктор Хамфри написал своё сомнительное имя и подал бумагу Чемберлену. Тот с трудом пробежал глазами и удовлетворённо кивнул.
— Я не могу ничего разобрать. Миссис Сойер, вы можете разобрать хотя бы одно слово?
Миссис Сойер действительно не смогла разобрать ничего из написанного её квартирантом.
— Передайте бумагу докторам.
— Я ничего не могу разобрать! — честно признался Уиллард.
— Мистер Хамфри, вы сами можете разобрать написанное вами?
— Ничего!
— Вы признали то, что у вас ужасный почерк. Следовательно, вы врач.
Хамфри в ужасе обхватил голову руками, поняв, что все его порождённые не в том направлении развитым умом отговорки не действуют. Его деятельность была доказана, и судьба Эдисона снова оказалась в крепостной зависимости от этого человека.
Можно не следить любопытствующим взором за тем, как брогам и два хэнсома везут министра, явно средневекового доктора и его учеников в сторону мастера американского электричества, уже достаточное время побеждаемого обстоятельствами.
Возблагодарив судьбу за свершившееся ожидание, мы видим их в палате, куда после выхода из кэбов несли их стопы. Непосредственно перед уже прибывшим в Бартс лордом Солсбери, мистером Чемберленом и Николой Теслой на койке лежит Эдисон, в противоположность давешнему неврозу его конечности неподвижны, голова откинута назад, лицо говорит о том, что мозг свободен от мыслей. На соседней койке лежал худой пациент самого простолюдинского облика, грубые черты лица соответствовали ломброзианскому видению революционеров, весь его облик в точности напоминал Homo neanderthalensis, правая рука сжимала кепку рабочего.
— Кто этот рабочий, доктор Хамфри? — спросил наш Джо, скосив взгляд на рабочего.
— Его зовут Джон Кенни. Похоже он тот самый, что дирижировал пением рабочих на Даунинг-стрит. Вы догадываетесь, как он здесь оказался? Эдисон предложил ввести на лондонских заводах конвейер. Этот рабочий вынужден был постоянно повторять одни и те же действия. Остальные рабочие выдержали это испытание, но Кенни сошёл с ума. В частности, он плясал как фавн и поливал рабочих из маслёнки. В конце концов его привезли сюда.
— Доктор Хамфри, вы забыли об Эдисоне!
— Вы правы, — буркнул Хамфри. — Но Кенни лежит в том же состоянии.
— Доктор Хамфри, считаете ли вы, что положение безнадёжно? — с заботой спросил лорд Солсбери.
В ответ Хамфри поднял ногу и резко пнул Эдисона. То же самое действие он повторил с Кенни. Их мускулы не проявляли подвижность.
— Скажите, мистер Тесла, он праведник?
— Допустим. И что из сего следует?
— Что он уже в Париже.
— Как это следует понимать?
— Праведные американцы после смерти попадают в Париж.
— Он мёртв?
— Да. И Кенни тоже.
Лорд Солсбери перекрестился, Тесла снял цилиндр.
— Это правда? — еле выжал из себя Тесла эти слова.
— Да! Боже мой! Они убили Кенни! Сволочи!
— Кто сволочи?